Профессионал

Рано или поздно часы, отсчитывающие обратный ход времени, обнулятся.

И что случится тогда?

Глава 17

Мне нужны ответы, Филипп, мы стояли в конюшне, ожидая конюха. После целой недели дождей небо, наконец, прояснилось, и я пригласила Филиппа прогуляться верхом. Мне необходимо больше узнать об опасности, грозящей Ковалеву.

Обстановка в Берёзке продолжала накаляться, и никто толком не мог объяснить, что вообще происходит. Даже вчера, когда приезжал фотограф, чтобы сделать мой снимок на поддельный русский паспорт.

Это лишь предосторожность, - заверил меня Пахан.

– Никогда не знаешь, когда понадобится выехать за пределы страны.

Просто выехать? Или бежать?

После того разговора с Паханом я перешла на Севастьяно-диету, изо всех сил стараясь о нём не думать. Порой я ощущала на себе его пронизывающий взгляд - часы продолжали тикать - но ничего, кроме "доброго утра" он мне не говорил.

Тем не менее, наши натянутые отношения лишь отражали общую напряжённость в имении. В обоих случаях ситуация накалялась, и конца этому не было видно.

Не беспокойся об этом, Нэт. Филипп был образцом элегантности в своих коричневых брюках для верховой езды, сапогах и клетчатой куртке. Этот костюм, представляющий собой нечто среднее между стилем и пафосом, мог позволить себе лишь такой физически совершенный человек, как Филипп. Однако он выглядел вымотанным. Твой отец умный человек. Он всегда на шаг впереди плохих парней, даже таких безжалостных ублюдков, как Травкин.

Я поправила сшитое на заказ пальто руками в тёплых перчатках. Несмотря на яркое солнце, воздух был прохладным. Осень в России определённо кусалась.

Я бы хотела хоть как-то помочь.
– Я отредактировала в Википедии немногочисленные статьи о Ковалеве, вставив везде «якобы», а также добавив раздел "благотворительность".

И как синдикат жил без меня всё это время?

Странно, но никакого упоминания об Александре Севастьяне в интернете не было. Там были сведения об известных в России семействах с такой же фамилией, но их члены вполне легально занимались коммерцией или даже политикой.

Ты уже помогаешь. Филипп потрепал меня по подбородку. Ты делаешь старика счастливым. Каждый день вы становитесь ближе. Это для каждого очевидно. Пусть мужчины занимаются остальным.

Я застыла, а потом поняла, что он шутит. Он был здесь самым продвинутым парнем и любил меня поддразнивать.

Когда ты вся такая женственная и уязвлённая, то от тебя просто глаз не оторвать. Он наклонил голову. Знаешь, а ты была бы удивительной приманкой для шантажа. Вот тебе и способ присоединиться к нашему семейному бизнесу, сестрёнка.

Ты что, пытаешься отвлечь меня?

Он ангельски улыбнулся:

Получается? Он протянул руку, чтобы ухватить мои собранные в хвост волосы, накручивая кончик на указательный палец. Но как только я уже собиралась отпрянуть, он резко опустил руку. Он всегда чувствовал, как далеко можно было зайти в заигрывании.

Ему приходилось отступать снова и снова, потому что заигрывал он всегда. Порой поведение Филиппа заставляло меня гадать, а волнуют ли его вообще эти правила про постоянную связь. Я могла поклясться, что в его внимании было какое-то отчаянное чувство - что никак с ним не сочеталось.

Ты мне ничего не хочешь сказать?

Эй, я просто работаю над книгами. Севастьян не допускает меня во внутренний круг.

Меня тоже.

Мы были только внешними наблюдателями.

Когда Филипп провёл рукой по своему усталому лицу, я заметила, что его часов нет. Как и Пахан с Севастьяном, он носил дорогие часы, которых не было видно уже пару дней. Я прищурилась.

Что-то с тобой происходит.
– Я смотрела в его невинные серые глаза. Слишком невинные?

Сестрёнка, ничего не происходит.

Тогда где же твои часы?
– выпалила я прежде, чем смогла прикусить свой язык. Не я ли решила применить к своему чрезмерному анализу "правило 86"? Перестать относиться к людям с предубеждением? Да, но, чёрт побери, я прямо-таки чувствовала, как от него исходят вибрации игромана. Две недели прошло, а его машина по-прежнему в сервисе?

Я плавал позавчера, забыв их снять, - говоря это, он отвёл свой взгляд.

Дай, догадаюсь. Они тоже в сервисе?
– Отсутствующие часы - проиграны? Отсутствующая машина - заложена?

Был ли в глубине души мой кузен игроком?

В сервисе. Угадала.

Я смотрела на него. Он не выглядел обеспокоенным, так что я подумала, что у меня и без него есть поводы для волнения.

Ты ведь скажешь, если я смогу тебе чем-то помочь?

Конечно. Ты просто ангел, сестрёнка. Ты ведь знаешь об этом, а?

В этот момент конюх привёл наших лошадей. Я просто по уши влюбилась в свою кобылку. С этой глянцевой шерсткой и чёрными носочками Элиза была сногсшибательна. Роскошная упряжь лишь подчёркивала её стать. И хотя в Небраске была распространена манера езды "вестерн", я посещала уроки английского стиля езды, чему была сейчас очень рада.

Я посмотрела в её блестящие глаза, увидев в них собственное отражение. Ладно, может, я и полюблю деньги, если на них можно купить таких лошадей.

Когда конюх вывел третью лошадь, я спросила Филиппа:

Ты кого-то ждёшь?
– Ружьё в седельной кобуре заставило меня нахмуриться.

Филипп скривился:

Чёртов Сибиряк.

И словно услышав, что разговор идёт о нём, в конюшню вошёл Севастьян. На нём были современного кроя чёрные брюки для верховой езды и стильная всепогодная спортивная куртка, которую он с лёгкостью мог бы надеть на матч по регби.

Стиль Филиппа: высокая мода от Барни. Стиль Севастьяна? Сшито на заказ - и дорого.

Его перчатки и одежда скрывали все татуировки, но тонкий шрам на губах и жёсткость черт лица сразу давали понять, что приличествующих джентльмену манер тут ждать не приходится.

Приближаясь, он двигался, как спортсмен; я видела, как с каждым шагом на его ногах изгибаются мощные мускулы, что напомнило мне момент, когда его бёдра сотрясались у моих ушей, пока я глотала его сперму...

Сфокусируйся, Натали.

Ты едешь с нами?
– хрипотца в собственном голосе заставила меня покраснеть.

Севастьян обратился к Филиппу:

Ковалёв хочет тебя видеть.

Я лишь прокачусь с Натали, - спокойно ответил тот.
– Пересекусь с ним попозже вече...

Сейчас.

Рот Филиппа превратился в тонкую линию.

Нэт, ступай в дом. Мы поедем, когда я освобожусь.

Но что если погода испортится? Я даже не старалась скрыть разочарование.

Я с ней поеду, - сказал Севастьян.

Почему он предлагает поездку, во время которой мы будем наедине? Наверное, он справился со своим влечением ко мне, так что никакой опасности постоянной связи нет. Но почему он оставил работу? Все трудности решены?