Проверка

Чувство юмора никогда не подводило Томпсона.

В таком случае до твоего отъезда мы найдем что-нибудь, что могло бы тебя переубедить.

Вскоре все направились на ужин в главную столовую. Джастина, уже учи­тывая расстановку игроков, тщательно выбрала места для каждого гостя. На большие сдвиги во время приема пищи рассчитывать она не могла, но возмож­ности обеспечила. Сама она оказалась рядом с Кэмпбеллом. Джастина недо­вольно нахмурилась, заметив, что Изабелла села рядом с Рамоном, весьма до­вольным такой заменой. Место, предназначенное Герхарду, оказалось занятым, и сенатору ДРНГ пришлось сесть рядом с Патрицией, хотя Джастина предна­значала ей в соседи Рафаэля. До сих пор Халгарты почти не принимали участия в переговорах. Она знала, что утром Ларри разговаривал с ее отцом и предлагал поддержку агентству, но это и все. Оставалось надеяться, что к утру они рас­кроют свои карты.

В виртуальном поле зрения появился текст. «Твой бывший действует мне на нервы», — поступило сообщение от Томпсона.

«Не переходи на личности, — ответила она. — Чего он добивается?»

«Представления не имею. Я считал, что ему хватит строительных контрактов на Высоком Ангеле. А теперь, насмотревшись, как остальные пристраиваются к агентству, он нацеливается на большее».

«Я всегда знала, что когда-нибудь он станет неплохим политиком. Вы с Го­ром мне не верили. Мы слишком открыто играем. Это делает нас уязвимыми перед теми, в ком мы нуждаемся».

«Ты должна привести его в чувство».

«Сделаю все, что смогу, но меня больше беспокоят Халгарты».

«На них можно положиться».

«Хочешь на это поспорить?»

После ужина гости разбились на мелкие группы, а Гор вернулся в свой ка­бинет. После недавних модификаций в процессе омоложения он мог обходить­ся тремя часами сна в сутки, а порой довольствовался и меньшим. Шагая меж­ду доходившими до потолка книжными стеллажами, он улавливал запахи лю­дей, возвращающихся в свои садовые коттеджи. За Изабеллой тянулся шлейф ароматов мужчин, по той или иной причине оказавшихся к ней достаточно близко, и ее собственный опьяняющий запах лилий и орхидей от капельки духов на шее. Запах ее духов стал едва уловимым, когда Изабелла побежала по траве, избегая дорожек, избегая металлического привкуса Патриции. Ее ждал Рамон, благоухавший одеколоном и алкогольной испариной. Две струи запахов смешались между собой в тот момент, когда за Изабеллой закрылась дверь коттеджа. В ограниченном пространстве помещения в сочетании с феромонами слюны и сахаристой резкостью шампанского они стали ощущаться интенсивнее.

Горячий запах возбуждения, исходящий от их тел, вызвал довольную улыб­ку под неподвижной пленкой золота на лице Гора. Тогда как в спальне Патри­ции, принимающей ванну, остался только непреодолимый запах хвойного мыла. На ее коже не осталось ни алкоголя, ни горечи разочарования. Патриция была довольна собой.

Изабелла стала своего рода посредником; она вернет Рамона в игру обеща­ниями своей повелительницы, чтобы сохранить его голос. Кроме того, у нее имелось отдаленное сходство с Джастиной. Соблазн разума и тела. Бедный, счастливый Рамон.

Сквозь искрящийся поток окружающей его информации Гор увидел кожа­ный переплет книги, которую искал. Он поднял руку, обвитую серебряными и платиновыми линиями, и снял с полки «Искусство финансовых войн» Джейм­са Баркли. Читать ее не было необходимости, все содержащиеся в книге идеи свободно пронизывали его мысли и решения, но физическое ощущение достав­ляло странное удовольствие. Эта книга стала его библией еще в первой жизни, и даже теперь Гор считал, что она необходима каждому, кто решил заняться финансами. Вполне вероятно, что он мог бы даже внести в текст кое-какие до­полнения.

