Разоритель Планет

…

Вскоре люди были около позиции талерианца. Тем временем, Клио подготовил три ракетных ранца, после чего поднял один из них, а именно тот, который обладал черепом черного цвета, нарисованном посередине ранца.

— Итак, начнем с конструкции. Данная модель ранца называется Штурм-5.0. Откровенно говоря, лично мне нравится данная модель ранца. Фактически, здесь вы не видите ничего, кроме двигателей, хотя обычно на ранцах видны топливные баки, — талерианец в этот момент поднял щиток, на котором был нарисован череп, а внутри оказались те самые топливные баки. — Как видите, все более-менее защищено от случайных попаданий противника, что значительно повышает выживаемость бойца на реактивном ранце. Ранее случались множественные случаи различный повреждений топливных баков, в случае, если это были баки газового типа — штурмовик просто взрывался; в случае, если это были баки жидкостного типа — штурмовик с великими мучениями сгорал в огне своего же ранца. Далее… — Клио опустил щиток назад на топливные баки и повернул ранец обратной стороной. — Итак… Здесь мы можем видеть то, что ранец обладает довольно удобной системой ремней, которые можно регулировать, кроме этого, имеется четыре механических манипулятора, которые закрепляются на вашей одежде или броне, и, в зависимости от материала, на котором они закрепляются, они подбирают степень сжатия. Чем прочнее на вас снаряжение — тем лучше, ибо ранец сможет максимально крепко закрепиться на вас, что ликвидирует всякую возможность потери вами ранца, в первую очередь, в полете. Далее… — талерианец надел ранец на свой скафандр, а его руки легли на специальный держатель на ранце слева. — Как видите, ранец обладает еще и возможностью переноски вооружения, то есть вы можете закрепить какое-то оружие на нем. Лучшим вариантом является ПП или какая-то складная штурмовая винтовка. К сожалению, на ранце очень сложно закрепить какое-либо длинное оружие по типу снайперских винтовок, в основном, в силу того, что ранец имеет двигатели, которые выводят довольно сильный огонь и ваше оружие банально может расплавиться, поэтому… Я бы посоветовал снайперам пользоваться трофейными винтовками, которые вы добудете на крышах небоскребов. Впрочем… Кому я это говорю? Жнец меня в любом случае не послушает, а ефрейтор Колленс не имеет особого выбора. Почему вы не сможете перенести оружие в руках? — задал вопрос талерианец. — Если у вас нет специального чипа в мозгу или вы не умеете им пользоваться, это приводит к тому, что… — в этот момент ранец выдал два руля, которые отвечают за полет. — Как видите, ранец обладает проблемным местом, в виде того, что им приходится управлять в ручную. Как только вы нажимаете на кнопку, включается двигатель. Левый или правый, соответственно, — талерианец демонстративно включил сначала левый, а затем правый двигатель, но не полетел. — Чтобы взлететь, надо дать двигателям слегка прогреться. Ждем три секунды, и… — Клио начал подниматься в воздух под гул двигателей. — Чтобы увеличить скорость двигателей, нажимаем на кнопку более интенсивно, — так Клио начал резко подниматься в воздух, после чего, совершив специальные отклонения рулей, обернулся в воздухе и заскочил на пятиэтажку. Костюм увеличил громкость голоса Клио. — Таким образом, мы совершили подъем на здание! Чтобы спуститься вниз, требуется легкое зажатие кнопок включения двигателей. Далее вы плавно спускаетесь вниз, — талерианец совершил своего рода прыжок в пропасть, но не стал резко падать вниз, а медленно и плавно опустился на землю.

— Это… А… — ефрейтор в шоке посмотрел на Клио. — Извините… Мне что, придется летать на этой хренотени?

— Ну… Полагаю, что да. А что такое? — спросил Клио, глядя на человека.

— Ох ё… — человек прямо-таки схватился за голову. — Да я, етить их мать, полетов боюсь! Я, нахрен, даже во время полета на космическом корабле вжимаюсь в кресло! Черт-черт-черт… И нахрена я в снайпера вызвался… Ой-ой-ой…

— Вам придется лететь, — проговорил Клио.

— Не-не-не-не-не! Так… Извините, пожалуйста, но я реально ссу, — ефрейтор умоляюще посмотрел на Гришку, а тот лишь улыбнулся.

