Проверка

Я видел, как погиб Брюс. Видел — и ничего не смог сделать.

Я знаю, что это такое. Мы все это знаем, и в твоем горе нет ничего необыч­ного, Казимир. Ты Макфостер, ты воин. Однажды и ты погибнешь, и кто-то другой это увидит. Мы живем не только борьбой против Звездного Странника. Эта деревня тому доказательство. И сын Брюса тоже.

Ну и что еще я могу сделать? — крикнул Казимир. К его глазам снова подступили слезы, а расплакаться перед самыми уважаемыми им людьми он не хотел ни за что на свете. — Я умею драться и тем самым помогаю приближать обещанное нам всем лучшее будущее. Если гнев поможет мне сражаться еще лучше, хорошо. Брюс бы это одобрил.

Скотт взял Казимира за руку.

Парень, выслушай Стига. В этом ведь нет ничего дурного, верно? Мы пришли, потому что беспокоимся о тебе. Никто не отстраняет тебя от борьбы, но в таком состоянии ты позволишь себя убить в первом же деле, и никому от этого не будет пользы. Ты можешь продолжать борьбу, не подвергая себя непо­средственной опасности. Может, ты все-таки успокоишься на минутку и по­зволишь Стигу высказаться?

Казимир резко дернул плечом, понимая, что ведет себя как настоящий иди­от. И не может остановиться.

Конечно. Простите. Это… — Он махнул рукой в сторону кладбища. — Се­годня было прощание, вы ведь знаете…

Знаем, — сказал Стиг. — Если бы ты ничего не чувствовал после его смер­ти, ты был бы не истинным членом клана, а простым рабом Звездного Стран­ника. Я уважаю твои чувства.

Чего ты от меня хочешь?

Тебе известно о полете космического корабля?

Да, я слышал о нем.

Брэдли Йоханссон уверен, что запуск корабля начинает финальную ста­дию войны Звездного Странника. Человеческому Содружеству грозит гибель.

Каким образом? — спросил Казимир.

Он никак не мог понять, как построенный людьми космический корабль мог быть связан с их борьбой против Звездного Странника. Ведь это же просто ис­следовательская миссия.

Барьер вокруг звезды Дайсона был воздвигнут, чтобы преградить путь величайшему злу. Йоханссон опасается, что люди могут разрушить его. В эки­паже корабля летят рабы Звездного Странника.

А что это за зло?

Нам неизвестно. Но если Содружеству придется вести войну, его эконо­мика и все общество ослабеют. Человечество станет уязвимым перед Звездным Странником.

Но ты сказал, что корабль уже стартовал. Мы не в силах его остановить.

Это верно. Но, Казимир, если Звездный Странник готовится нас сокру­шить, час отмщения за эту планету близится; возможно, он наступит уже в бли­жайшие годы. Это означает, что Звездный Странник вернется на Дальнюю, и мы должны быть к этому готовы.

Это я знаю.

Хорошо. А теперь о деле, в котором ты можешь пригодиться. Для осу­ществления мщения на Дальнюю необходимо доставить определенный набор предметов. К несчастью, нашим сторонникам в Содружестве приходится опа­саться гонений со стороны тех, кто уже попал под влияние Звездного Странни­ка. Им сложно переправить сюда эти вещи тем путем, каким они прежде пере­правляли оружие. А это значит, что мы должны разработать альтернативные маршруты. Я путешествовал по Содружеству и изучил их порядки. Сейчас мне пора возвращаться туда и помогать нашим союзникам, но для достижения ко­нечной цели я хочу взять с собой небольшую команду преданных делу Храни­телей. И ты мог бы стать одним из них.

Я? — потрясенно переспросил Казимир. Одна лишь мысль о необходимо­сти покинуть Дальнюю повергла его в смятение, не говоря уже о возможности путешествовать по планетам, названия которых казались скорее легендами, чем реальностью. И она где-то там… — Почему я? Я ничего не знаю о Содружестве.

Ты можешь легко всему научиться. Харви говорит, что ты быстро сооб­ражаешь, а это очень хорошо. Там совсем другая жизнь — по крайней мере, на первый взгляд. Тебе придется постараться, чтобы к ней приспособиться. Но ты молод и еще способен адаптироваться. Тебе придется много тренироваться, чтобы развить мускулы до того состояния, когда они смогут нормально функ­ционировать в условиях стандартной гравитации. Есть, конечно, лекарства и клеточное профилирование, но этого мало, тебе придется и самому изрядно потрудиться.

