Разведёнка
Шрифт:
– А мне так себе. Я с тобой даже не кончил.
И засмеяться.
Чтобы поймать ее режущий надвое холодный взгляд. Там даже не ненависть, нет. Он просто не знал этому названия. Женщина одним движением отодвинулась на сидении и выглянула в окно. Быстро оправила волосы и юбку. Холодная, стальная, будто не она только что орала, закатывая глаза от страсти.
– Останови машину.
Обратилась даже не к нему, к водителю! И тот послушно остановился, как будто это она его хозяйка. По чистой случайности, прямо напротив входа в метро. Женщина, еще раз
***
Мертвая, звенящая тишина повисла в салоне.
Первый порыв был - за ней. Подавил порыв железной рукой, задушил в зародыше. Она все равно уже исчезла в метро.
А у него колом. Разорвет сейчас. И почему-то сводит сердце и что-то разъедающе-горячее разливается в том месте груди, где у других живет душа.
Нет у него души, нету, бл***!
Скользнул рукой по телу и только сейчас заметил водителя.
– Что вылупился?
– взметнулась ярость.
– Гони домой!
Дело сделано.
Сделано, да?!
глава 24
В метро Кристина неслась, не замечая ничего вокруг. По счастливой случайности не столкнулась ни с кем и никого не сшибла. И только оказавшись внутри, немного пришла в себя.
Надо было понять, где находится и куда ей двигаться дальше.
Огляделась вокруг, прочитала название станции, нашла взглядом схему. А в глазах рябит, грудь ходуном ходит и руки дрожат. Откат начался. Позорный, жестокий откат. Ее же сейчас просто прорвет рыданиями.
Опустила голову и затихла, положив руку на грудь. Успокоиться надо. Сейчас...
Нет!
Думать нельзя, пусть холодная пустота в голове не отпускает, затопит сердце и душу! Иначе ей не удержать лицо, ее просто не станет. Белая сволочь с бесцветными глазами сотрет, уничтожит.
Плевать, что гнет к земле. Она выпрямилась и пошла дальше.
Налево, направо?
Какая разница? Ей надо было втиснуться в вагон и просто ехать, не важно, куда. Втиснулась и простояла, уткнувшись носом с стекло у входных дверей.
– Осторожно, двери закрываются.
Какое-то время двери открывались и закрывались напротив, потом все сменилось, и платформа была уже с ее стороны, потом снова. И так не один раз.
Кристина худенькая, если прижаться поближе к стеночке и спинке сидения, она занимала очень мало места. И все равно, спешившие люди, вливаясь в вагон потоком, проходили мимо и толкали ее, иногда очень ощутимо толкали. Но это было хорошо, каждый тычок кстати.
Просто ехать и ехать по кольцу. В толпе людей, где тебя никто знает, и ты никому не интересна, это самое то. Единственное спасение, мертвая река. Пока не выгорит все, не выветрятся из души разрывающие ее чувства.
Люди тратят огромные деньги на психотерапевтов и на психологов. Кому это надо, зачем? Достаточно просто некоторое время побыть среди таких сотен же точно людей с пустыми взглядами и мрачными лицами, чтобы понять, твое горе рядовое, обычное.
Реабилитация
личности путем интегрирования в общую человеческую массу. В этой плотной людской массе горе каждого незримо делится и размазывается на всех. Нивелируется. Надо просто отдать свое, пропустить часть чужого через себя и растворить в эфире.Где-то остановке на пятнадцатой Кристина это поняла.
Еще через несколько остановок она вдруг неожиданно для себя поняла, что она энергетический вампир, только наоборот. Потому что ей действительно полегчало, отчаяние и чувство поражения притупилось. А в мозгу неожиданно стали рождаться очень умные философские мысли.
Это все можно пережить.
Изнасилование... Было, да. Но...
Кристина повела плечами, поежилась. Никогда она не станет заявлять об этом и никому не расскажет. Она - никому.
Страх? Страха перед Белым Кристина не испытывала, только горькое сожаление, что уступила ему, отдалась. Ее силы воли не хватило, а проклятое тело, будь оно неладно, слишком сильно на него реагировало.
Довольно, об этом надо забыть и идти дальше.
Отказываться от своих планов Кристина не собиралась. Просто отдохнуть, немного отлежаться, прийти в себя. А завтра с утра с новыми силами вплотную заняться делами. До обеда ей должны были привезти мебель, оргтехнику, расходные материалы. Все это надо принимать, размещать.
И еще! Надо завтра же сменить все замки в офисе! И заплатить охране, чтобы абы кого с улицы к ней не пускали. Конечно, не мешало бы и домофон, вот не ждала, что такое может понадобиться.
Но в первую очередь, раз уж ей полегчало, надо наконец пересесть на другую ветку и добраться до ближайшей к ее офису станции метро. Выгнать мамину машину со стоянки и ехать домой.
И без того уже опоздала.
***
Пока добралась до дома, было уже начало девятого. Мама встречала Кристину в прихожей и с порога зарядила в лоб:
– Что с тобой и где ты была?
А ей хотелось закатить глаза и взвыть:
– Оставьте меня в покое!
Но вместо этого хмурая Кристина стащила туфли, вскинула руку и устало пробасила:
– Мам, давай не сейчас, ладно? Я и так пол дня в ДТП стояла.
– Что...?
– мгновенно осеклась мать, оглядела ее всю и побледнела, хватаясь рукой за горло.
– Что с моей машиной?
Сработало. Машина - это единственное, чем маму можно было пронять.
– Ничего с твоей машиной не случилось, мам.
– Но как же...
– она всплеснула руками.
– Ты же говоришь ДТП.
– Ой! Ну просто один мужик на светофоре въехал сзади. Чуточку поцеловал бампер, даже пластмасса не потерлась.
– Да?
– в нее уперся полный скепсиса взгляд.
– А почему тогда так долго?
– Потому что у него морда битая была. Ну мам! Вот что ты сейчас начинаешь, а?! С твоей машиной ничего не случилось абсолютно. Я специально целых три часа простояла, ждала, когда приедут страховщики, чтобы уж на сто процентов быть уверенной. Можешь пойти посмотреть, если мне не веришь!