Против течения
Шрифт:
Моё сердце чуть не выскакивает из груди от такого поворота. Сразу куда-то отступает духота вагона, стихает стук колёс, все толпящиеся вокруг пассажиры становятся милыми и симпатичными. Оленька превращается в настоящего ангела.
ГЛАВА 28. ТЬМА В НЬЮ-ЙОРКЕ
Майк проснулся рано. Сразу в голове всплыл подслушанный случайно разговор родителей о том, что сегодня в городе должно случиться что-то совершенно фантастическое. Мама шептала так громко, что слышно было невооружённым ухом. Вроде бы, звонил дядя Натан, предупреждал, что случится какая-то авария, не то
Дядя Натан сейчас работает фотографом в какой-то Сайберри. Что за Сайберри Майк не знал, мама говорит, что это в холодной России. Впрочем, о России Майк тоже почти ничего не знал. Говорят, что там по улицам ходят гризли с balalaikas, и пьют виски, но Майк в такие сказки не верил, он уже большой — ему целых восемь лет. Ладно, гризли на улице, ну, окей, с balalaika, но медведи не пьют виски, это враньё, или булл шит, как говорит дядя Адам.
Пока Майк лежал, в голове у него созрел план. Отправиться вечером на Манхеттен, чтобы посмотреть, что там будет происходить. Приятелю Тони, родители на прошлое Рождество подарили отличный фонарик, настоящий «Игл Тек». Дядя Адам говорит, что с такими фонариками наши парни гоняли по джунглям вьетконговцев. Тони хороший парень и не откажет другу. Можно даже его с собой взять, вдвоём веселее грабить. В качестве баттпэка [128] сойдёт школьный ранец. Может, повезёт урвать что-нибудь ценное в темноте. Главное, придумать легенду для мамы, чтобы они не бросились искать среди ночи. Можно сказать, что заночую у Тони, а тот скажет, что будет у нас. Нет, лучше притвориться спящим, а потом положить под одеяло кучу шмоток, никто и не поймёт ничего. Только надо успеть вернуться до рассвета.
128
баттпэк (от buttpack(англ.) — солдатский рюкзак
Полежав и помечтав ещё минут двадцать, Майк встал и скатился по ступенькам с мансарды.
— Монинг, ма! — закричал он, предвкушая новый свободный летний денёк, наполненный важными и интересными делами.
— Монинг, Михаэль, быстро умываться и за стол. И, малыш, не забудь о молитве!
— Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь вселенной, создавший для меня все необходимое, — речитативом забормотал Майк, стараясь побыстрее закончить. — Ма, что сегодня на завтрак? Хочу блинчики с джемом!
— Увы, блинчиков сегодня не будет. Овсянка. Молоко, булка с маслом и всё на сегодня.
Не успел Майк проглотить невкусную кашу, как в двери их дома постучали.
— Миссис Гольдберг, доброе утро! — раздался звонкий голос Тони. — А Майку можно со мной гулять? — Тони выпалил всё на одном дыхании.
— Какая ты ранняя пташка, Тони. Заходи, садись, выпей чашечку кофе. Расскажи, как прошел вчерашний день. Как мама, как папа?
— Миссис Гольдберг, спасибо большое, всё хорошо. Я уже завтракал. Так как на счёт Майка?
— Сейчас он допьёт кофе и пойдёт. — Сара поворачивается мощным корпусом к Тони, — только далеко от дома не уходите. Наш Южный Бронкс не годится для походов.
Пока Сара произносит материнское напутствие, мальчики уже исчезли. Им было достаточно услышать волшебное слово «пойдёт», чтобы с чистой совестью умчаться в поисках приключений.
Мальчишки целый день провели на протоке Брон Килл, где пытались отыскать клад пиратского капитана Бронкса. Только чувство голода заставило их уже под вечер вернуться по домам.
Дома Майк сразу вспомнил про утреннюю идею. Закинув в себя бобовый суп, он
побежал в мансарду, где сразу залез в чулан и занялся сборами. Усталость после напряженного жаркого дня, сытный обед и резкое падение давления сыграли с ним шутку. Мальчик не заметил, как вырубился прямо на пыльной мансарде, среди старых ненужных вещей.…
Адам Гольдберг, обливаясь потом, надеялся, что семейство уже готово к переезду в Риго-Парк, Куинс, где у Сары какая-то дальняя родня. По словам Натана, Куинс будет единственным районом Н-Й, не затронутым блэкаутом.
Сейчас надо быстро запихать всё семейство в старенькую «Барракуду» [129] и сматываться пока дороги ещё свободны.
— Сара, всё готово? — крикнул Адам, едва войдя в дом.
— Да, милый, не беспокойся, малышка Джуди уже наготове. Сейчас Майка крикну и можно ехать.
— Ма-айк! Майк, негодный мальчишка! Спускайся быстрее нам надо срочно выезжать! Хватит играть в прятки! — Кричал мистер Гольдберг, но ответа не было.
— А Майка нет дома, — тоненьким голоском сообщает Джуди. Она болтает ногами, сидя на краю кресла и с любопытством наблюдает за родителями.
129
«Plymouth Barracuda» — автомобиль производства Plymouth, подразделения Chrysler Corporation, производившийся в середине 60-х годов
— Как нет дома? — в один голос восклицают Сара и Адам. — А где он.
— Я не знаю, — продолжая болтать ногами, отвечает Джуди.
— Почему ты так решила, милая?
— А я видела, как он подслушивал, когда вы говорили про дядю Натана, вот! А сегодня слышала, как он говорил Тони, что вечером надо идти грабить магазины потому, что нигде не будет света.
Сара в секунду долетела до двери соседей О’Брайенов, которые спокойно резались в карты. Тони что-то увлеченно строил на полу.
— Тони, ты не видел Майка, — поприветствовав соседей, спросила Сара младшего из большого ирландского семейства.
— Нет, но он утром собирался идти в Манхэттен-Сити, что-то говорил про отключение всего города, но я ему не поверил, я же не маленький, верить во всякую чепуху.
— Спасибо, Тони, может он и в самом деле отправился туда. — Сара попрощалась с семейством О’Брайенов, которые были очень удивлены таким странным поведением соседей.
Услышав про предположение Тони, Гольдберги решили, что Сара с Джуди отправятся в Куинс, а Адам займётся поисками маленького любителя приключений, и если найдёт его, когда светопреставление уже начнётся, будет сидеть с ним дома пока ситуация не разрешится.
К вечеру жара в Нью-Йорке стала совершенно не выносима. Липкий и влажный воздух висел горячим маревом над раскалённым асфальтом. Было понятно, что вот-вот разразится гроза. Все ждали ливня, но небо было чистым без каких-либо признаков облачности до самого вечера. Мистер Гольдберг быстро шёл по 149 Стрит в направлении Гарлем-Ривер.
На счастье на углу 149 и Уллис Авеню ему попался полицейский патруль, к которому, как к спасительной соломинке, бросился Гольдберг.
— Офицер, я ищу мальчика восьми лет, вот такого роста, — Адам показал ладонью на уровне пояса, — волосы курчавые, глаза черные…
— Да, сэр, я понял. Как давно он исчез? — Феликс Солис, молодой офицер 138 отделения Южного Бронкса смахнул крошки с брюк и поднял глаза на потенциального потерпевшего.
— Мать видела его последний раз утром. Соседские мальчишки говорят, что он собирался идти вечером в новый торговый центр, вы не могли бы помочь, а то я пешком до темноты не успеваю. Дело в том, что через полчаса город останется без электричества. На целые сутки.
— Извините, сэр, не знаю вашего имени…
— Адам Гольдберг.