Рекламный агент
Шрифт:
Следующие двадцать минут Даниил с удивлением выслушивал какие-то стандартные до тупоумия вопросы и давал максимально понятные односложные ответы. Делал он это не напрягаясь и даже не задумываясь. Происходящее не имело к нему никакого отношения. Он и слыхом не слыхивал о проникновении в центр посторонних и даже с трудом представлял, кому и для чего это вообще могло понадобиться. Задававший вопросы безопасник удовлетворился полным недоумением Даниила и уже готов был распрощаться с ним, когда рекламный агент, неожиданно для самого себя, задал вопрос:
— А можно взглянуть на нарушителя? У вас же есть записи с камер слежения.
Безопасник хмыкнул и включил запись. Сперва экран показывал лишь пустой коридор, но потом… У Даниила земля ушла из-под ног. Потому что на
Даниил едва не вскрикнул. Но, к счастью, биотело было отрегулировано на приличный уровень управления эмоциями. И молодой человек лишь сдержанно покачал головой.
— Нет. Я её не знаю.
***
Вечерело. Даниил вышел на свежий воздух, несколько раз глубоко вдохнул. Со стороны могло показаться, что парень весь день томился в духоте, и не было в тесном офисе не то что ультрасовременной климатической установки, но даже старенького кондиционера. А Даниилу сейчас хотелось чего-то совершенно непривычного, нового…
Он бросил кислый взгляд на сверкавший в заходящем солнце фасад криоцентра и побрёл в неизвестном направлении. Весь день он ломал голову над вопросом: за каким чёртом понадобилось руководителю сервисной службы департамента биотел тайно проникать в криоцентр? Версии тысячами роились в голове, но ни одна не тянула на сколько-нибудь удовлетворительное объяснение. В конце концов, устав играть в догадки, молодой человек остановился на том, что у каждого в жизни есть тайны.
Голова постепенно очищалась, настроение выравнивалось. Будоражащие ум проблемы зафиксировались на дальнем рубеже памяти погасшими маяками. И сейчас Даниил просто наслаждался прогулкой. Вокруг него благоухал фимиам окутавшего город вечера, под ногами мягко шуршал чисто вымытый тротуар, а незаметно сгущающиеся сумерки неслышно шептали о тщетности рабочей суеты и звали нырнуть в подступающий карнавал ночи.
Молодой человек завернул в летнее кафе, очень кстати оказавшееся поблизости. Уют этого заведения сразу бросался в глаза. Плетёные стулья и миниатюрные столики прятались в тени радужных зонтов, а витавшие вокруг ароматы запросто могли заворожить самого отъявленного гурмана. Не мудрено, что найти свободное место оказалось непросто. Но Даниилу повезло. Веснушчатая и улыбчивая официантка тут же принесла горячий как лава кофе и пару золотистых круассанов. Окружающая гармония постепенно перетекала в самые неприступные уголки разума, и лицо молодого человека само собой расплылось в широченной улыбке. Шум городских улиц магическим образом трансформировался в наполненную летним очарованием мелодию. Глаза радостно взирали на проходящих и летящих мимо в авто, на весёлые блики окон и витрин…
И тут Даниила будто ударило током. Через витрину магазина напротив маячила знакомая фигура. Худенькая, невысокая девушка с огромной гривой струящиеся платиновых волос. У парня перехватило дыхание. Он напрягся, изо всех сил разглядывая загадочную деву. Внезапно нахлынул страх, что стоит ему пошевелиться, и принцесса растает как сказочная снегурочка. Но девушка, как ни в чём не бывало, продолжала неторопливо перебирать наряды. Даниил зачарованно смотрел, забыв обо всём на свете. Превосходно отрегулированные глаза искусственного тела отметили невероятно бледную кожу. Молодой человек, ранее не терпевший отсутствие даже минимального загара, теперь же с блаженством взирал на будто выточенные из слоновой кости руки и ноги. Движения девушки были настолько плавны, что в голове парня шелохнулось подозрение в искусственности происхождения и её тела. Но додумать эту мысль он не успел. Девушка, словно почувствовав, что за ней наблюдают, обернулась в сторону Даниила. Их взгляды встретились на какой-то миг. Этого было достаточно, чтобы молодой человек потонул в водовороте бирюзовых глаз. Когда же девушка одарила его своей едва заметной улыбкой, то он окончательно утратил контроль над собой.
