Ребут

Я успела подняться только на колени, когда он снова ударил меня.

Он поднимал одну ногу за другой, но Каллум бросился на ребута, потянув за собой вниз. Он попытался прижать его к земле, но Грегор схватил парня за рубашку и швырнул через лужайку.

Мне удалось встать перед Грегором, направляющимся ко мне, подняв кулаки, чтобы защитить себя. Я должна быть быстрее, чем он. Он был сильнее, поэтому мне нужно быть быстрее.

Я переместилась за него, когда он замахнулся для удара, и дала ему смачный пинок под зад. Он ударился коленями, и я потянулась к наручникам, облегчение переполнило меня.

Я завела его руку за спину, но он резко развернулся и схватил меня за лодыжки, опрокидывая меня на задницу. Его нога врезалась в мой шлем, разбив камеру.

— Сто семьдесят восемь! — заорал офицер Майер мне в ухо. — Мы потеряли видимость твоей камеры.

Пара рук обхватила меня за талию, увлекая прочь от Грегора, когда он бросился на меня. Каллум обошел вокруг меня и нанес удар прямо в лицо Грегора.

— Сто семьдесят восемь! — снова закричал офицер Майер мне в ухо.

— Он…он сломал ее, — выдохнула я, мир немного завращался, когда я встала.

Каллум обернулся на звук моего голоса, и Грегор нанес ему сильный удар в живот, злобно уставившись на голову юноши. Ему удалось снять шлем, откидывая тот в сторону с рычанием.

— Сто семьдесят восемь! Одень шлем обратно на голову Двадцать два! Все, что мы видим, это земля!

Я кинулась к ним, сдерживая желание выдрать коммуникатор из уха. Я бросилась между двумя ребутами, разрывая захват Грегора на Каллуме. Я была грязной, испуганной, мои глаза прошлись по новичку, чтобы увидеть был ли он в порядке. Я не увидела летящего кулака. Почувствовала только треск, когда он разбил мне нос.

Мое лицо снова было в грязи. Я не могла вспомнить, почему должна вставать.

— Сто семьдесят восемь!

Голос офицера Майера раздавался где-то вдалеке, и я бросила взгляд украдкой в сторону, чтобы увидеть свой коммуникатор, валяющийся на земле.

— Сто семьдесят восемь, доложи…

Я ударила кулаком вниз, маленькое пластиковое устройство издало приятный хруст. Я почти улыбнулась, но тут рука схватила меня за воротник рубашки и я протерла глаза, чтобы увидеть Грегора, готовящегося к очередному удару.

Мне было все равно.

Каллум схватил его и Грегор отпустил меня. Я рухнула обратно на землю. Каллум ударил Грегора самым жестким ударом, которым мне когда-либо доводилось видеть у него. Большой ребут споткнулся и Каллум ударил его снова.

— Может, заткнешься? — заорал Каллум. Учитывая то, что ни Грегор, ни я не говорили ни слова, я смогла догадаться, с кем он разговаривал.

Он нанес третий удар, но Грегор схватил его за руку и сломал ее.

Каллум даже не поморщился. Он хлопнул ладонью по кости, вставляя ее на место, когда пнул Грегора в живот. Он согнулся от боли и Каллум ударил его коленом в лицо.

Грегор упал с пронзительным криком, и Двадцать два защелкнул наручники на его руках и ногах. Он молотил ногами, но не мог никуда попасть.

Каллум опустился на колени рядом со мной, и я заставила себя сесть, вытирая задней стороной рукава мое окровавленное лицо.

— Мне жаль, — прошептала я, не смея встретиться с ним взглядом.

— Двадцать два! — Я смогла услышать крик офицера Майера у него в ухе. — Что там происходит?

Я почувствовала его руку на своей щеке и посмотрела на его лицо, все в синяках. Он послал мне легкую улыбку. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, затем нахмурился, когда офицер Майер снова начал кричать.

Я осторожно вынула коммуникатор из его уха и кинула его на землю.

— Мятежница, — тихо сказал он.

Он приблизился и сгреб меня в свои объятья. Я чувствовала себя маленьким ребенком на его коленях, но когда я прижалась лицом к его груди и вдохнула свежий запах его кожи сквозь одежду, то не тала возражать.

— Мне очень жаль, — повторила я. — Я была бесполезна…

— Нет, не была, — сказал он, запустив пальцы под шлем в мои волосы. Мне понравилось прикосновение его теплых пальцев, понравилось ощущение, которое они послали вниз по моей шее. — Я сожалею об Эвер. Она была твоей лучшей подругой?

Никогда так о ней не думала.

— Да, — сказала я.

Он обернул обе руки вокруг моей талии, крепко сжимая меня. Я слышала приглушенные крики офицера Майера в коммуникаторе в нескольких футах от нас, и закрыла глаза, закрылась от этого звука. Никто не может видеть или слышать нас. Я была под наблюдением в КРРЧ каждую минуту в течение последних пяти лет.

Я чувствовала себя свободной.

Это была не настоящая свобода, конечно же, позже следящее устройство выдаст мое точное местонахождение, но я растворилась в Каллуме на это мгновение и притворилась.

Когда я отстранилась, он попытался снова притянуть меня к себе, но я покачала головой и кивнула на его коммуникатор.

— Ты должен вставить его, — сказала я. — Если ты не доложишь им, то они отправят других ребутов. Будет плохо, если они пошлют многих, а мы окажемся живы.

Он вздохнул и нехотя засунул коммуникатор в ухо.

— Каллум Двадцать два и Рэн Сто семьдесят восемь. Цель захвачена. Лисси Сто двадцать четыре и Рауль Девяносто три мертвы. — Он прислушался и огляделся. — Хорошо. — Он схватил свой шлем, надев его на голову и настроив камеру. — Видишь? С ней все в порядке. Ее коммуникатор просто был разбит.

Каллум подмигнул мне. Он точно знал, как это получилось.

Он немного помолчал, потом посмотрел на меня печально.

— Не мог бы ты послать… — Он вздохнул. — Ладно. — Парень мотнул головой в сторону Девяносто три и Лисси. — Они хотят, чтобы мы забрали их.

Я кивнула, подавляя отвращение.

— Да, стандартная процедура, когда ребуты умирают во время полевых испытаний. Я возьму их.

— Я не могу сделать это, Рэн..

— Все в порядке, — сказала я, обвязывая поводком запястье Девяносто три, затем Лисси. — Ты возьмешь его.

Каллум схватил Грегора, его лоб нахмурился, когда он подтащил мужчину к своим ногам.

— Нет.

Я нахмурилась, в замешательстве смотря на него.

— Нет. — Повторил он в свой коммуникатор.

— Что они сказали? — спросила я.

— Ничего. Ты уверена, что сможешь потащить обоих? Я могу взять одного.

— Все в порядке. Они дали тебе приказ?

— Нет. Пошли. — Он подтолкнул Грегора вперед.

— Каллум, ты не можешь просто проигнорировать их.

Он послал мне веселую улыбку.