Ребут

Перелезать ее будет немного больно.

Было бы, если бы мы действительно могли это сделать. Вооруженные охранники патрулировали границы города с каждой стороны, и снайперы стояли в башнях, стратегически расположившись через каждые полмили или около того.

Мой план пока состоял из бешеной беготни, надеясь не получить выстрел в голову, и карабканью по наэлектризованной ограде.

Это был не самый лучший план.

Я смотрела, как Каллум нарезает круги по дорожке передо мной, его дыхание было ровным. Он улучшался почти в каждой области. Парень стал быстрее, сильнее, уверенней. Его тело стало крепче, движения были резкими и контролируемыми.

Но я должна была знать, что он никогда не сможет жить по стандартам КРРЧ. Даже если преодолеет свое величайшее препятствие — его жалкие двадцать две минуты — он не был создан для того, чтобы выполнять приказы. У него было слишком много вопросов. Слишком много своих убеждений.

Я не имела понятия, как спасти его без избавления от наших следящих устройств. И не было никакого способа найти их без приборов обнаружения КРРЧ. Я даже никогда не видела ни одного из них. Я бы удивилась, если они хранили их в здании с ребутами.

Мне нужен был кто-то, кто знал, где они находились. Мне нужен был Лэб.

Мой желудок сжался при мысли, что нужно будет положиться на человека. Не было причин, по которым он захотел бы помочь мне, и ни одной причины, почему я должна была доверять ему.

Я прижала свою руку ко лбу и заставила себя отвести взгляд от Каллума. Я не могла рассуждать здраво, когда смотрела на него. Я была ничем, кроме жалкой кучки эмоций, и не могла придумать, что нужно Лэбу, что он хотел, что человек не мог…

Его дочь.

Ему нужна была его дочь.

“ О ни обещали помочь моей дочери”, — сказал он. — “ Они солгали”.

Я медленно поднялась на ноги, волнение скрутило мой желудок и начало подниматься к груди. Я должна была найти его.

Сейчас.

— Хватит! — крикнула я Каллуму.

Его грудь вздымалась, когда он остановился на дорожке и с любопытством посмотрел на меня.

— Пошли, — сказала я, махнув рукой.

Я кинулась к двери и побежала по коридору, сзади меня раздавались шаги Каллума. Лэб дежурил сегодня в спортзале, и я должна была добраться до него как можно быстрее. Офицер Майер в ближайшее время будет искать нас для убийства цели. У нас было не много времени.

Я завернула за угол и толкнула дверь в спортзал, обшаривая взглядом комнату в поисках Лэба. Он стоял, прислонившись к стене, и притворился, что не заметил меня.

— Отжимайся, — сказала я Каллуму, указав на пол.

Он без вопросов упал на пол, но его взгляд последовал за мной, когда я сделала несколько шагов в сторону к Лэбу. Офицер слегка качнул головой. Он не хотел, чтобы я с ним разговаривала.

« Очень жаль».

Я обвела быстрым взглядом спортзал. Хьюго и Росс стояли на другой стороне, погруженные в муштрование своих новичков. Остальные ребуты тренировались или разговаривали. Я немного придвинулась к Лэбу.

— Да, он улучшается, — сказала я громко.

Я надеялась, что тот, кто наблюдал через камеры, не заметил, что Лэб на самом деле не задавал мне вопроса.

Он посмотрел на меня с каменным лицом. Он не подыграл.

Я повернулась к Каллуму.

— Он теперь стал гораздо быстрее, — продолжала я говорить Лэбу. Я быстро опустила голову и сосредоточила свой взгляд на земле. — Ваша дочь, — прошептала я.

Тишина тянулась слишком долго. В спортзале находилось около десяти ребутов, и в течение нескольких секунд не было слышно ничего, кроме звуков кулаков, врезающихся в тела.

— Что насчет нее? — пробормотал Лэб.

— Я могу вытащить ее.

Он ничего не сказал. Он был настолько тих, что я, в конце концов, посмотрела на него через плечо и увидела его пораженное лицо, почти шокированное. Будто я сказала, собиралась убить его дочь, а не спасти ее.

— Мы уже пробовали, — заикнулся он.

— Я лучше, чем любой другой человек. Я обучена для этого. Если ты хочешь ее, тебе нужна я.

Он медлил, глядя на меня широко раскрытыми глазами.

— Откуда мне знать, что ты сдержишь свое слово, когда выберешься отсюда?

— Поверить?

Один взгляд на его лицо показал, что это тоже не вариант.

Мы снова замолчали, и Лэб уставился в пол с нахмуренными бровями. Наконец, он сказал:

— Ты хочешь попасть в резервацию, верно?

— Если она действительно существует.

— Она существует.

— Ты был там?

— Нет, но ребуты, которые встречались с мятежниками, сказали, что это действительно так. — Он выглядел почти возбужденно, когда говорил. — Я передам мятежникам в Остине не отдавать тебе карту дороги в резервацию, пока ты не придешь с Адиной. Ты сделаешь это?

Резервация была не моей главной задачей — в отличие от спасения Каллума — но Лэбу не нужно было этого знать.

— Да. Однако ты должен отдать мне устройство обнаружения. Я не смогу вытащить ее без него.

Лэб кивнул, и у меня подпрыгнуло сердце с надеждой. Это может на самом деле сработать.

— Сделай это быстро, — сказала я, отходя от Лэба.

Я дернула голову в сторону, смотря на Каллума.

— Ты можешь пойти в душ.

Каллум послал мне еще один любопытный взгляд, но я не обратила на него внимания, когда мы разошлись по нашим разделенным душевым. Сердце у меня в груди бешено колотилось в предвкушении, но я не могла решить хотела ли я говорить ему что-то. Что если я дам ему надежду и все провалиться?

Я схватила полотенце и вошла в кабинку, задергивая шторку позади себя. Я повесила полотенце на боковую стену и взялась за низ своей рубашки.

— Рэн?

Я резко обернулась, чтобы увидеть очертания того, кто стоит по другую сторону шторки.

— Каллум?

Он отдернул шторку и шагнул внутрь кабинки. Веселье промелькнуло на его лице, когда он посмотрел вниз на мои пальцы, все еще крепко сжимающие низ рубашки.

Я быстро отдернула ее, разгладив ткань по животу. Он просто стоял на месте. Я должна была что-то сделать? Он пришел, думая, что я хотела заняться сексом? Мои руки вдруг задрожали, и я почувствовала облегчение, когда он тотчас же не набросился на меня.

И, может быть, немного разочарования.

— О чем ты говорила с Лэбом? — спросил он.

Я скрестила руки на груди и подавила прилив разочарования из-за того, что он не пришел ко мне, чтобы поцеловать.

— О планах, — сказала я.

— Что это значит?

Я хотела сказать, что собираюсь вытащить его отсюда. Я хотела сказать, чтобы он держался, побыл послушным еще немного времени, пока я не выясню все. Я знала, что он посмотрит на меня с выражением счастья, надежды и волнения. Но боялась, что он будет раздавлен, если все провалиться.