Разоритель Планет

— Недолго ты протянешь, Элакрай, — мрачно проговорил Романо, откинувшись на диван. — Хотя, всегда можно попробовать бежать в Конфедерацию и там тебя точно никто так легко не достанет. Хотя, он вещает свои Новости Галактики уже лет десять, если не больше, да и лично его новости без платной подписки на них никто не видит, а эта подписка стоит дорого. Почти тысячу кредитов, так что… Рыночек порешал, — улыбнулся человек, запрокинув голову назад.

Через пару минут Романо поднялся с дивана, не забыв отключить телевизор, где начались какие-то другие новости, но смотреть их не было особенно большого желания, поэтому Роберто и решил сделать то, что он умел лучше всего. Сэндвичи! Он прошел в кухню, подошел к холодильнику, который стоял в углу кухни, после чего достал оттуда сыр и ветчину, положил их на стол, затем достал уже нарезанный хлеб, а в следующий момент разложил четыре кусочка по столу, еще четыре оставил в подобии стопки. Затем Романо стал нарезать сыр и ветчину, после чего клал по два ломтика на каждый из разложенных кусков хлеба, и в завершении клал на сыр второй кусочек хлеба. Он положил сэндвичи на специальную большую тарелку, а затем поставил их в микроволновую печь с сенсорным экраном, а также возможностью включения видео. Он поставил таймер на полторы минуты, после чего сел за кухонный столик и достал телефон, после чего набрал Киру.

— Алло? — ответил сонный голос с обратной стороны. — Я уже не сплю.

— Вставай быстрее, тут готовится мое фирменное блюдо! — проговорил с неким торжеством Романо. Действительно, сэндвичи были единственной пищей, которую он готовил самостоятельно и в этом деле наловчился настолько, что резал сыр и мясо дольками примерно в три миллиметра, иногда с небольшими погрешностями, но все же. Это было величайшее достижение в жизни Романо, над которым он довольно часто посмеивался.

— Ух ты… Ты сваришь яйца? — спросила девушка с неким скепсисом.

— Лучше! Я приготовил сэндвичи! — проговорил все с той же торжественностью Романо.

— И ради этого ты меня разбудил? — спросила девушка, кажется, начав зевать.

— Нет. У нас же запланировано интервью, поэтому… Пора вставать! — проговорил уже практически командным голосом директор экспроприации. — Ты подготовила вопросы?

— Да-да… Приготовила, — проговорила девушка, после чего отключилась.

Таймер на машине громко пропищал о готовности гениального блюда, Романо вытащил его из металлической коробки, а запах плавленого сыра раздался по всей кухне. Директор поставил на стол свое величайшее произведение искусства, после чего достал из холодильника старый добрый томатный соус, сел за стол, положив голову на правую руку в ожидании того, когда спустится со второго этажа Кира.

Прошло, вероятно, более десяти минут, томатный соус уже был разлит по сэндвичам, а Романо все ждал… Вниз начала спускаться девушка с распущенными светло-русыми волосами, в розовой майке и желтых домашних шортах. Роберто улыбнулся своей маленькой гостье и указал на стул перед столом.

— А помыть руки? — спросила девушка, смотря на директора с некой улыбкой.

— Эм… Ну… Да. Точно. Помой руки, — в этот момент у бывалого вояки возник глупый вопрос: «А зачем? Не грязные ведь».

Он посмотрел на свои жесткие ладони и не увидел ничего особенного, после чего снова сложил руки на столе в ожидании.

…

Через какое-то время они уже были в машине и мчались по трассе. Романо решил двигаться по более-менее благоустроенным районам, хотя и понимал то, что Кира, скорее всего, уже не раз видела то, что творится в районах, лишенных средств к существованию.

— Как, кстати, дела в колледже? — спросил Романо, глядя в зеркало заднего вида.

— Ну… Группа уменьшилась почти вдвое, — девушка поджала губы.

— На платных местах были?

— Да. Родителям стало нечем оплачивать обучение, — девушка в этот момент лбом прислонилась к стеклу машины. — Вот скажи. Зачем это? Мы ведь жили спокойно, а потом пришли вы.

— Ну… Это корпоративные интересы. Я скажу то, что знаю максимально кратко. Крупные корпорации порой имеют большие проблемы с профсоюзами, поэтому им требуется больше безработных, а в наше время желательно иметь образованных безработных, дабы просто выпинывать с производства неугодных рабочих, а порой и целых инженеров. В итоге, такие действия позволяют слегка снизить коэффициент выплат зарплат рабочим, ибо зная то, что завтра тебя могут просто взять и выкинуть с производства, ты просто не будешь особенно отсвечивать, а значит, смиришься с понижением своей зарплаты, лишь бы выжить. Как-то так, — проговорил Романо спокойно.

— Но у этого же есть и обратная сторона, верно?