Очнулся Даниил лишь когда ворвался в магазина женской одежды. По его внутреннему ощущению рывок через
улицу занял не более пары секунд. Но в торговом павильоне уже никого не было…Глава 5. Инга
Восток полыхнул столь неожиданно, что в реальности любой бы мигом решил, что никакой это не рассвет, а натуральный ядерный взрыв. Ибо ничто иное не могло в считанные мгновения растворить царящую на небе непроглядную черноту и залить пространство теплом и светом. Но Даниил привык и не к таким выкрутасам сновидений. Он автоматически прищурился и, усмехнувшись, привычно щёлкнул пальцами. Незамысловатый жест запускал во сне процедуру создания различных вспомогательных объектов. В этот раз солнцезащитные очки не появились. Это немало озадачило. Повторный щелчок также не возымел никакого действия. Даниил уже хотел выругаться, но не тут то было! В следующее мгновение он ощутил, что полностью утратил контроль над происходящим.
Он одиноко стоял на берегу и беспомощно таращился на поднимающееся над горизонтом светило. Невыносимо жгло глаза, но отвернуться и даже опустить веки не было никакой возможности. Не хватало сил сделать даже вдох. Тело ему не принадлежало, а разум готов был вскипеть от ужаса. Сознание металось в голове, вопя в предвкушении ещё большей опасности. И вот когда рассудок почти достиг критической точки, сдерживающие цепи разом рухнули.
Даниил кулём повалился наземь. Прерванное дыхание заработало на полную катушку, гоня в истомлённые лёгкие морской воздух. Пальцы судорожно загребали ещё не успевший нагреться песок. Тело колотила крупная дрожь. Рубашка была насквозь мокрой от пота. Молодой человек с ужасом понял, что каким-то непостижимым образом сновидение перешло во что-то совершенно реальное. Никогда ранее с ним такого не случалось.
Полежав ничком несколько минут, он осторожно приподнялся и осмотрелся. Тело привычно слушалось, сознание чётко ощущало себя в сновидении. Даниил стёр с губ прилипший песок и уже вознамерился было проснуться, но какая-то шальная мысль просигналила: “Не спеши!”
“А действительно! Куда это я тороплюсь? Ну, испугался. И что? Когда-то ведь я тоже с ума сходил от ночных кошмаров. Почему бы теперь не попугаться?” Он встал, отряхнулся и, уже владея ситуацией, осмотрелся повнимательнее. Вокруг был обычный для грёз идиллически чистый пейзаж: лазурное море, безоблачное небо, белый песок… Это всё он видел во сне сотни раз. А вот дальше было куда интереснее. Полоска пляжа переходила в ровный травянистый ковёр, устилавший подножие циклопической горы, широкими террасами уходящей в небо.
Горизонтальные выступы были столь безупречно ровными, что не возникало и тени сомнения в их искусственном происхождении. “На них явно должно что-то располагаться” — промелькнуло в голове. Одни выступы были невелики — разве что беседку поставить, а другие же запросто могли нести на себе бетонные многоэтажки. Но никаких строений Даниил не увидел. Вокруг царила тишь. Хотя назвать местность необитаемою язык не поворачивался. Напротив, искусно выровненный травянистый покров явно не рос без надзора.
Даниил медленно подошёл к краю травяного ковра. Зелень была столь сочна, что даже у бывалого путешественника в мире грёз она вызывала резь в глазах. Молодой человек недовольно скривил рот и с удивлением обнаружил висящие тут и там хрустальные капельки. “Роса? Надо ж…” Тут его внимание привлек просвет в траве. Узкая, хорошо протоптанная дорожка, слегка виляя между неровностями местности, убегала в сторону далёкого леса.
“Ну, что ж. Посмотрим, куда ведёт эта тропа.” Но едва он ступил на неведомую стёжку-дорожку, как за спиной раздались голоса.
— Зачем ты его привёл? — тихий девичий голос был столь хорошо знаком, что Даниил едва не подскочил. Он вознамерился обернуться, но не тут-то было! Тело опять вышло из повиновения. И молодой человек, застыв истуканом, лишь слушал чужой разговор. Благо, голоса были столь отчётливы, что казалось, говорившие стоят всего в паре метров позади. Незнакомый ломающийся голос, явно принадлежащий мальчишке-подростку, недовольно возразил:
— Ну, ты ж его сама выбрала!
— Это не значит, что можно вмешиваться в процесс.