Психея

– И я, - Тайлер немного сбит с толку. Все переводят глаза на Дилана, который поставил руки на талию, сутулясь. Притоптывает ногой, мотнув головой:

– Черт возьми, я всё равно не могу поверить в нечто подобное, - он почти смеется над догадками друга, который пропускает это сквозь уши, вновь говоря:

– Ты просто не можешь принять то, что это… Это немного странно. Этого не может быть, согласен, но мы ведь не настолько глупы, чтобы не верить своим глазам, - Тайлер пока не понимает, каким убедительным может быть, поэтому чувствует неуверенность.

А Джейн лишь радуется. Она готова хлопать в ладоши, ведь есть тот, кто поддерживает её и развивает эту беседу. Девушка пытается прочесть что-то в глазах подруги, но Хлоя кусает губы, пожимая плечами:

– Наверное, мой здравый, пока что, разум не хочет принимать это, - делает вывод, отводя глаза. Смотрит в сторону, наклонив голову, пока остальные молча кусают ногти. Каждый обдумывает в себе, не решаясь высказаться.

– Это, - Хлоя щурит глаза, присмотревшись.
– Это, случайно, не та, что вчера в кабинете с нами была?

Все, радуясь, что можно отвлечься от собственных мыслей, повернули головы, разглядывая быстро идущую по аллее девушку в легкой майке. Она поправляет волосы, убранные в высокий хвост.

– Точно, - Джейн ни с кем не советуется, направляясь к Ронни, а остальные не сильно поддержали бы её рвение привести девушку сюда. К ним.

Ронни спокойно дышит, но ей приходится сорвать наушники. Она делает это с еле-заметной неохотой, ведь Джейн появилась, будто из ниоткуда перед ней. Ронни улыбнулась. Ей пришлось.

– Привет, - у Джейн явно сбито дыхание. Она волнуется?

– Мы, - девушка указывает рукой на остальных ребят.
– Я, - исправляет.
– Я хотела бы узнать, что ты видела вчера, когда свет отрубили?

Ронни теряется. Она щурит глаза, делая шаг назад. Потирает холодные ладони.

Но она волнуется не из-за вопроса, а из-за того, что не может ответить на него.

Говорить? Ей нужно говорить?

Джейн внезапно начинает понимать, что девушка не ответит. И просить её о подобном очень нелепо, поэтому делает проще:

– Кивни, если ты вчера видела что-то, - просит, надеясь на положительный ответ.

Ронни проглатывает комок неуверенности, но тот всё равно оседает где-то внутри. Царапает. Раздражает. И тот факт, что остальные сдвинулись с места, направляясь к ним, тоже настораживает.

Джейн ждёт. Смотрит прямо в глаза Ронни, нервно пуская пар изо рта. Её взгляд скользит вниз и замирает на цепочке. Опускается к кулону в виде бабочки. Девушка складывает руки на груди, хмурясь. Черные глазки бабочки блестят, смотрят прямо на неё, покоясь на груди Ронни. Та делает ещё шаг назад. Волнение дает о себе знать, поэтому кивает головой, отворачиваясь. Джейн опомнилась, сделав шаг, но тормозит, опустив руки. Смотрит на отдаляющуюся фигуру девушки, которая вызывает у неё всё больше вопросов.

– Мило поговорили, - “шутит” Хлоя, останавливаясь рядом с подругой.

Тайлер, как и Дилан, внимательно всматривается в уходящую Ронни, выдавливая:

– Она немного, - язык заплетается.
– Немного странная.

Ронни вдруг поворачивает голову, бросив какой-то ровный, безэмоциональный взгляд на парня. Тот отвел глаза, откашлявшись. Дилан складывает руки на груди, щурясь с недоверием, когда девушка отворачивается:

– Немного, говоришь?

***

И единственное, о чём жалел седой мужчина - это то, что не уберёг.

Старик сидел у давно потухшего камина. После смерти супруги он его не разжигал, ведь привык, что они вместе нежились возле него в такие “холодные” дни, как эти. Но сейчас он один.

Вертит кружку с кофе в морщинистых руках. Остыл. Уже давно. Но не было желания пить горький напиток, ибо он не сдержался.

Не смог сопротивляться их голосам, их мольбам.

Он впустил.

***

***

***

В салоне автомобиля тихо. Девушка крепко держит руль, внимательно смотрит на дорогу.

Джейн хмурит брови, разочарованно вздыхая. Она надеялась, что сегодня хоть какая-то картинка начнет строиться в её голове, но нет. Кажется, она одна действительно заинтересована в произошедшем.

Кулон-бабочка.

Девушка уверена, что где-то видела подобный. В магазине? Где?

И чего Джейн забивает себе голову? Может, правда необходимо отпустить?

Кулон-бабочка.

Черные глазки.

Бабочка.

Девушка задумчиво щурит глаза, но вновь мотает головой, выбрасывая из неё мысли, которые вызывают головную боль.

Всё. Оставь это, Джейн.

А Ронни впервые задумалась.

Впервые её посетила мысль, нет, сожаление, что она ограничена. Таким большим теперь ей казался её недостаток. Раньше не особо волновало, скорее, просто приносило неудобства, о которых Ронни мгновенно забывала.

Девушка отделяет себя от других, отдаляется, чтобы быть равнодушной к общению, равнодушной к мнению остальных.

Но сегодня ей хотелось ответить. Возможно, так на неё действует Джейн, ведь этот человек не вызывает недоверия. Или всё дело в том, что она так легко приспособилась к положению Ронни. Не заставляет её говорить, просит писать на блокноте, а главное смотрит, не как на какое-то невиданное животное, не как на нечто необъяснимое. И не задает много вопросов.

Ронни сняла майку, бросив на кровать. Распускает волосы, смахивая капельки пота с лица.

Она неслась домой, чтобы закрыться, изолироваться.

Девушка напряжена, ведь не смогла найти дедушку, который не так часто покидал стены особняка. Ей не нравится находиться в большом доме одной. Особенно, когда грядет непогода.

Ронни стягивает штаны, желая поскорее отправиться в ванну. Она оставляет вещи, не сложив в шкаф, и оборачивается, делая шаг в сторону ванной комнаты, но тормозит, замечая нечто странное.

Дверь. Девушка уверена, что запирала её, но сейчас она открыта. Сквозь небольшую щелку в комнату проникает сквозной ветер. Неприятный, вызывающий мурашки на коже.

Ронни не игнорирует, направляясь к двери, чтобы захлопнуть. Кажется, ей придется попросить у дедушки ключ от комнаты, чтобы нечто подобное не случалось, например, ночью. Ронни не сторонник ночных хождений, а так же она не любит, когда в темной комнате что-то, да открыто. Дверь или дверца шкафа. Ящик или окно. Неважно.

Девушка касается ручки двери, но прежде чем закрыть, прислушивается.