— Солдат должен выполнять то, что ему говорят старшие по званию. Я вот являюсь старшиной, поэтому Вам, ефрейтор, насколько Вы бы не были меня старше, придется подняться наверх, — Жнец говорил это довольно добродушно, а человек напротив с каким-то недоверием смотрел на своего командира.

— А, может, это… Я там… Ну… По лесенке поднимусь, а? Может, не надо этого, а? — спросил Колленс все также умоляюще.

— По лесенке и в лифте — долго. Это не обсуждается, Колленс. Плюс… Ты уже дал согласие на то, чтобы быть снайпером. Ты уже выстрелял три патрона из моей винтовки и показал результат значительно более высокий, чем многие известные мне снайпера, поэтому, Колленс, ты полетишь, — Жнец вдруг перешел на «ты» и резко сменил добродушность на строгость и жесткость.

— Понял, — Колленс как-то мрачно подошел к одному из ранцев, после чего аккуратно надел его, затянул ремни на плечах и на животе, затем почувствовал, как железные манипуляторы обхватили тело снизу по ребрам и сверху под подмышками.

Лицо его было бледным, но все-таки он старался себя пересилить.

— Слушай меня внимательно, Колленс, — заговорил монотонный голос талерианца. — Я могу вколоть тебе успокоительное или адреналин, что лишит тебя страха, но тебе лучше преодолеть себя самостоятельно. Тяжело в учении, легко в бою.

— Да-да… Я преодолею, — проговорил, чуть ли не задыхаясь, человек.

— Мы с Жнецом будем лететь рядом с тобой, и будем тебя страховать, поэтому не бойся. У меня рюкзак синхронизирован с костюмом. У Жнеца в мозг встроен специальный чип, поэтому бояться нечего.

ЧОПовцы же смотрели на Колленса кто с усмешкой, кто с соболезнованиями, а сам ефрейтор резко выдохнул.

— В жопу, — проговорил он, после чего начал медленно нажимать на рычаги. Ефрейтор начал медленно подниматься вверх, затем нажал сильнее, вспарил в воздух быстрее Жнеца и Клио, а после совершил непонятный маневр с каким-то криком и оказался над самой пятиэтажкой.

Он прямо-таки перевернулся в воздухе, сделав своего рода мертвую петлю, а затем встал на крыше. В глазах его сразу начали летать какие-то пятна, но Колленс, слегка пошатываясь, стоял. Вдох-выдох… Вдох-выдох. Клио и Жнец уже были рядом с ним. Жнец что-то говорил, но человек не мог понять, что. В голове крутились множественные мысли, а самое главное, какое-то неверие в то, что он сделал. После этого, он пошел вперед. В висках стучал сердечный ритм, но он пересилил себя и сделал шаг вперед. Сначала с силой сжал рукоятки, чтобы остановить резкое падение, а затем, облегчив хват, стал медленно опускаться вниз. Лицо его было бледным, но все-таки Колленс сделал это. Внизу же его ожидали изумленные лица ЧОПовцев, которые не раз наблюдали то, какую гримасу принимало лицо Колленса во время полетов на Айскрим или даже во время перелетов между городами. Теперь же, кажется, на его голове стало на одну седую волосину больше, но, по крайней мере, он пересилил себя и свой страх.

…

Вскоре четыре отделения шок-пеха были уже на месте. Были они переодеты в некую броню из черной плотной ткани с десятками вставок для поглощения тока. На лицах были такие же черные шлемы с такими же поглотителями. Вперед вышел, судя по всему, Грейх, который посмотрел на штурмовиков, упаковавшихся в такую же броню, но красного цвета. Переодеты были все, кроме Клио, ибо съем скафандра был для него смертельным.

