Проклятые

— А, проснулась? Ну, наконец-то, а то мне уже скучно стало, — услышала она мягкий голос Мэтта.

Устремив взгляд в его сторону, Кэрол некоторое время не двигалась, с опаской разглядывая его лицо.

— Что с тобой, котеночек, не проснулась еще, что ли? — он взглянул на нее и улыбнулся.

Кэрол выпрямилась в кресле и посмотрела за окно.

— Где мы? — спросила она хрипло.

— На трассе, — легко ответил он.

— И долго я… спала?

— Не знаю. Мне показалось, что вечность, потому что я успел жутко соскучиться, — немного сбросив скорость, он потянулся к ней, желая поцеловать, но девушка отпрянула от него, вжавшись в дверь. Он недоуменно посмотрел в ее расширенные от страха глаза.

— Что с тобой? — повторил он. — Опять плохой сон приснился? Просыпайся, котеночек, это же я, твой муж… любимый!

— А я кто?

— Эй, не надо меня пугать.

— Скажи, как меня зовут! — вскричала Кэрол на грани истерики.

— Кэрол. Ты что, забыла?

— Я-то не забыла! — огрызнулась она, но продолжать не стала.

Мэтт изумленно похлопал длинными черными ресницами и повернулся к дороге.

— С тобой все в порядке? — осторожно, словно боясь обидеть, спросил он.

Кэрол промолчала, чувствуя, как тело начинает бить мелкая дрожь.

Что происходит? Господи, что происходит? Ей что, все приснилось?

Она сходит с ума?

Украдкой она посмотрела на Мэтта. Заметив ее взгляд, он тепло улыбнулся. Она выдавила в ответ улыбку, стараясь не показать своего страха перед ним. Он ведет себя, как ни в чем не бывало. Но ведь совсем недавно он хладнокровно убил человека, угрожал ей. Он был похож на безумного.

Руки Кэрол затряслись. Джек сказал правду. Мэтт больной. Он опасен. Почему она не поверила Джеку, почему не послушала его? Ведь она всегда ему доверяла, почему на этот раз усомнилась? Наверное, Мэтт сам не понимает, что с ним происходит, что он болен. Или он не болен, а просто хладнокровный убийца?

Впал в ярость и запросто убил того, кто попался под горячую руку, а потом успокоился и совсем не переживает по этому поводу?

Может быть так? Что он просто притворялся все это время, мастерски скрывая от всех свою сущность, а Джек его раскусил? Нет, не может, сама себе ответила Кэрол. Это невозможно.

— Зачем ты звонила Джеку?

Кэрол вздрогнула и испуганно посмотрела на него.

— Я хотела попросить его, чтобы он нас не преследовал. Хотела сказать, что люблю тебя, что мы очень счастливы, и что даже если он нас сможет разлучить, я все равно никогда не буду с ним. Я надеялась, что если так скажу, он поймет, что ему нет смысла нас преследовать и разлучать.

— Это правда? То, что ты именно это собиралась ему сказать?

— А что еще мне ему говорить? Что ты себе там возомнил, а? Что я буду сообщать ему наши координаты? Зачем? Ведь я уехала с тобой по своей воле, и не жалею об этом.

— Я верю тебе, котеночек, ты, наверное, хотела как лучше. Извини меня, я просто сорвался. Увидел, что ты ему звонишь, и голову потерял от ревности. Ты не сердишься? Ведь нет?

— Нет, — Кэрол нервно облизнула пересохшие губы. — Мэтт, давай вернемся, там остались все наши вещи! Как же мы без них?

— Ничего, купим новые. Хозяин мотеля, наверное, уже в себя пришел и наябедничал на меня в полицию, что я разбил его телефон и его слегка вырубил. Ты же не думаешь, что я сделал это специально, что я такой вот плохой и злой? Просто я был на взводе, а тут еще он начал на меня орать… ты же понимаешь меня, да, котеночек?

— Думаешь, с ним ничего серьезного? — ошеломленно прошептала Кэрол.

— Да что с ним станется? — Мэтт засмеялся. — Я же совсем легонько, только чтобы заткнулся. Не переживай, он уже давно очухался!

Кэрол рассеянно кивнула и посмотрела на дорогу, чтобы он не заметил ужас, душивший ее. Он, правда, не понимает, что убил этого человека, или притворяется?

— Странная ты какая-то, — заметил он настороженно. — О чем ты думаешь? Сердишься, что ли?

— Я просто не понимаю, зачем мы нагрубили хозяину мотеля, зачем сбежали, бросив вещи…

— Послушай, мы же не доставали чемоданы из багажника, ты что, забыла? И меня с толку сбиваешь!

— Ой, и правда! — Кэрол постаралась рассмеяться, делая вид, что действительно забыла, что ничего, кроме курток, они в мотеле не забыли. Только она надеялась, что, учитывая его состояние, он может не помнить, что вещи их лежат в багажнике, и она сможет убедить его вернуться. Она ошиблась.

Может, у него и есть проблемы с головой, но с памятью, видимо, все в порядке. Ей было очень страшно.

Что, если его опять «накроет»?

Они одни, ночью, на трассе. Даже машины не проезжали мимо. И вообще, где они находятся? Одним словом, спасать ее некому. Как себя вести с сумасшедшими, что говорить, как не спровоцировать на агрессию?

Сейчас он выглядел еще более странным. Вроде бы спокойный, тот самый добрый хороший Мэтт. Но взгляд странный, настолько странный, что от него у Кэрол по коже бегали мурашки. Она не смогла бы описать этот взгляд. Она бы определила его одним словом — ненормальный.

— Мэтт, я очень устала. Давай поищем какой-нибудь мотель и отдохнем, а? — она умоляюще посмотрела на него.

— А если нас догонит полиция?

— Мэтт, неужели ты думаешь, что полиция будет гоняться за нами по трассам, искать, только из-за того, что ты разбил телефон и немножко невежливо обошелся с его владельцем?

Он улыбнулся.

— Наверное, нет. Хорошо, котеночек, мы остановимся в первом же мотеле, какой попадется по дороге.

Кэрол с трудом подавила вздох облегчения. Вжавшись в спинку кресла, она скрестила руки на груди, пытаясь унять дрожь.

— Ты дрожишь, — заметил он. — Плохо себя чувствуешь? Опять заболела?

— Я замерзла.

Мэтт сбавил скорость и, съехав на обочину, остановился. Не глуша мотор, он вышел из машины и, сжавшись под холодным дождем и пронизывающим ветром, подскочил к багажнику.

Проводив его глазами, Кэрол отвернулась и посмотрела на ключи в замке зажигания. Мозг пронзила безумная и отчаянная мысль прыгнуть за руль и умчаться прочь. Сбежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда, от него.

Но она осталась сидеть на месте.

Она не могла бросить его здесь, в этой глуши, не известно на каком расстоянии от ближайшего населенного пункта, под дождем, в одной рубашке, и в таком состоянии.

Он болен, его нельзя бросать, ему нужно помочь. А кроме нее этого никто не сделает. Потому что он один в этом мире, он никому не нужен. Без нее он погибнет. Какое-то мгновенье в ней боролись два самых сильных чувства — страх и любовь. Кэрол всегда считала, что обделена храбростью и склонностью к риску, но почему-то сейчас страх не заставил ее удариться в бегство. Она даже нашла в себе силы улыбнуться тому, кто в данный момент вселял в нее такой ужас, когда он вернулся в машину и положил ей на колени куртку.