Пути истории

Когда в ожесточенной войне участвует сразу более десятка разных государств с противоположными и часто меняющимися интересами, заключение мира представляет собой исключительную дипломатическую трудность. Тем не менее по Вестфальскому миру 1648 г. удалось добиться условий _гтак или иначе удовлетворивших почти всех.

При заключении Вестфальского мира был принят принцип: каждое государство придерживается религии своего государя по состоянию на 1624 г. (о подавлении лютеран и реформатов речи уже не было). Религиозным диссидентам разрешалось частное богослужение (кроме прямых габсбургских владений, где католицизм должен был господствовать безраздельно); провозглашалось равенство лютеран, кальвинистов и католиков перед законом. Северные Нидерланды (Соединенные провинции) были признаны суверенной федерацией, независимой от империи и возглавлявшейся стадхолдерами (штатгальтерами) из дома герцогов Оранских; Нидерланды заключили мир с Испанией. Франция добилась некоторых территориальных уступок и особых прав в Лотарингии и Эльзасе. Бранденбургу достались значительная часть Померании (балтийского Поморья) и ряд бывших католических епископств. Независимой от империи была объявлена и Швейцарская конфедерация. Другую часть Померании и еще ряд земель на балтийском побережье и в устьях рек Эльбы, Одера и Везера получила Швеция; кроме того, ей была уплачена большая денежная контрибуция. Был признан полный суверенитет всех германских государств, с единственной оговоркой, что он не должен быть использован «против императора и империи».

В результате образовалось несколько компактных абсолютистских государств с тенденцией развития в национальные государства (этой тенденции могло противостоять конфессиональное деление страны, не совпадавшее полностью с границами крупных абсолютистских государств). Однако Бранденбург (Пруссия) был четко лютеранским, Бавария — католической и т.п. Был учрежден общеимперский суд, в состав которого вошли 26 католиков и 24 протестанта.

В целом можно считать, что для большей части Германии и вообще Центральной Европы Тридцатилетняя война содействовала развитию в пользу абсолютизма. Крупные землевладельцы нажились на военных поставках, буржуазия некоторых городов (Гамбург, Нюрнберг) тоже усилилась, широко занимаясь кредитными операциями, а крестьянство разорялось, и в Пруссии (включая Бранденбург и Померанию), а также в Мекленбурге было установлено крепостничество в очень тяжелой форме.

Между тем война продолжалась и после 1648 г., а именно между Францией и Испанией в 1648—1689 гг.; в результате была выправлена франко-испанская государственная граница — более или менее в соответствии с границами национальными [132] . Кроме того, в 1655—1661 гг. шла первая Северная война между Польшей, Австрией, Пруссией, Данией и Нидерландами против Швеции (отдельные государства вступали в войну и выходили из нее не одновременно). Соперничество этих государств осложнилось войной России сначала с Польшей, а потом со Швецией.

132

Однако часть территорий, населенных басками и каталонцами, отошла к Франции.

Перейдем теперь к Английской революции.

Ход ее будет недостаточно ясен, если мы не затронем подробнее уже упоминавшуюся проблему огораживания. В раннем средневековье каждая сельская община (деревня) имела общий выгон, которым пользовались как крестьяне, так и землевладельцы; запашка занимала лишь часть общинной земли и переносилась с места на место. Начиная с XIII в. возникло стремление землевладельцев и более состоятельных крестьян определить свою долю общинной земли и изъять ее из круговорота смены запашек. Права помещика ( lord of the manor ) были больше прав крестьян, и огороженный им участок значительно ограничивал общинный выпас. В конце концов запашки были оттеснены к краю, севооборот на них стал затруднен, урожайность крестьянских участков падала, в то время как на земле помещиков хозяйство спорилось. Часто огораживание использовалось для выпаса рунных овец, и важнейшим предметом международной торговли стала шерсть (а позже — сукно). Однако в других районах огораживание использовалось для улучшения севооборота на господских землях.

Огораживание части общинной земли в принципе требовало земельной или товарной компенсации крестьянам, однако помещики часто злоупотребляли своими возможностями, и дело шло к обнищанию крестьянства и бегству их с земли. В то же время помещичьи хозяйства могли рассчитывать на рынок. Этим объясняется тот факт, что в ходе Английской революции значительная часть помещиков (джентри), переходившая на товарное хозяйство, выступала солидарно с городскими владельцами мануфактур и богатыми ремесленниками против крупных помещиков и особенно против королевских и монастырских имений. Процессу огораживания государство пыталось препятствовать с помощью ограничительных законов еще с XIII в.; протесты против огораживания общинной земли для разведения овец звучали в XV в. и особенно в XVI в., в условиях возросшей дороговизны хлеба. Пытаясь остановить рост цен на хлеб, власти издавали соответствующие законы. Однако к концу XVII в. и крестьяне стали огораживать свои земли, огораживание стало нормой и лишь в некоторых частях страны воспринималось как бедствие.