— Итак… Провожу краткий инструктаж по поводу того, каким образом вас выводит из строя и то, почему Клио не стоит участвовать в этом действе, — голос Грейха был почти таким же, как и в экзоскелете, даже без искажения, он был хриплым, кажется, от простуды. — На доспехах встроены поглотители шок-зарядов. Что это значит? Это значит то, что ток не бьет вас напрямую, но, в зависимости от того, в какую зону попадает шок-заряд — ток будет сильнее или слабее впитываться в аккумулятор костюма, который, в момент накопления критического числа энергии, ударит вас мощным зарядом тока. Грудь, — Грейх указал в грудную пластину. — Сюда, в зависимости от зоны попадания хватает одного-двух шок-зарядов. Если попадание по касательной, что редко, в вас впитается от силы десять процентов тока. Зачастую, костюм такие попадания вообще не анализирует и в соответствии с этим не принимает. Дальше. Голова, — Грейх указал на шлем. — Здесь, опять же, один-два попадания в зависимости от вашего оружия, если пулемет попадает в голову — понятно, что головы нет, а значит, костюм сразу производит максимальное накопление заряда и бьет вас током, который выводит вас из состояния «жизни». В случае, если попадания происходят в некритические зоны, то есть, в конечности, хотя попадания в некритические зоны на поле боя — это тоже довольно таки смертельно, ибо вы минимум теряете оружие, если не смогли удержать его в руках, а максимум подвижность, если вам хорошо посекло ноги. Попадание в руки и ноги — заряжает ваш аккумулятор процентов на двадцать-тридцать. А теперь… Самое интересное, — Грейх указал на живот. — Как думаете, сколько здесь процентов?

— Сто, — четко произнес ефрейтор, глядя на старшего сержанта шок-пеха.

— Верно. Почему?

— Попадание в живот смертельно, ибо в случае такого попадания у вас, скорее всего, пробьет кишки, и вы будете умирать в муках в течение пары дней, если вовремя не оказать соответствующую хирургическую помощь. Вести же бой с попаданием в живот — довольно проблематично, ибо человеку чересчур сложно передвигаться с таким ранением, а тем более перемещаться стоя, — отчеканил ефрейтор.

— Верно. Вести бой из «стационарного» положения, вы в принципе сможете, если вам вколоть хорошую дозу обезболивающих, но все-таки, зачастую, такое попадание приводит если не к отключке, то к самой мерзкой боли. Про попадания в торс… Почему два патрона порой? — спросил снова Грейх.

— Есть шанс попадания в ребро, иногда происходит рикошет пули, ну и… Стоп… А почему не учитываются те же бронежилеты? — спросил ефрейтор, глядя на человека в черной броне.

— Условности. Не более… Конечно, это должно учитываться, но разработчикам было в падлу маяться с такими «неважными» деталями, поэтому оно так. По поводу рикошета — верно, но, зачастую, нынче происходит либо пробитие насквозь ребра, что смертельно, либо проход пули вскользь, но все-таки шанс рикошета имеется и именно поэтому только живот является смертельной зоной. Хотя, в принципе, зачастую живот не выводит из игры навсегда, когда попадание в сердце или в легкое или в мозг — это стопроцентная смерть. Теперь по поводу Клио… — шок-пехотинец сначала опустил голову, а потом поднял взгляд на талерианца. — Ты же понимаешь, что попадание шок-заряда приведет к отключению систем жизнеобеспечения твоего скафандра?

— Понимаю, однако, меня еще ни разу не ранили в боях за почти пять лет наемничества. Я что, буду бояться Ваших жлобов, старший сержант шок-пеха? — спросил с легким налетом наглости талерианец, хотя это, вероятно, было бы сложно распознать через голос переводчика.

— Ну… Мои жлобы гораздо более эффективны, чем половина того сброда, с которым тебе приходилось сталкиваться, а мне труп на базе не нужен, Клио. Либо ты даешь мне стопроцентную гарантию, что в тебя не попадут, а ты не можешь ее дать, либо ты не участвуешь в штурме. Решай, — проговорил абсолютно спокойно Грейх, глядя на талерианца.

— Даю стопроцентную гарантию, — кажется, усмехнулся талерианец.

— Поговорите с ним, парни, а то я разверну бойцов, и мы разойдемся без штурма, — четко проговорил старший сержант, а после этого вокруг талерианца появились Кувалда и Жнец, затем рядом возникли и Грэм с Жабодавом.

— Что ты устраиваешь, Клио? — спросил Кувалда, глядя на талерианца.

— Вы без меня вряд ли сможете спокойно прорвать шок-пех, — проговорил гуманоид в скафандре, направив свой шлем на Кувалду.

— Может быть, однако, Клио, ты реально не сражался с шок-пехом или кем-то похожим на них. Ты хотя бы видел то, как шок-пех ведет себя в бою? Если в тебя не попадет шок-заряд, ты можешь погибнуть от пинков, — проговорил спокойно Жабодав.