По какой-то необъяснимой причине он обращался к этой книге каждый раз, когда предстояло трудное дело; а это казалось наиболее трудным. В создании космического агентства имелось множество переменных факторов, намного больше, чем в любом политико-экономическом предприятии, к которым он привык. Вернее всего предположить, что из этого ничего не выйдет или в луч­шем случае получится нищенская организация, неспособная действовать из-за недостаточных квот. Для нынешних безликих политиков-карьеристов это че­ресчур грандиозная идея, чтобы ее воплотить. И все же… Люди, обычно готовые разорвать друг друга на части, соглашаются сотрудничать, чтобы облегчить процесс рождения.

«Что же я не учитываю?»

Громкий голос инстинкта в его мозгу заявлял, что где-то закралась ошибка. Он был бы рад поверить, что человечество настолько повзрослело, что способ­но на зрелые решения. Способно увидеть проблему и решать ее, руководствуясь логикой. Надо признать, что эволюция сделала новый шаг к прогрессу и люди благодаря возможности омоложения теперь со всей серьезностью смотрят в бу­дущее. И проект Межзвездного агентства яркий тому пример.

Может, он отстал от жизни?

Недоверчивый, подозрительный, отыскивающий в людях самые скверные черты; варвар, которому не пришлось завоевывать город, поскольку город вырос вокруг него, — он никак не может поверить, что агентство так легко появится на свет.

Если только те, кто дергает за ниточки, сами не являются марионетками.

А в это еще труднее поверить. Он все видел сам, с самого начала с олимпий­ским спокойствием наблюдал, как Джастина, получив намеки по своим каналам, созвала этот уик-энд. Как показывало даже самое поверхностное знакомство с книгой Баркли, начать раньше манипулировать этой ситуацией можно было только в том случае, если ему было бы известно, чем закончится полет к систе­ме Дайсона. А этого никто знать не мог.

Он удрученно вздохнул и сел перед камином, где осталась только кучка тлеющих угольков. Если прекрасное тело Изабеллы и туманные обещания не приведут к желанному результату, завтра утром ему придется самому обраба­тывать Рамона ДБ. В его личной базе данных вспыхнули имена членов Афри­канской группы, которым не понравится идея их сенатора поддержать проект агентства в обмен на строительные контракты для их миров. Гор принюхался, вдыхая приятный букет запахов Джастины и Кэмпбелла, приправленный све­жестью чистых хлопковых простыней. Что ж, в свете предстоящих в ближайшие годы событий этот союз принесет немалые преимущества. Его виртуальные руки задвигались, оформляя покупки акций периферийных компаний африканских планет, где с большей вероятностью будут размещены новые контракты. Под­готавливая семью. Укрепляя семью.

Должен тебе сказать, — заметил Кэмпбелл, — что Найджел не слишком доволен переносом сборочных платформ космических кораблей на Высокий Ангел.

Джастина в ответ пощекотала ему нос и опустила палец к губам, чтобы он мог поцеловать кончик. Она лежала на нем сверху, а пуховое одеяло валялось где-то на полу. Старинные бревна дома прекрасно сохраняли тепло спальни, не пропуская ночную прохладу, и в этот момент ей не хотелось ничем укрываться. В пузатых бокалах мерцали свечи, наполняя комнату ароматами лаванды и сан­далового дерева.

Бедняжка Найджел, — притворно вздохнула она, но тотчас просияла улыбкой, ощутив на себе его крепкие руки, спускающиеся вдоль спины к яго­дицам. — В чем же дело?

До сих пор он одобрял все соглашения, но переезд на Высокий Ангел за­держит миссию на несколько месяцев, и это касается разведывательной миссии тоже. Вряд ли он на это пойдет.

А как насчет наземных оборонных предприятий военного флота? Ты не думаешь, что они могут стать убыточными?

Честно говоря, мы не рассматриваем возможность убытков. Мы поступа­ем точно так же, как и твоя семья, и принимаем меры предосторожности. Пер­вичные заказы будут размещаться на ДРНГ, но затем надо будет двигаться дальше. Августа самая большая из Большой Дюжины, все пропорционально.