Новый раунд огораживания происходил со второй половины XVIII в., но уже лишь с формального согласия большинства жителей и по парламентскому акту.

Необходимо также остановиться на деятельности английского парламента. Норманнские короли постепенно ввели обычай созыва совета знати (причем участники совета сначала назначались произвольно, и он лишь впоследствии образовал Палату лордов, в которой по праву заседали все представители титулованной знати и верхушка знати нетитулованной). Вплоть до XVI в. лорды были главными противниками королевского абсолютизма. Кроме этой Палаты и отчасти в противовес ей короли созывали представителей общин, особенно городских. Палата общин окончательно оформилась при Елизавете I и все более заявляла о себе при решении дел государства, хотя Елизавета настаивала на том, что, например, вопросы религии (со времени ее отца Генриха VIII — англиканской) и вопросы войны являются прерогативой монарха. Требование Палаты общин участвовать в управлении государством настойчиво звучало со времен Якова I (1603—1625), когда депутаты настаивали на своем праве вводить налоги и т.п. Происшедшая в конце XVI в. секуляризация церковных и монастырских земель усилила позиции нетитулованных землевладельцев (джентри).

Среди депутатов парламента увеличивалась численность пуритан — так сначала назывались те сторонники англиканской церкви, которые стояли за более полное ее очищение от пережитков католицизма и часто выступали против церковной иерархии. Среди пуритан группа пресвитериан вообще считала, что церковная власть должна принадлежать светским старейшинам (пресвитерам). К пуританам относили также кальвинистов, баптистов, квакеров и другие крайние христианские секты, которые отчасти самоопределились лишь позже.

Король Карл I (с 1625 г.), сочувствуя католицизму, соглашался на англиканство с церковной иерархией и старался не поддаваться на требования о предоставлении парламенту налоговых полномочий.

С 1629 по 1640 г. он правил единолично (без парламента), что заставило его изыскивать денежные средства внепарламентским путем — через секвестрацию земель, принудительные займы. Было придумано звание баронета, который, подобно рыцарю, мог титуловаться «сэр» (а жена его была «леди»); баронетства должны были покупаться у короля. В Шотландии (находившейся в унии с Англией со времен короля Якова I — сына Марии Стюарт, казненной Елизаветой) король Карл I Стюарт пытался ввести англиканский молитвенник, между тем как там в то время уже определенно господствовало пресвитерианство. В 1638 г. было заключено общешотландское религиозное соглашение («ковенант»), а в 1639 г. шотландская церковь отменила епископат. Наконец, весной 1640 г. Карл решил созвать парламент (Короткий) для вотирования налогов, но сразу распустил его; однако в тот же год осенью пришлось снова созвать парламент (Долгий). Парламент поддержал шотландцев. Оказавшись в трудном положении, Карл пожертвовал парламенту своих министров, свое право собирать не утверждаемый парламентом налог — «корабельные деньги» и свою верховную судебную прерогативу. Однако парламент потребовал также изменений в структуре церкви, права назначать министров и чиновников и контролировать вооружение. В 1641 г. вспыхнуло восстание в Ирландии, но парламент не финансировал военной экспедиции, предпринятой Карлом.

В 1642 г. Карл после неудачной попытки арестовать парламентских лидеров собрал войска в центре Англии и начал вооруженные действия против парламента. Страна разделилась на «круглоголовых» (сторонников парламента) и «кавалеров» (сторонников Карла). Джентри разделились, флот выступил за парламент, и парламент же контролировал изготовление артиллерии. Карл имел лучшую кавалерию, которая вначале нередко решала битвы в его пользу. Хуже у него было с денежными средствами — приходилось делать займы у своих сторонников и за рубежом.

Во главе парламентской армии стояли генералы из знати — граф Эссекс, лорд Фэрфакс и др. С 1643 г. выдвигается Оливер Кромвель. Парламент заключил с шотландскими пуританами (кальвинистами) «Торжественный союз и ковенант», и в 1644 г. 20-тысячная шотландская армия вторглась в Англию. Карл заключил перемирие в Ирландии (где почти перманентно шла война) и перебросил оттуда войска против шотландцев, но новая конница Кромвеля («железнобокие»), парламентские войска и шотландцы разбили войска Карла на Марстон-Муре; королевские силы понесли огромные потери убитыми и особенно пленными.

В начале 1645 г. парламентская армия реорганизуется («новая образцовая армия»): издается «ордонанс самоограничения», устранявший большинство знатных командиров; Кромвель приобретает все большее влияние.

В Шотландии между тем произошло роялистское восстание; Карл упрямо продолжал отвергать требования парламентариев, но в битве при Нейзби понес поражение и отступил в Уэльс.

Затем Карл бежал к роялистам в Шотландию, но роялисты здесь не удержались, и шотландцы выдали Карла английскому парламенту. Тем временем настроение в парламентской армии сдвигается влево — появляются течения индепендентов, затем левеллеров, отрицавших саму англиканскую церковь даже в преображенном виде, требовавших нового, однопалатного парламента.