Просто будь рядом

— Смотря о чем речь. Что за неприятность? Не просто же в общении же с копами дело…

— Уж поверь мне, для человека с моими… хм… склонностями день в участке — не пикник с шампанским.

Рорк умел читать ее мысли и делал это так хорошо, что Еве частенько становилось не по себе. И она решила не пускать все на самотек. Наклонилась, взяла его за руку:

— Рорк…

— Да черт с ним. Ерунда, честное слово. Отец Риккио — тоже коп — следил за моим. Риккио мне об этом рассказал специально. И, можешь быть довольна, посмотрел на меня с этим их техасским подозрением.

— Да это же… да как же он… — задохнулась Ева.

— А ты бы на его месте вела себя разве не также?

— Возможно, и да. Вероятно. Но все равно это уж слишком. Ты здесь, чтобы им помочь, ты — консультант, официально уполномоченный Департаментом полиции и безопасности Нью-Йорка. Какое им, мать их, дело до Патрика Рорка? Чертов Риккио, у него человек в заложниках у педофила-садиста, жизнь его человека в опасности — вот о чем он должен думать сейчас, а не тебя поддавливать.

— Ну что ж, во многом я с тобой соглашусь. Но пятно на моей биографии все же останется… ммм? Так уж все в жизни устроено.

— Жизнь — вообще дерьмо.

— Зачастую да. Но раз уж я со своими проблемами тебе надоел, мне полегчало. Есть хочу…

Ева рывком поднялась с кресла и размашистыми шагами пошла под крышу.

— Чертов Даллас. Ненавижу этот город. Несправедливо? Плевать. Может, что-нибудь хорошее здесь и есть… люди живут хорошие — что мне до этого? Они здесь встретились, твой отец с моим.

— Ева, Риккио не знает и не имеет доступа к информации, с которой он мог бы найти какую-либо связь между Патриком Рорком, Ричардом Троем и лейтенантом Евой Даллас.

— Но она есть. — Ева остановилась и, резко развернувшись, вернулась. — И всегда будет — это… пятно. — То, о чем она думала с самого момента приземления в Далласе, вырвалось наружу. — И мы никогда до конца от него не отмоемся. Что бы мы ни делали, кем бы мы ни стали, чего бы ни достигли — они всегда будут частью этого. Ничего тут не изменить. Это всегда будет так, и здесь, в Далласе, это только сильнее.

— Да. Сильнее. — Рорк встал и подошел к ней. — Значит, придется поскорее найти Мелинду Джонс, разобраться с Макквином и вернуться домой.

Рорк прижался к ней лбом, Ева закрыла глаза.

— Хороший план. Понятный и чистый, как стеклышко.

— Угу…

— Тогда поторопимся. Как тебе такое: в качестве компенсации за весь этот спектакль от копов я с тобой ужинаю, потом занимаюсь своими отчетами. Что скажешь на гамбургеры с техасской говядиной?

— Скажу, что мыслишь ты здраво, — ответил Рорк, беря ее за руки. — Но подумай еще об одном. Без этого чертова пятна мы не стали бы теми, кто теперь есть, и не старались бы с таким упорством его смыть. Каждый по-своему.

— Наверно, да. Но… — Еву прервал звонок мобильного телефона. Она бросила взгляд на экран. — Пибоди.

— Займись этим. Я уж как-нибудь справлюсь с ужином в одиночестве.

— Отлично. Прости. Да, Пибоди. Ты его нашла?

Рорк вошел в номер и принялся, поглядывая на нее, программировать автоповара. Ева ходила взад-вперед по крыше, сунув одну руку в карман, в другой сжимая телефон. Она разговаривала отрывисто, взгляд ее стал холодным, глаза превратились в щелочки. Типичный коп.

«Снова за работу, оттирать пятно», — думал тем временем Рорк.

— Цивета взяли тепленьким с полными карманами наркотиков, — объявила Ева, — амилнитрит, «Сексапил», «Зонер» и еще хрен знает что. Арестовали в квартале от молодежного центра, это как усугубляющее. Учитывая, сколько раз он уже сидел, Рио ему за это от десяти до пятнадцати одной левой выбьет. Согласится на сделку и запоет как миленький, надо только, чтобы Пибоди его хорошенько обработала.

И она вновь принялась расхаживать вокруг своей доски с фотографиями.

— Надо чтоб она дала Бакстеру по-черному на него насесть, а сама пусть сыграет помягче, вроде как понять его хочет.

— Ты уверена, она справится? — недоверчиво спросил Рорк.

— Да, уверена, — ответила Ева. — Но все равно хотела бы быть там.

— Тебе просто охота кого-нибудь потрепать на допросе.

— Еще как! Гляди, что Пибоди досталось: Стиббл, Лоуэт, теперь вот еще и Цивет. А мне что? Пузатый Вик, лучший друг полицейского, бармен с отменной памятью. Ну и где справедливость?! — Она чертыхнулась и села за рабочий стол. — Все равно, надо тряхануть бывших соседей напарницы. Может, там с кем-нибудь позабавлюсь.

— Да уж, тебе точно причитается. Пойду поужинаю у себя в кабинете, поиграю в «найди фургон» без полицейских ухмылочек за спиной, — сказал Рорк, удаляясь.

А Ева села писать отчет и проверять успехи остальных членов команды. Они уже отбраковали часть съемных квартир и некоторые из сданных внаем машин, но работы было еще предостаточно.

«Большой город, — думала она. — Куча квартир, куча автофургонов. Что может быть еще? Что ему еще могло понадобиться? Чего ему не хватало?»

Ева откинулась в кресле, положила ноги на стол, прикрыла глаза.

«Вино! Хорошее вино! — вспомнила она. — В том треклятом логове у него был неплохой набор, в основном каберне».

Ей вспомнился сервант с педантично расставленными бокалами для вина. Двенадцать лет назад она не отличала хрусталь от дешевой стекляшки, но теперь знала, что это были дорогие бокалы. Посуда — столовые наборы из четырех предметов, хороший стиль, строгий классический фарфор с рельефным рисунком по краю.

В пакетах из магазина — свежие фрукты и овощи. Никаких полуфабрикатов. Немного сыру, длинный этот, как его, багет. В холодильнике яйца. Настоящие куриные.

Хорошая еда, дорогое вино, изысканные тарелки и бокалы под них. В тюрьме ему всего этого должно было не хватать.

И сейчас он захочет всего, чего ему не хватало.

Не меняя позы, Ева продолжила мысленно бродить по его квартире.

Мебели мало, никаких безделушек. Чисто, аккуратно. Экологически чистая бытовая химия, внезапно озарило Еву. Без ароматизаторов.

В спальне кровать с перекладинами в изголовье. Они ему нужны, чтобы закреплять веревки и наручники. Хорошее постельное белье — в шкафу два запасных комплекта — белое без рисунка, чистый хлопок.