РАБСТВО

– Скар, - обратился он ко мне, - нам удалось сделать еще один шаг в правильном направлении. Ты уже стал капитаном биремы, а это означает, что ты превратился в царя и бога одновременно биремы "Весенняя Ласточка". Теперь любой член экипажа обязан бегом исполнять любое твое распоряжение, ни один из них не вправе оспаривать или не выполнить твоего распоряжения. Но повторяю, Скар, мы сделали только первый шаг и, чтобы бирема стала полностью нашей, нам предстоит еще немало поработать. К тому же у нас нет времени и нужно, как можно быстрее, убираться с этого рейда, пока на борту судна и берегу все спокойно. Но, но кто знает, что может случиться в следующую минуту, вдруг появится новый сумасшедший колдун, которому отнять у нас эту бирему. Поэтому я предлагаю, чтобы ты объявил этой пока еще неорганизованной толпе свое решение о моем назначении твоим первым помощником, если, - в этот момент Борг лукаво посмотрел мне в глаза, - у тебя нет возражений. Но, честно говоря, человек ты у нас новый и пока еще плохо разбираешься в людях и во взаимоотношениях между людьми. Вдвоем вместе мы найдем нужных нам людей, которые поставят паруса и бирема уйдет из этого места в море, где мы попытаемся отыскать более или менее постоянное пристанище для нашей "Весенней Ласточки". В море у нас будет достаточно времени, чтобы подумать о том, как и с кем жить дальше.

Как человек, Борг был мне симпатичен и понятен, да и к тому же, если судить по его речи, он был образованным человеком и неплохо разбирался в людях. И если назначить его своим первым помощником, возложив на его плечи обязанности по формированию и руководству экипажем, то моих плеч не коснулись бы многие трудности в этой области и было бы время для своих приватных дел. Он был прав, когда говорил, что я мало знаю людей Тринидада, да и откуда имирянин мог бы узнать о людях другой планеты. Да, и откуда я мог что-либо узнать, если все время проводил под наблюдением рабского ошейника, который вообще запрещал рабу думать.

– Хорошо, Борг.
– Мысленно я обратился к Боргу.
– Ты станешь первым помощником капитана биремы, я согласен работать вместе с тобой. Я согласен также передать под твой надзор бывших рабов, чтобы ты научил бы их трудному ремеслу матроса и воина, они должны уметь ходить под парусами и также хорошо воевать на суше и на море. Через месяц - два эти новобранцы должны научиться лазать по реям и вантам, как обезьяны лазают по лианам в джунглях, знать азы владения оружием и ходить воинским строем. Эти месяцы, каждый вечер мы будем встречаться и будем обмениваться всем, что узнали за день, а к тому ты будешь рассказывать мне о своей прошлой жизни, о государствах этой планеты, об истории и правителях государств планеты Тринидад системы Желтого Карлика - обо всем, что будет интересовать меня.
– В душе я ликовал, так долго мечтал о человеке, который мог бы ответить на мои вопросы, вот и решил Борга сделать таким человеком.
– Если ты, Борг согласен с моими условиями, то, пойдем к людям, где я объявлю о твоем назначении.

Народ на палубе благожелательно встретил известие о назначении Борга первым помощником капитана "Весенней Ласточки", в отличие от меня, Борг за очень короткое время сумел стать узнаваемым и уважаемым человеком на биреме. К тому же мне пришлось впервые публично мыслеречью обращаться ко многим людям одновременно. Эксперимент вполне удался, хотя вначале люди не вполне понимали ситуации, когда я, только что ими же избранный капитан, поднялся на возвышение перед мачтой и застыл в молчании, а только смотрел на людей, не произнося при этом ни слова. Но когда в головах бывших рабов и матросов прозвучал мой голос, обращающийся к ним с приветствиями, то люди начали прислушиваться к тому, что им говорил это мой голос. Матросы более эмоционально, чем бывшие рабы, которые еще не забыли своих ошейников, восприняли это мое мысленное выступление. Некоторые из них хватались за головы и мотали ей из стороны в сторону, а у других глаза вылезали из глазниц. Таким образом, матросы большей частью перепугались моего появления и стали принимать меня за могущественного мага, а с ними, разумеется, простой человек не спорит.

Из-за этой путаницы в своих головах матросы не принимали участия в голосовании при выборах первого помощника капитана биремы. Но их голоса не имели особого значения. Борг был единогласно избран и официально стал первым помощником капитана, вторым по власти человеком на биреме "Весенняя Ласточка".

ххх

Эль-Нассар внимательно вслушивался в слова командира конного разъезда, младшего лейтенанта Кимвелла, рассказывающего о событиях и последних новостях из военного лагеря под Аннуаром. Он до сих не мог понять и разобраться в том, как это могло произойти так, что магический перенос его и Ивонны их из столицы в Аннуар осуществлялся в течение двух лет, а не мгновенно, как это обычно происходило. Возможно, Ивонн Де ля Рунж и могла бы разъяснить возможность возникновения подобного временного разрыва, но она до сих пор находилась в полуобморочном состоянии и была не в силах шевельнуть даже пальцем. Эль-Нассар за годы своей жизни уже приучился к тому, что некоторые ответы на важные вопросы приходится ожидать годами. Так и в этом случае, Ивонн Де ля Рунж рано или поздно придет в себя, наберется сил и объяснить этот временной феномен. Эль-Нассар усмехнулся и подумал, что все чаще и чаще он полагается на мнение своего придворного мага, Ивонн Де ля Рунж.

