Раздевайся, Семёнова!

Нет, я не иду на свидание к Знаменскому – в очередной раз внушила я своему отражению. Из двух вариантов как провести пятничный вечер – ублажать этого старого развратника или пойти с друзьями в клуб – я выбираю последнее, и всего лишь хочу подойти к его машине – до того, как мы ускачем на полночи тусоваться.

Подойду и скажу ему, что я раз и навсегда отказываюсь плясать под его дудку, и пусть делает что хочет. Я не сплю с шантажистами. Ну то есть, с шантажистами, которым не хватает одной… шантажируемой.

И не слова не расскажу про готовящийся про него заговор – пусть платит по счетам, раз оказался таким подлецом.

 Заберет он меня... Вот ведь гад!

Я вздохнула… Хоть сегодня оторвусь – перед тем, как моя жизнь покатится по наклонной. Потому и решила выглядеть на миллион долларов – будет что вспомнить, когда буду биться головой об лед, работать на трех работах и пытаться поступить куда-нибудь во второй раз... Или вообще, поджав хвост, возвращаться в нашу родную дыру…

– Что? Не нравится? – забеспокоилась Юлька, создавшая на моем лице этот шедевр макияжа.

– Что ты! Дикая красота. Спасибо, дорогая!

От умиления друг другом мы расцеловались – в воздух, будто дамы высшего света – и принялись одеваться.

Платьев на сегодняшний вечер у меня было два – на выбор. Красное, мини, с почти полностью открытой спиной, и более скромное – синее, до колен, с разрезом на боку. Помучившись около часа, я выбрала красное – пусть Знаменский истечет слюной, когда увидит меня подплывающей к его машине. И сразу же подавится от разочарования, когда я сообщу ему, что посылаю его нахер.

Да, немного опасным было так вызывающе одеться в ночной клуб, но я не смогла побороть в себе соблазн покрасоваться перед этим мудаком.

Волосы уложила по видео из Ютьюба – в винтажном стиле, заколов часть на макушке, а часть завив на крупную плойку. В общем, была ничего не хуже Золушки, собравшейся на бал.

– Ну что, девчонки, вы готовы? – раз в четвертый спрашивал Ложкин, заглядывая в комнату без стука и получая в ответ визги и подушку в голову. Было такое ощущение, что не стучал он из принципа – предпочитая получить по башке, но подсмотреть, что там у дам в «будуаре» делается. На пятый раз Юлька заперла от него дверь.

Вел себя так Валера по одной простой причине – судя по тем деньгам, которые на нас собирались потратить, наглеть ему сегодня официально было «можно». Так он, наверняка, считал, во всяком случае.

Мало того, что Юльке (а за компанию и мне) фактически дали безлимит на алкоголь, Ложкин еще и машину у кого-то из друзей на вечер одолжил. Уж не знаю в честь какого вранья – возвращаться-то мы тоже на ней собирались. И отнюдь не трезвые.

– Мы готовы… – королевским жестом распахнув дверь, Юлька вышла в гостиную студенческой квартиры.

Ложкин громко сглотнул слюну и уставился на нее собачьими глазами. Потом перевел взгляд и точно таким же голодным взглядом уставился на меня.

Надо надеяться, она ему там не тройничок пообещала, внезапно забеспокоилась я. А то иди их знай, этих…

– Давай уже дуй вниз, подгони машину, – скомандовала Юлька, проходя в прихожую и доставая с общей вешалки наши куртки.

Я покачала головой, выбрасывая идиотские подозрения. Чушь. Уж эта собственница точно не станет ни с кем делиться.

Пока мы надевали куртки, из соседней комнаты выглянула Оксана – с ней и ее соседкой мы делили общую гостиную и санузел.

– Ого, какие вы! – присвистнула она.

– А вот такие… – с шутливой высокомерностью Юлька покрутилась перед ней, потом, разыгравшись, схватила Ложкина за шарф и потянула за собой к выходу, будто на веревке.

– Котик, ты меня задушишь! – завозмущался Валера.

– Нет, милый, сегодня ты весь день так за мной ходить будешь! – Юлька засмеялась, чмокнула его в нос и вытащила из кармана его куртки ключи.

– Куда?.. – спохватился он.

– Я поведу до клуба! – безапелляционно заявила моя подруга.

Господи, что ж она ему такого наобещала, что так нагло себя ведет?

– А ну отдай! Это ж не моя машина!

– Ну, мааасик… – заныла Юлька.

И вдруг остановилась на полуслове и замерла, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя.

– Что случилось? – забеспокоился Ложкин.

Шепнув что-то ему на ухо, Юлька сунула мне мою куртку и убежала в ванную.

– Бл*ть! – ругнулся Ложкин и почесал в затылке.

Ничего не понимая, я пошла следом за подругой. Постучалась.

– Юль, все в порядке?

После нескольких секунд непонятной возни из-за двери прошипели.

– Ничего не в порядке. У меня эти… дела начались, которых я только через два дня ждала.

Я с секунду соображала, о каких делах она говорит. А когда поняла, прошипела в ответ.

– И чего? Какая разница? У тебя прокладок нет, что ли?

– Ничего! – зло огрызнулась Юлька. – Я сегодня вообще-то хотела не в своей постельке уснуть…

– Вы идете? – хмуро поторопил нас Валера, и я невольно подметила, что он кидает косые взгляды на нашу соседку, все еще торчащую в дверях.

Да, похоже этому парню все равно в чьей постели сегодня уснуть – лишь бы не одному.

Лихорадочно пытаясь решить, говорить ли об этом сегодня Юльке, я еще раз постучала в дверь ванной.

– Идите вниз… - буркнула Юлька. – Я догоню.

Ну вот, начинается. У нашей примы окончательно испортилось настроение.

Вздохнув, я попыталась ее подбодрить.

– Ты не расстраивайся. Будет еще куча ночей у тебя…

– Ага… – ворчала она изнутри ванной. – Машину подгоните ко входу – я спущусь через пять минут.

Я зачем-то кивнула, хоть она меня и не видела, натянула куртку и оглядела себя напоследок в зеркало. Что ж… не хуже Грачёвой на тех ее фотографиях. Хоть и без натуральных мехов.

– Пошли, что ли? – я позвала за собой Ложкина, мотнув головой на дверь.

Вместе мы покинули квартиру, вызвали лифт и успели даже проехать пару этажей вниз, прежде чем случилось… непотребство.