Рекламный агент

Даниил несказанно поразился произошедшему. Ему стоило невероятных усилий удержать себя в этом состоянии. Но когда контроль над двумя потоками сознания стал стабильным, парень двинулся вглубь переживаний старика. И вот тут-то его и ждала разгадка.

Когда позднее родители стали замечать непривычные засыпания Даниила средь бела дня, то непременно ругали за переутомления на работе. Сын же лишь загадочно улыбался, благоразумно помалкивая, что только благодаря этим снам и смог удержаться на таком непростом месте.

Глава 4. Неясности

Оказавшись в фойе криоцентра, Даниил был немало удивлён витавшим вокруг напряжением. Никто не разговаривал, не доносилось мурлыканье успокаивающей музыки, что ласкала слух посетителей. Даже рыбы в гигантском аквариуме, казалось, застыли в каком-то непонятном недоумении. Рекламный агент уже собирался привычно прошествовать мимо поста службы безопасности, но не тут-то было! Знакомый охранник неожиданно состроил грозную мину и, поприветствовав нарочито суконными словами, попросил предъявить удостоверение.

Когда же от Даниила потребовали пройти тест сетчатки глаза, молодой человек изумлённо запротестовал:

— Тест сетчатки глаза? Вы серьёзно? Вы же отлично знаете, что у меня искусственное тело!

— Не беспокойтесь. Это универсальная модель сканера. Он считает с вашей радужки цифровой код.

Даниил пожал плечами, но безропотно выполнив требования секьюрити, всё же поинтересовался:

— Слушай, а что, собственно, происходит?

Но насупившийся страж, демонстративно не желающий выказывать, что отлично знает Даниила, пробурчал:

— Стандартная проверка. Проходите!

Миновав последнюю рамку сканера, сбитый с толку молодой человек потопал в сторону своего кабинета. Но не успев дойти до двери пары шагов, услышал, как его окликнули:

— Дан, привет! — голос с хорошо знакомой хрипотцой принадлежал Стасу Шурыгину.

Стас трудился в криоцентре на должности техника-электронщика. Они познакомились в самый первый рабочий день Даниила. Худой, нескладный инженер хоть и был очень вежлив, предупредителен и тактичен, а в работе педантичен и необычайно исполнителен, однако регулярно умудрялся получать выговоры от начальства. Причиной тому были постоянные нарушения дресс-кода, а точнее — полное отсутствие причёски. Да, на голове этого представителя технического персонала творилось чёрт знает что. То ли копна, то ли гнездо… Именно эта неряшливость, с болью напоминающая Даниилу его самого до аварии, и подтолкнула нового рекламного агента к знакомству со Стасом. Даниил неоднократно ловил себя на мысли, что порой смотрел на него как на своё отражение. В такие минуты он даже жалел, что техник тёмно-рус, и глаза у него карие.

Стас неуклюже догнал Даниила, сунул для рукопожатия узкую ладонь и, скорчив скорбную мину, пробубнил:

— Слушай… Я опять кошелёк посеял. Одолжишь на обед?

— Опять потерял? — брови Даниила поползли вверх от удивления, — Ну, ты даёшь! Сколько раз ты свою карточку восстанавливал? Тебя банк ещё не послал с такой архаикой?

— Нет, — Стас расплылся в улыбке, — Им приятно, что есть клиенты, пользующиеся антикварными услугами.

— Угу. Как же… Это только тебе так кажется. Ты их деланные улыбки не принимай за чистую монету. Хотя… За те деньги, что с тебя регулярно сдирают, за перевыпуск древней карты можно и не только улыбнуться. И как ты ещё не удосужился выпросить банковские расписки на пергаментах с сургучёвыми печатями?

— Дан, кончай издеваться!

— Ладно. Пожуём на мои, — Даниил приложил электронный ключ к замку и тут же спохватился: — Слушай, а что сегодня на проходной творится?

— А ты не в курсе?

— Нет.