Это я смогу сделать, — без размышлений сказал Казимир.

Значит, ты согласен?

— Да!

И еще: ты должен повиноваться приказам. Моим приказам. Я не могу допустить, чтобы ты просто слонялся без дела. Нам предстоит операция, кото­рую нельзя провалить ни в коем случае. От нас будут зависеть все Хранители.

Понимаю. Я тебя не подведу.

Я уверен в этом, Каз. Но окончательное решение будет принимать Брэд­ли Йоханссон.

Казимир смущенно посмотрел на Скотта и Харви.

Какое решение?

Будешь ли ты помогать в доставке необходимых нам предметов, — ответил ему Харви. — Физические тренировки — это лишь часть необходимой подго­товки. Ты должен научиться вести себя как настоящий гражданин Содружества. Я пообещал Стигу, что ты справишься, так что постарайся не выставить меня обманщиком.

Никогда. Но… решать будет Йоханссон?

Да, — подтвердил Стиг. — Ты встретишься с ним до начала операции.^

Казимир с трудом верил своим ушам. По его представлениям, Брэдли Йо­ханссон был кем-то вроде далекого кумира или исторического героя, на кото­рого все ссылались, которого благоговейно почитали. Он и не мечтал встретить­ся с ним лично.

Хорошо, — тихо произнес он. — А где он?

В настоящий момент? Я не знаю. Но мы встретимся с ним на Земле.

Строительство космического корабля вывело «Второй шанс» в заголовки большинства информационных каналов унисферы. Детали проекта, история создания, споры политиков о целесообразности этого решения, слухи о вероят­ных кандидатах в состав экипажа — все это поднимало рейтинги новостных шоу. Потом произошло нашествие «Мстителей Аламо», и любопытная новость пере­росла в выдающуюся сенсацию. Популярность достигла апогея, когда более семнадцати миллиардов человек наблюдало за стартом корабля к Паре Дайсона в реальном времени. После этого полет длился месяц за месяцем, и напряжение быстро начало спадать, сменяясь некоторым разочарованием. Граждане Содру­жества просто не привыкли, чтобы такое важное событие не освещалось в пря­мом эфире. Более того, о результатах миссии они смогут узнать не раньше чем через год. А до того момента им предстояло вновь погрузиться в старые при­вычные мыльные оперы и драмы ВСО, следить за перепалками политиков, скандалами знаменитостей и Кубком Содружества, который подходил к четвер­ти финала.

Потом появилась новость об аресте Мортона, и стали известны имена за­державших его офицеров (хотя Хоше Финн мало кого заинтересовал), и поезда на Октиер заполнили жаждущие подробностей репортеры. О таком сюжете мог мечтать любой режиссер: Паула Мио, расследующая давнее убийство, богатый подозреваемый с огромными деловыми и политическими связями, предвкуше­ние финансового скандала. И секс. Местная сплетня о соблазнении Мортоном молодой красавицы Меллани и ее вынужденном уходе из национальной сборной по прыжкам в воду стала едва ли не основной составляющей репортажей и хро­ники. Вскоре отыскались и его прежние подружки, которые за определенные суммы рассказывали свои истории. Офицерам-криминалистам Дарклейк-сити были предложены немалые взятки за сведения об уликах обвинения, что при­вело к дополнительным судебным разбирательствам по обвинениям в оскор­блении. Тара Дженнифер Лопес и Вайоби Котал были вынуждены обратиться в суд с просьбой защитить их от толп репортеров, осадивших их дома.

После целого месяца шумных обсуждений интерес к делу значительно по­высился. В день первого заседания Верховного суда Дарклейк-сити пришлось даже выставить кордон вокруг здания, чтобы сдержать толпы журналистов и простых любопытствующих. Фургон с обвиняемым, сопровождаемый длин­ным конвоем полицейских машин и патрульных роботов, обогнул здание суда и остановился в охраняемой зоне у заднего входа. За процессией с вертолетов следили десятки камер, но ни одной из них не удалось заснять Мортона, по­скольку его провезли прямо на подземную стоянку.