Репетитор

– Молодец, – похвалил я женщину, подходя. – Если бы ты промедлила, следующий выстрел был бы в плечо.

Я поднял сумочку, обыскал красавицу и повел в контору. Когда мы оказались в зале, я опустил пистолет и сказал:

– Теперь поговорим.

6

Елена молчала, безучастно глядя на меня. Тогда я с грохотом высыпал на пол содержимое ее сумочки. Женщина закрыла лицо руками и отвернулась. На полу, среди обычных дамских мелочей, лежали какие-то приборы и пара знакомых до боли удостоверений.

Я поднял одно из них и раскрыл. Это было удостоверение офицера ФСБ с моей фотографией. Другое оказалось на имя Казионова. Все честь по чести: с печатями и подписью директора. Назначение приборов я тоже быстро определил: миниатюрное звукозаписывающее устройство и прибор слежения, определяющий местонахождение человека.

Елена, не отрывая рук от лица, спросила глухим голосом:

– Ты собираешься меня убить?

Я, пользуясь тем, что женщина не видит, включил запись и сказал с упреком:

– Эх, Елена Николаевна! Я ведь был готов разделить с тобой последний круассан, а ты… Привезла поддельные удостоверения, чтобы положить на наши трупы. Мол, смотрите, как ФСБ борется с оппозицией – похищения, убийства!

Елена, наконец, убрала руки и зло посмотрела на меня. Она уже пришла в себя и не собиралась просто так сдаваться. Хрупкая блондинка обладала характером настоящего бойца.

«Наверно этим она меня и привлекает», – признался я себе и задал ей вопрос:

– Как же ты влезла в это дерьмо?

Елена пожала плечами.

– Самым банальным образом. Однажды тебя приглашает самый большой твой начальник в ресторан. Перед десертом, он спрашивает тебя: нет ли желания принять участие в одном очень важном деле? Разумеется, мое согласие будет высоко оценено и оплачено.

– Захотелось денег «наморозить»? Или попасть в высшее общество, в хай сосайети? – ехидно поинтересовался я.

– Да, захотела! Я хочу быть в хай сосайети, Сережа. Смотри, на каких машинах ездят госчиновники, судьи, прокуроры, милицейские и наши начальники! Где они отдыхают, где учатся их дети, где они живут!

Ленку прорвало. Страшное напряжение последних месяцев проявилось в непреодолимом желании выговориться. Я поддел женщину:

– В общем, тобой двигали самые высокие мотивы: карьера и деньги.

Елена с вызовом посмотрела на меня.

– Что в этом плохого? Это ты никогда не понимал, что значит, жить нормально!

– Вы совершенно правы, мадам. В желании жить нормально ничего плохого нет, – согласился я, и, внезапно схватив женщину за руку, потащил в коридор. Елена инстинктивно попыталась упираться, но я, не обращая внимания на сопротивление, втолкнул ее в соседнюю комнату.

– Только как быть с этим?! – заорал я, указывая на груду окоченевших трупов. – Не слишком ли дорогая цена за твое желание жить нормально?!

Ужасное зрелище ошеломило Елену. Ей стало плохо. Еще бы! Покойники застыли в жутких позах. Нелепо торчали их скрюченные руки и ноги, ощеренные рты молча скалились в нашу сторону. Да еще я, в изодранной, перепачканной одежде, с полубезумным видом махал перед носом пистолетом. Красавица метнулась в угол, и там ее несколько раз вырвало.

– Сережа, пожалуйста, уведи меня отсюда. Я не могу здесь оставаться, – простонала Елена. По ее щекам текли слезы, оставляя на лице темные полосы туши. Сейчас даже Робинзон Крузо, проживший без женщины двадцать восемь лет на необитаемом острове, не назвал бы ее привлекательной.

Молча мы вернулись в зал. Ленка без сил опустилась на стул, который совсем недавно служил местом пленения Человека-горы. Я поднял носовой платок, лежавший на полу среди мелочей из ее сумочки и бросил женщине на колени.