Они прошли в кабинет. Даниил уселся в рабочее кресло, которое тут же начало подстраиваться под выбранную хозяином позу. Такие кресла, обладающие конформной авторегуляцией были обязательны для тех немногих счастливчиков, кто подключался к системе виртуальной реальности через пси-интерфейс.

Даниил ежедневно гостил в виртуальных доменах пациентов криоцентра и за несколько месяцев работы успел навидаться такого, что запросто можно было съехать с катушек. Лежащие в заморозке, но бодрствующие разумом творили в своих мирах такое, что порой хотелось или кричать от ужаса, или рыдать от зависти. Программисты и дизайнеры зачастую ночи на пролёт корпели над воплощением пожеланий страдающих в одиночестве узников криокамер. Сами же пациенты получали в своё распоряжение упрощённые, но не менее действенные рычаги управления собственным миром. Порой, наблюдая за виртуальными бесчинствами, Даниил закипал гневом. Но быстро успокаивался, вспоминая, что волшебные миры для несчастных пациентов лишь нарисованная сказка. Средневековая резня и постъядерный ад, гигантские звездолёты и бесчисленные загадки затонувших цивилизаций, дичайшие вакханалии и тишина райских кущ…

Казалось, привыкнуть к этому невозможно. Но мало-помалу всё это для Даниила стало обыденностью. Снежный ком впечатлений потихоньку укатывался, уплотнялся, незримо таял. И, осознавая иллюзорность виртуальных красот, рекламный агент постепенно перестал удивляться. Но своё первое погружение в цифровую пси-реальность он помнил до мельчайших подробностей.

Попав впервые в виртуальность, разработанную корпорацией “Satellite”, Даниил был шокирован уровнем отображения окружающего мира. Нет, это была вовсе не та нарисованная реальность, где зависали миллионы геймеров, и которую невозможно было сравнить с опостылевшей действительностью. Оказавшись в тестовом домене, Даниил осознал, что такое истинное погружение в параллельный мир. Мир, наполненный не только картинками и звуками, но и исчерпывающим набором осязательных впечатлений. А уж про гамму ударивших в нос ароматов и говорить было нечего.

Он бродил по каменному крошеву, чувствуя каждый камешек подошвами ног.

Сквозь полотняную рубашку, щекоча кожу, то и дело прорывался тёплый ветер.

В нос летела сказочная смесь ароматов соснового бора, южного моря и грозового озона. Глаза резала невероятная чёткость картинки — он будто глядел на мир сквозь фантастический бинокль, снабжённый функцией усиления цветопередачи. Когда же неожиданно ощутил, что силы его тела тоже значительно выше, он метнулся к развалинам замка и одним прыжком заскочил на высоченную крепостную стену. Повинуясь неудержимому, бившему через край восторгу, Даниил завопил что было мочи в радостном безумстве…

Едва молодой рекламный агент оправился от шока первого виртуального путешествия, он набросился на техника с вопросом: “Почему на основе пси-интерфейса не построить глобальную сеть?” На что Стас разразился грустной получасовой тирадой о невообразимо сложном технологическом процессе производства плазмокристаллов и, как следствие, неподъёмной для рынка информационных систем цене.

И вот сейчас Даниил крутил в руках бесценный шлем виртуальной реальности, но мысли были далеки от грядущих впечатлений сказочного цифрового мира. Он поднял глаза на техника и вторично поинтересовался:

— Так что случилось?

— Вот вызовут на допрос к безопасникам, узнаешь.

— Что за бред! Какой ещё допрос? — Даниил испуганно вытаращился на друга.

— Да, не трусь. Уже почти всех перетрясли. Ищут какого-то постороннего.

— Чего?

— Шефу померещилось, что к нам проник кто-то левый. Вот и пошла свистопляска. А как по мне, так у него просто начался маразм. Вот и всё.

Прокомментировать это предположение Даниил уже не успел. В дверь заглянул начальник охраны и пригласил рекламного агента на беседу.