А сейчас Эль-Нассар с большим вниманием слушал все, что ему рассказывал младший лейтенант Кимвелл, который своим языком пересказывал события, перевернувшие его жизнь и жизнь всего султаната, заставившие его, когда-то всесильного Повелителя народов султаната, превратиться в бездомного и гонимого беглеца. По словам Кимвелла, он находился рядом с капитаном Фенрихом, когда тот по браслету разговаривал с Эль-Нассаром. Когда связь была прервана на полуслове, капитан Фенрих разослал разведчиков по городу и приказал им собрать запрошенную информацию. Разведчики ушли незамеченными, но уже через полчаса казарму городской стражи окружила новая толпа людей в черном, больше походившая на орду питекантропов, которые явно готовились к штурму здания. Разведчики не вернулись из города и через час, да и штурм казармы питекантропами оттягивался. Здание казармы было сложено из кирпича и поэтому оно было очень крепким, а питекантропы были, видимо, не выдрессированы штурмовать кирпичных зданий. Тогда капитан отдал приказ, покинуть казарму и прорываться маленькими подразделениями к замку Повелителя или из города. Одна из пригородных деревень была обозначена, как место встречи для тех, кто потеряется или отстанет при прорыве. Вначале, все шло неплохо, отдельным подразделениям удалось уйти незамеченными и вырваться на городские улицы. Улицы столицы в тот момент были обезлюжены, горожане сильно испугались того, что происходит за окнами их домов и носа не казали на улицы. Небольшие группы стражников вначале свободно передвигались по этим улицам и некоторые из них даже вышли на городские окраины, когда основные группы по случайности налетели на нескольких северных шаманов колдунов.

Стражники не смогли даже приблизиться к шаманам, чтобы своим оружием поразить их, как те, находясь на безопасном от них расстоянии, начали одного за другим убивать этих несчастных людей. Вход шаманы пустили все, что имелось в их арсенале - файерболы, управляемые стрелы и дротики, удавки различных типов и лучи смерти, но наибольший урон людям наносили их смертельные заклинания, которые сменялись одно за другим. Часто люди умирали, не видя, кто же их убил. Дело быстро закончилось тем, что убежавших от шаманов стражников вновь окружили плотным кольцом, но на этот раз всадники номадов, которые вырубили под корень оставшихся после шаманов живых стражников.

Одна небольшая группа, под командованием капитана Фенриха попыталась прорваться к замку Эль-Нассара. Но на своем пути к замку эта группа встретила такое количество людей в черном, что была вынуждена изменить направление своего движения и отвернуть в сторону. Под умелым командованием капитана Фенриха группа сумела обойти все засады противника и прорваться в безопасное и заранее обговоренное место встречи с другими группами стражников. Первые дни ожидания прошли спокойно, сельчане радушно привечали усталых воинов стражников, ухаживали за ранеными поили и кормили здоровых, но вечером вокруг деревеньки неожиданно верховые разъезда номадов. Староста пришел к капитану Фенриху и потребовал, чтобы тот и его люди покинули бы деревеньку. Только начавшие приходить в себя стражники натянули пробитые и помятые доспехи, взяли в руки оружие и собрались покинуть деревеньку. Их оставалось совсем немного, когда они уходили из деревни, то женщины плакали, грустными взглядами провожали молодых парней, идущих на смерть. На самой околице им неожиданно встретилась небольшая группу воинов призрачной стражи, которая тут же приняла над собой команду капитана Фенриха и присоединилась к группе стражников.

Боя не получилось, как только стражники вышли на дорогу капитан Фенрих был тяжело ранен в голову первой же стрелой, выпущенными номадами на полном скаку. Стражники подумали, что он убит и их сердца не выдержали напряжения этого дня, они побежали и в поле их изрубили в куски эти всадники номады. Только воины призрачной стражи молча окружили тело раненного капитана и, ощетинившись ножами, дротиками и мечами направились к ближайшему лесу, а номады на верховых животных беспрестанно кружили вокруг этой малочисленной группы, но так и не решались напасть на эту группу. В лесу номады становились слепыми и не могли преследовать воинов призрачной стражи.

Состояние капитана Фенриха ухудшилось с каждым часом, жить ему оставалось совсем немного, не один из воинов призрачной стражи не мог ему помочь. Капитан не приходил в сознание и постоянно бредил, придя в сознание, он требовал, чтобы его оставили и не тащили бы с собой. Совершенно случайно в глубине леса эта группа натолкнулась на одну старуху, которая оказалась местной знахаркой и которая, осмотрев рану капитана, предложила воинам призрачной стражи раненого капитана оставить у не в землянке. Она попробует его излечить. Посоветовавшись между собой, воины решили все же оставить капитана Фенриха у знахарки, так как уже сейчас он выглядел не жильцом на этом белом свете.

В военный лагерь под Аннуаром пришло всего семь воинов.

Когда они добрались до Аннуара, то в этом лагере увидели полный разгром и беспорядок, словно он только что был разгромлен противником. В нем вообще никого не было, кроме диких и приблудившихся собак. Из двух десятков тысяч человек в лагере не осталось никого, что свидетельствовало бы о том, что несколько дней назад кипела жизнь и тысячи людей занимались военной подготовкой, формировались боевые части, способные постоять перед любым противником. Поиски ничего не принесли, не было найдено ни одного документа, разъясняющего обстоятельства того, что послужило тому, что этот вдруг оказался покинут людьми. В ходе этих поисков не было найдено ни трупов людей, ни свежих захоронений и ни свидетельств имевших в данном месте боев. Люди в этом лагере, словно испарились без следа и по мановению волшебной палочки. Некоторые воины призрачной стражи хотели разойтись по домам, где можно было переждать смутные времена.