Прыжок барса

– И Геликс то же самое сказал. Давай исходить из гипотезы, что однажды цивилизация Земли уже достигала такого развития, когда ее жители могли покинуть планету. Даже переселившись в другой мир. Их цивилизация все равно пошла по техногенному пути, поэтому они летают в космос иперемещаются во времени с помощью систем навигации.

– Как и мы.

Эл кивнула.

– Кое в чем они были успешнее, - продолжала она.
– В изучении пространственно-временных процессов, например. Дубов улыбался, когда они заговорили о значимости символики в их культуре. Мы в процессе развития расстались с тем, что они считают священными понятиями. Они показали знаки Дубову и мне. Алексей большого интереса не проявил, заявив, что мы не рассматриваем эти знаки, как значимые для цивилизации, чем сильно их поразил. Я же повела себя иначе, потому что на примере своих миров знаю, как важно уметь передать шифрованную информацию в символической форме. Мы поговорили о числах, и они обрадовались, что я их понимаю. Я предположу, хоть и знаю их плохо, что у них мистическое мышление. Они могут определить статус живого существа по его внутренней силе в потенциале. Но что существенно, они обладают математической системой завязанной на космогонии, теории происхождения и эволюции. Числа и пропорции для них священны, они сродни духовным ценностям.

– Они выбрали тебя. Они тебя наняли, потому что ты их понимаешь.

– Я в какой-то степени разделяю их взгляды.
– Эл улыбнулась.
– Хотя не доверяю.

– Да. Они слукавили, когда служба отказалась сотрудничать и отправились готовить свою экспедицию, - размышлял Алик.
– Сначала они старались поступить честно, по-человечески, поэтому установили контакт с тобой и через тебя. Земные службы их спровоцировали, в результате, они пошли в обход правил нашей этики. Ты вовремя успела вмешаться. Если они так желают получить этотартефакт, значит, это крайне важно. Если они могли раньше прыгнуть в это прошлое, то могли бы обойтись без контакта. Им был нужен живой посредник, но не простой человек! Что они пытаются обойти?

– Да. А ты представляешь, что бы с ними сделали, если бы обман раскрылся?

– Они обратились к тебе, к тому, чьи способности выше человеческих. Ты оказалась влиятельной фигурой? Впрочем, зачем я спрашиваю. Ты же сама призналась, - он хмыкнул, - что изображала бога. А здесь ты тоже будешь изображать сверх существо? Хочу представить масштаб твоих намерений. Пока он меня пугает.

– Что ты хочешь мне сказать?

– Если я правильно понял настроения твоего знакомого в библиотеке, тебе придется придумать очень веский набор причин, по которым тебе необходим этот символ. Ты вторгаешься в область тайных знаний. А ты женщина. Здесь не подойдут ни подкуп, ни шантаж, ни воровство, включая неразрешенное проникновение в хранилище. Жизни можно лишиться.

Эл покивала. Он, наконец-то, начал размышлять над проблемой, оставил на время свои претензии.

– Я не могу советовать, потому что это время для меня такая же тайна, как символы инопланетян, но по моим ощущениям тебе можно разыграть не просто умницу.
– Алик улыбнулся.
– Впрочем, притворяться тебе не придется. Что если поразить Солона уровнем твоих знаний. Ты по любым меркам - существо выдающееся, может быть этого не скрывать.

– Боюсь попасть в историю, - сказав это Эл невольно улыбнулась.

Алик засмеялся.

– Для работы нам необходим временной маркер. Давай сделаем его из тебя. Я не шучу.

– Ну, может быть без пафоса обойдемся. Пошли изучать местные нравы элитарной прослойки общества, - предложила она решительно.

– И куда?

– В Музей.

– Примешь совет?

– Приму.

– Тебя нужно переодеть. Ты ходишь в дорожной одежде, ты похожа на простолюдинку. Чтобы завести связи на аристократическом уровне тебе нужна другая одежда.

– Багаж при переброске не предполагался, - пошутила она.

– Я полагаю какая-нибудь из невесток Эфроима сделает тебе хитон.

– Нет. Чем меньше наши домочадцы знают о нашей жизни, тем меньше пересудов и внимания.

– Внимания будет достаточно, я тебя уверяю. Первые дни я недоумевал, почему все стараются нарочито нам угодить, от их гостеприимства буквально не было спасения. Если бы не Ника, я бы не понял, что это просто добрые чувства и правила жизни. Они так живут. Во всяком случае в семейства Эфроима - это норма.

– Как кстати они Нику воспринимают?

– Она старается не ставить их в тупик, - Алик не стал продолжать. Эл точно не нужно объяснять, как может вести себя ее воспитанница.
– Ничего выдающегося она еще не натворила.

– Или вам не сказали по причине вежливости, - предположила Эл.

– Не стану спорить, - согласился он.
– Идем изучать обстановку, здесь масса мест, где можно что-нибудь послушать.

Глава 11

Наслушавшись городской болтовни и осмотрев центральную часть города, они возвращались домой. За три квартала до дома Эфроима из-за угла вывернул Дмитрий, и Алик

вдруг вспомнил, что не чувствует его, как других. Он забыл об этом, полагая, что они с Эл гуляли вдвоем. Втроем. Алик не знал, как к этому относиться, то ли молча благодарить Дмитрия за деликатность, то ли рассердиться на обоих. Поведение Дмитрия, как верного пса, давно не проявлялось с таким рвением, Алик от этого отвык. В итоге его чувства склонились в сторону раздражения. Дмитрий понял его недовольство, но проигнорировал это обстоятельство. Алик не уточнил, следил ли за ними Дмитрий всю дорогу, как давно появился. Дмитрий пожал плечом и не ответил.

Уже в доме Эфроима, Алик отвел Эл в уголок и задал вопрос:

– Ты знала, что он ходил за нами?

– Тебя это беспокоит?
– ответила она вопросом на вопрос.

– Я бы предпочел, чтобы в следующий раз мы гуляли вдвоем. Мне приятно проводить с тобой время, не зависимо от задания. Если ему так одиноко, то будем гулять втроем, я не возражаю, но не под надзором.

– Это полезно в нашем положении, иметь незаметного третьего.
– Ее рациональный тон только усилил его раздражение.
– Если ты желаешь побыть со мной наедине, скажи ему в следующий раз.

– Сам скажи. Не нужно использовать меня, как рычаг.

Алик опять упустил тот факт, что Эл чувствует его настроение. Это здорово и просто, когда спокоен и дело не касается его личных чувств. С некоторого времени ему стало сложно разделить работу и личную жизнь. А то, чем они занимались по сути уже не было работой. Для Эл, как и много раз до этого такое состояние было очередным полигоном для оттачивания чего-либо - навыков, отношений, освоение иных возможностей. Она ко всему относилась как к процессу.

– Он меня не послушает, - заявил Алик.

– Ты не пробовал еще.
– И не дожидаясь следующего возражения она заявила спокойно, но твердо.
– Да. Он изменился. Придется привыкать.

Была вторая половина дня. Они много ходили сегодня, Эл хотелось уединения, она отправилась искать укромный уголок в этом "муравейнике". Стоило ей забиться в небольшое помещение кладовой, как минуту спустя туда "втёк" Дмитрий. Эл вспомнил ворчание Алика, но, вместо того чтобы рассердиться, улыбнулась.