— Верно. Преступность. Люди, а особенно те, кто не являются местными, довольно склонны к тому, чтобы проявлять насилие по отношению к ненавидимым ими центрийцам. Однако, это играет на руку корпорациям, ибо люди, сцепившись в драке за рабочие места, не замечают тех, кто сосет из них соки. Они просто начинают бить друг друга, а далее гайки закручиваются все сильнее, когда приток трудовых мигрантов лишь увеличивается. С одной стороны, это плюс для корпораций, ибо они в этот момент приобретают еще большую резервную армию труда, а с другой стороны, эта резервная армия становится слишком огромной для того, чтобы полноценно ее контролировать. Резервная армия, уже состоящая, в своей сути, из люмпенов, очень легко скатывается моральном плане и может начать крушить самих корпоратов. В общем, Карения гонится лишь за тактическими целями получения прибыли, а о долгосрочных перспективах задумывается слабо, — голос Романо почему-то звучал металлически холодно, но девушка, кажется, поняла, почему. Он просто не особо хотел говорить на эту тему, но пытливый ум студента заставлял ее продолжать исследование.

— Но ты же это все понимаешь. Почему ты до сих на их стороне? — спросила девушка, пытливо глядя в глаза Роберто, отражавшиеся в зеркале заднего вида. Глаза его бегали по пространству за лобовым стеклом, кажется, пытаясь найти ответ, он ненадолго замолчал.

— Честно? У меня просто есть семья, которая находится в довольно хорошем положении, а если я предам Карению — моя семья будет выброшена на улицу и там умрет. Просто в силу отсутствия банальных навыков выживания. Не думай, что Центр это Рай. В Центре есть свои трущобы и темные уголки, — он впился своим взглядом в стекло зеркала заднего вида, а Кира отвела глаза, было сейчас в этом его взгляде что-то особенно страшное. — Знаешь, откуда Джек?

— Откуда? — спросила девушка, снова переведя глаза на зеркало, но взгляда Романо уже не нашла.

— Он с Центра. Жил в трущобах с большой семьей. Я перед отлетом сюда искал человека, который готов на все ради семьи. Специально обходил трущобы, переодевшись в нищего, даже бороду отрастил. И… Нашел Джека, которого тогда избивало несколько белых мужчин. Расовая сегрегация, кстати, не совсем исчезла из нашего бытия. Это здесь… В цивилизованных обществах сегрегации нет, а вот в трущобах люди начинают сбиваться в стаи по цвету кожи, ибо в одиночку ты просто не выживешь. И каково было удивление Джека, когда его спас какой-то «гринго», который пристрелил двух из пяти, а остальных заставил бежать. Его бы тогда могли убить, но нет. Кстати, что интересно, так это то, что Джек оказался в трущобах недавно, в большей степени из-за того, что был уволен с должности инженера, — Романо улыбнулся. — Проектировщик космических станций, один из многих. Сам был достойным человеком, не успел совсем превратиться в скота, да и… Полагаю, что его бы быстрее перемололи, чем он бы превратился в кого-то другого. С бандами черных — не спелся, а белые начали его гнобить. В общем, это было сознательное лишение человека шансов на выживание, видимо, Джек Тайсон чем-то очень не угодил своим работодателям из компании по строительству станций, но решил про это умолчать, однако я все откопал. Как оказывается, Джек был одним из инициативных членов профсоюза, поэтому его и выкинули, ибо на тот момент существовало уже достаточно большое предложение подобных же работников на рынке труда. Теперь, его семья живет в одном из средних районов какого-то относительно захудалого городка Центра. Но… Что могу отметить, так это то, что Джек не очень способен к тому, чтобы быть полезным при работе с невооруженными людьми. В этом случае, он довольно быстро размякает, и поэтому у меня всегда под рукой есть Чаки, который страдает садизмом. Могу сказать на счет Джека то, что он вполне себе способный парень, который довольно быстро начал осваивать выдаваемую ему литературу, кажется, он даже еще глубже понял сущность профсоюза. Тогда-то они, видимо, выступали без особенной теории, а может стухли, а когда стухли, их с легкостью выпнули на улицу в большом числе и обеспечили выезд из города, в котором располагались доки и прочая инфраструктура для нормального конструирования станций.

— Но… Большая часть станций строится прямо в космосе, разве не так? — спросила девушка, а Романо улыбнулся.

— Сначала требуется подготовить вариант станции еще на планете, а именно ее модель. Обычно она относительно небольшая, но такая, чтобы человек мог понимать то, насколько удобно по ней перемещение, и не только. Станции Федерации всегда оснащены довольно большими вентиляциями, в первую очередь для того, чтобы использовать их в военных целях, поэтому отдельно делается еще и вентиляционная система, по которой потом ползают специальные люди. А вот после создания первого образца… Станция становится на постройку уже в космосе, ну… В случае, если государство или частник одобряет проект, поэтому сначала все и делается на земле, — Романо улыбнулся, а машина остановилась возле офиса. — Приехали.

Он вышел из машины, затем подошел к двери Киры и открыл ее, подавая руку для того, чтобы девушка вышла.

Это был второй раз, когда Кира была здесь. Стеклянные истуканы разного калибра пытались пронзить или пронзали небо, офис Карении был первым. Он не был слишком высоким, но благодаря высоким потолкам, несмотря на высоту в тридцать этажей, значительно превышал габариты обычных домов. Да… Здесь было красиво, особенно в сравнении с тем, что приходилось видеть в остальном Кирене, но пугало число черепоголовых шок-пехотинцев, чье число здесь, кажется, превышало пятьдесят бойцов.