– Умеешь ты, Сережа, произвести впечатление на девушку, – слабым голосом сказала Елена, приводя себя в порядок.

Я пожал плечами.

– Хотелось наглядно продемонстрировать, чем обернулось твое желание добиться успеха любой ценой. Когда плюешь на принципы, на мораль, на элементарную, в конце концов, порядочность, закономерно оказываешься среди грязи, крови, смерти!

Женщина в ответ смерила меня презрительным взглядом и воскликнула:

– Это ты мне говоришь о порядочности?! Вспомни, Сереженька, где мы с тобой работали и какими делишками занимались! Мы лгали, крали, прелюбодействовали, подделывали документы, устраивали ловушки, приучали к наркотикам, пытали физически, истязали морально, предавали, убивали, но во всем остальном оставались порядочными людьми!

Елена захохотала и насмешливо добавила:

– Ты только что «завалил» трех мужиков и читаешь нотацию о том, какая я беспринципная и аморальная. Может быть, я и безнравственная сука, но, по крайней мере, никого не убила!

– А про Александра Александровича забыла? – вкрадчиво спросил я.

Елена перестала смеяться и удивленно посмотрела на меня.

– Ты что, с дуба рухнул? Как я могла его убить, если была с тобой?

Я усмехнулся.

– Это только так кажется. Задумано было неплохо, но мелкие ошибки и моя подозрительность испортили тебе всю игру.

– Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее, – заинтересованно подалась вперед блондинка.

– Я сразу заподозрил тебя в том, что ты ведешь двойную игру. Сначала я не понимал, почему на роль главного идиота выбрали меня. Когда появилась ты, Елена, стало все ясно. Предложение использовать меня, конечно, исходило от тебя. Никто так хорошо меня не знает, как ты. Вы сыграли на моих чувствах к тебе, благодарности за спасенную жизнь. Все было психологически рассчитано правильно. Но вы допустили ошибку. Я с самого начала не верил ни тебе, ни Александру Александровичу, ни Казионову. Я рассудил так: есть специалисты и получше меня, в чем же моя ценность для вас? Ответ лежит на поверхности: мной можно с легкостью пожертвовать. Кто я такой? Дезертир, предатель. Ни друзей, ни родственников. Для ваших планов самый подходящий вариант. Значит, операция должна закончиться не так, как мне обещано. Я обнаружил, что, хотя руководителем операции считается Александр Александрович, но ключевую роль играешь ты, Лена.

– Какая проницательность! – подняла брови Елена. – И в чем же заключается моя роль, по-твоему?

– Ты, а не Александр Александрович являешься настоящим руководителем. Ведь именно ты связывала нас всех между собой; через тебя шла вся информация в ту или другую сторону. Ты была в курсе всего происходящего. Поэтому ты и была так поражена, когда узнала, что Александр Александрович не поставил тебя в известность о том, что хочет со мной встретиться.

Елена хотела что-то возразить, но я, не слушая ее, продолжил:

– Между прочим, Александр Александрович пригласил и Казионова. Утром ты пораньше выпроводила меня, потому, что тебе срочно нужно было связаться со своими шефами. Они дали тебе приказ ликвидировать Александра Александровича, чтобы не допустить нашей встречи. Интересно, чего они так испугались?

– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – презрительно бросила блондинка. – Мы же вместе подъехали к дому на Малой Никитской. Я только успела зайти в подъезд и подняться на второй этаж, как услышала выстрелы и топот ног; кинулась на улицу и в дверях столкнулась с тобой. Может объяснишь, как я успела за минуту добежать до третьего этажа, позвонить Александру Александровичу в дверь, дождаться, когда он подойдет и откроет, застрелить его и еще быстрее выбежать на улицу? Про оружие, которого у меня не было, я уж и не говорю!