Ни сожаленья, ни тревоги —Того, что было, не вернуть,А все житейские дорогиСоставили в итоге —Путь.

Стихотворения (1965–2016)

«Не великие зодчие…»

Не великие зодчие —Мужики крепостные,Что рождались без отчества,Умирали босые,В армячишках с прорехамиТопорами стучали,Возводили над рекамиХрамы русской печалиИ былинного горюшка…Мастера неизвестны,Но стоят на пригорочкахЛебединые песни.

Темнота

Улеглась у окошкаТемнота,Словно черная кошка,Да не та,Что суха, обогретаИ сыта…О, бездомная этаТемнота!

Гитара Романс

Гитара с трагическим звоном,О прошлых годах расскажи,Когда я был юным, влюблённым,Не знал обольстительной лжи.И весело струны звучали,И радость была на лице.Но то, что бывает в начале,Не часто бывает в конце.Меня обманули, забыли,Смеясь над наивной душой.С тех пор мы с тобой полюбилиДруг друга любовью большой.Так пой же с надрывом, гитара,Звени про минувшие дни.Я стал преждевременно старым,С тобой мы остались одни.Я скоро умру, и, быть может,Друзья, мои песни любя,В могилу со мною положатГитару-подругу, тебя.

Вдохновение

Я знаю,Раз в душе иссякСвятой источник удивлений,Слова верти и так и сяк —В стихах не будет откровений.Что за беда —сиди и жди(Рот сжат молчаньем, как тисками).Лишь иногда идут дождиВ пустыне жёлтой над песками.И то,хотя и моросит,Но, до земли не долетая,Под серой тучей дождь висит —Увы, надежда золотая…Пусть нет угрюмее труда,Ты жди —с трудом раздвинув камни,На дне источника водаЗабьёт весёлыми толчками.

«В парк ворвался с виража…»

В парк ворвался с виражаВетер-лиходей —Листья сыпятся с ветвей,Падают кружа.По воде плывут, летят —Паруса полны,Словно в край своей весныВновь попасть хотят.

«Я вспомнил деревянную церквушку…»

Я вспомнил деревянную церквушку(Весной над куполами птичий гам),Похожую на девушку-хохлушку,Идущую с братишкой по лугам.В счастливом детстве, в цвинтаре играя,Не знал я, что за все благодаря, —Как Андруши не встретить больше рая, —Сказал однажды автор «Кобзаря».Он вспоминал село в песках пустыниИ видел, как мираж в палящей сини,Вишневым белым садом расцвело,Дойдя из века права крепостного,Дотла сгорая и вставая снова,Большое украинское село.

«Большое украинское село…»

Большое украинское село…Над ним бушует Каневское море.А было… В паводок, волнам назло,Как “чайки” запорожцев на простореС днепровским свежим ветром в парусах,Выныривали хаты из тумана —Высокий купол церкви в небесах,Как шапка куренного атамана.

«Я душу окропил живой водою…»

Я душу окропил живой водою,Холодной, словно в полдень из Днепра.Моя душа желает быть святою,Открытою криницею добра.Такой, как та. У хаты. Под ветлою.Её копал отец мой молодой.Известная своею голубою,Едва ли не целебною водой.И становилось больше год от годуЛюдей, что пили и хвалили воду.Никто не обходился без тогоИз множества прохожих и проезжих.Вкус той воды – одно из самых свежихВоспоминаний детства моего.

Степь

Всё неподвижно в мертвом царстве зноя.Что говорить о людях и животных,О ковылях и о полях пшеницы,Когда у ветра даже нет охотыВприпрыжку по дороге пробежаться.Всё изнывает в мертвом царстве зноя.Один орёл доволен:Как прекрасноЛежать,Раскинув крылья,На упругихВоздушныхПодпирающих потокахИ знать,Что ты счастливей всех на свете.

Осенний лес

В осенний лес пугливой тропкоюБесцельно как-нибудь придиВ ту пору осени короткую,Когда уже не льют дожди.Когда он каждой веткой нервноюИ каждой жилкою листа —Весь в ожиданье снега первого,Когда в просветах – даль чиста.Чем гость добрей, приём радушнее,И ты двустволку и ягдташОставил дома.Что оружие,Куда надежней карандаш!Идёшь – сровняешься с рябинками,И не покажутся вовекТебекровавыми дробинкамиИх гроздья,Добрый человек.

Предчувствие

Мелодия ещё в моей душеНе родилась, как в оркестровой яме,Но всё-таки предчувствие уже,Всё заглушив, царит в партерном гаме.Пока не все заполнены места,И шум, как под шатрами балаганов,Что может показаться – не простаЗадача успокоить меломанов,Которые жуют, программки мнут.Здесь кашель слышен, там раскаты смеха…Волненье этих нескольких минутКуда важнее шумного успеха.Но вот уже погашен в зале свет.Сейчас маэстро музыку разбудит…И тут я умолкаю: смысла нетПытаться рассказать о том, что будет.

«Вот и всё. Ушла любовь от нас…»

Вот и всё. Ушла любовь от нас.У меня в душе, как в чистом поле.Осень. Предвечерний тихий час.Только глухо, пусто – и не боле.Высоко проплыли журавли(Говорят, хорошая примета),Но они растаяли вдалиСветлой литерой любви и лета.И теперь моя душа пуста.Вьюга бы скорей ворвалась, что ли?До чего унылые места —Даже места не нашлось для боли.

«Тот, кто несуетно умён…»

Познать тоску всех стран и всех времён.

Иван Бунин

Тот, кто несуетно умён,Познает чуткою душоюТоску всех стран и всех времён —Она не может быть чужою.Одна тоска другой сродни.Как звуки плача в разных странах,У всех людей сердца одни —Они в одних и тех же ранах.

Ночные окна

Беда царит в зашторенном покое.Недремлющие окна городов,У вас во взгляде что-то есть такое,Чему я дать названье не готов.Я вашего покоя не нарушу,Не запущу булыжником в стекло,Но только не глядите прямо в душу,И без того, поверьте, тяжело.

Пробуждение

Я спал.Мне показалось,Что на лоб легла тёплая ладонь.В детстве,Когда я болел,Бабушка,Чтобы узнать, есть ли температура,Прикладывала руку ко лбу,А мне казалось,Что её рука снимает боль.Я проснулся и зажмурился – солнце!

Солдаты шли…

Солдаты шли, сутулы, хмуры,Дорогой чести – до конца.Солдаты шли —И пули-дуры,Тупые капельки свинца,Расплющивались о сердца.