Пушистое счастье

Но я уже знал, что кризис прошел, настороженность между нами ушла, Милана успокоилась. Появилось доверие. Вот только надо еще приучить не выставлять на меня свои колючки, но это уже проще.

– Значит, украду и отвезу в такую страну, где пару женят, не спрашивая согласия невесты.

– Что? – возмущенно вздернула носик Милана, наконец посмотрев на меня.

– То, – передразнил я и склонившись, чмокнул ее в нос.

Девушка залилась краской. Ну милота!

– Так, все, иди. Мне еще вещи собирать.

– К отцу тебя отвезу я, – сказал, как отрезал.

Но Милана не стала упрямиться. Она боялась, и страхи ее были не беспочвенны. Однако девушка вела себя стойко, не истерила, не капризничала и не требовала невозможного. Мне повезло с невестой. Свое счастье я не упущу и постараюсь его сохранить, чтобы кое-кто не тянул к нему руки, если не хочет их лишиться.

Глава 20

Стать самостоятельной

Милана Родкер

Вернувшись с приема и обнаружив, что в мою комнату проникли и все там разгромили, я впала в ступор. Не помню, что говорила или делала. Единственное, что врезалось в память, так это то, что я осматривала помещение, по просьбе стражи проверяя: ничего ли не пропало? И все было на месте. Хотя примерно половина вещей была испорчена. А потом меня проводили в комнату к дежурной.

Пока Ларса бегала по общежитию и наводила порядок, следила, чтобы никто не мешал страже работать, Идар утешал меня. И такое это было облегчение, возможность на кого-то положиться в этот ужасный момент, когда не знаешь, что делать и почему все это происходит. Мы стояли, обнявшись, и тогда мне казалось, что я со всем справлюсь.

Идар держал меня за плечи, его теплые руки словно возвращали к реальности. Я чувствовала его ровное и спокойное дыхание, как будто он пытался передать мне часть своей уверенности.

Я догадывалась, почему в мою комнату проникли. Но все мои секреты были в голове. Имея отличную память, я ничего не записывала. Что самое плохое: мои коллеги об этом знали. Не найдя ничего в комнате, несложно было сложить логическую цепочку. Без всяких сомнений можно утверждать: моя жизнь в опасности. Поэтому, собрав чемодан, я отправилась домой.

Отец и брат встретили мое появление с вещами с недоумением. Проводили взглядом и поднялись следом. Заспанные, в пижамах и с всклокоченными волосами, они выглядели довольно забавно. Только вот мне было не смешно.

– Милана, что ты тут делаешь? Почему не предупредила?

– Я должна предупреждать? А что, меня уже выдали замуж и приходить сюда я могу уже только в гости? – резко уточнила я, открывая чемодан. Даже если меня здесь не ждут, пару дней им придется потерпеть. – Приехала на прием с вами, уезжала уже с Идаром.

Вчера мне было не до того, но все-таки немного обидно такое поведение родных. И сейчас я была на грани, чтобы обидеться и сильно.

– Не передергивай, – нахмурился отец. – Мне казалось, что ты поладила с женихом.

– А меня спросить ты не потрудился, перед тем как обсудить с ним: с кем я прихожу и ухожу? Вы уже устроили нашу помолвку, даже не спросив моего мнения. А теперь, похоже, вообще не важно, что я хочу? – слова вырывались сами, я не могла остановиться. – Может, вам вообще все равно, что со мной происходит?

– Ну, ты же не ставишь меня в известность насчет своих планов и поступков. А я вроде как должен, – начал злиться отец.

Стали наворачиваться слезы, но я сморгнула, не дав им пролиться. Нет, я не собиралась показывать, как сильно это ранит. Но внутри все кричало от несправедливости. Разве так должны вести себя родные? Разве так встречают того, кто, казалось бы, должен быть дорог?

Я посмотрела на отца и вдруг поняла, что получила то, к чему так стремилась – самостоятельность. Это не они меня не понимают, это я цепляюсь за то, чего нет. В голове прозвучали слова отца, которые он сказал мне еще совсем недавно: запомни, Милана, человек может принимать решения сам лишь тогда, когда он полностью независим. Упрекаю их, что все решают за меня, а сама пришла к ним и ищу помощи. Детство прошло, ребенок вырос и должен справляться сам. Уже никогда не будет, как раньше.

Захлопнув чемодан обратно, я закрыла его, взяла и пошла обратно прочь из комнаты.

– Милана! – позвал меня отец.

А я не готова была к разговору. Сейчас я просто наговорю ему гадостей, а он мне, и они будут стоять между нами еще очень долго. А толку не будет никакого. В этом доме я не останусь, он уже давно не мой.

Оказавшись на улице, я вдохнула грудью свежий воздух. В небе занимался рассвет, а я еще даже не ложилась спать. Ну что, в гостиницу? Хотя бы на одну ночь, а там решу, что делать дальше. Пока навскидку было ясно: нужно искать работу и снимать жилье. До окончания аспирантуры осталось совсем немного, а там и защита диссертации. Можно устроиться авансом.

Мне было страшно и тяжело сейчас. Но я сосредоточилась на планах о будущем и шла до ближайшей гостиницы, которая, по счастью, находилась недалеко. Лишь бы там были комнаты. Идар говорил, что мне сейчас нежелательно находиться одной.

Вот я хлопнула нужной дверью, быстро решила вопросы по заселению, ключи у меня в руках, и я поднимаюсь на второй этаж. Третья дверь справа. И я внутри. Чемодан падает на пол, а прислоняюсь спиной к двери. Как минимум на сутки у меня есть постель и душ. А завтра… Завтра я все решу.

* * *

Идар Норвей

Сразу, как расстался с Миланой, я приставил к ней работающего на меня частного детектива и попросил у Аргула охрану. И чтоб незаметно. Обычно в этом деле такого не положено. Но Миланой заинтересовался король, и следователю дали полномочия на самое широкое расследование.

Когда тот узнал, что за дело он должен раскрыть, то прямо сообщил мне, что лучше б он меня не встречал. На что получил ответ, что мы не выбираем, когда приходит наше время. Я был уверен, что все уладил, так каково же было мое удивление, когда я получил весточку от детектива, что Милана ушла из дома. Что же должно было там случиться?

Попрощавшись с Аргулом, я не успел выйти из стражи, как передо мной завис магический посланник. Взглянув на него, понял, что отправитель мой будущий тесть.

Идар, светлого дня! Сегодня утром я узнал, что в комнату в общежитии Миланы проникли неизвестные. Что происходит? Моей дочери угрожает опасность?

Вздохнув, я поморщился. Так себе ситуация – оказаться меж двух огней. Что Милана рассказала отцу? И что она хочет, чтобы он знал?

Светлого дня. Насколько я знаю, происшествие со взломом расследуется. Пока рано судить о каких-то сдвигах в деле. Но раз произошел подобный инцидент, то Милане следует быть осторожнее. В ближайшую встречу я поговорю с ней об этом.