Репликант-13

И все-таки… боже, как же сложно ей было отстраниться…

– Тебе лучше отдохнуть как следует, – сказал Иезекииль. – Это был длинный день.

Она чувствовала жуткую усталость. Все тело болело, кости словно налились свинцом. Но при мысли о том, что может ей присниться, когда она закроет глаза…

– Ты останешься со мной? – спросила Ив репликанта. – В смысле… до тех пор, пока я не усну?

Он улыбнулся. Его глаза заблестели.

– Хорошо, останусь.

Ив скинула ботинки и свернулась калачиком под одеялом. Она услышала, как Иезекииль подошел к балкону, приоткрыла глаза и увидела его силуэт в мерцающей темноте. Он стоял, как статуя. Как дозорный у стены.

Когда меня душил пепел, только мысль о тебе помогала мне дышать.

Когда ночь казалась нескончаемой, только мечты о тебе помогали мне уснуть.

– Спокойной ночи, Иезекииль.

– Спокойной ночи, Ив.

Она закрыла глаза, уплывая в ночь. И снились ей не репликанты, стройным рядом входящие в камеру. Не сжимающиеся в кулак металлические пальцы. Не дымок из пистолета, не кровь и не те, кого она потеряла.

Ей снился он.

И только он.

1.21. Ремонт

Олово и искры. Ацетилен и ржавчина. Пот и проклятья.

Ив, склонившись над корпусом Кайзера, заменяла модули его системы передвижения в мастерской приюта, которая скрывалась за переборкой и тяжелой дверью. Инструменты у нее были третьесортные, а запчасти и того хуже. Но если ей и было за что благодарить доктора Сайласа Карпентера, так это за чипы в своем накопителе памяти. Все его знания в области биоробототехники, механики и компьютеров были подключены к ее мозгу.

Если совсем честно, Ив никогда не чувствовала себя такой умиротворенной, как в окружении машин. Занималась какими-нибудь старыми деталями или роботами, чинила сломанное и улыбалась, когда все получалось. Ана же помнила своего отца в лабораториях «Гнозиса», помнила, как работал его гениальный ум. Помнила своего младшего брата Алекса за верстаком. На его лице была написана такая же радость, которую она чувствовала сейчас. Ив вспоминала то счастливое время на Свалке, когда работала над мисс Попурри в ремонтных боксах Вар-Дома. Теперь она знала, откуда у нее эта любовь. Чипы Сайласа в ее накопителе памяти были почти ни при чем. Все было куда глубже – в крови, бегущей по ее венам.

Но тут Ив вспомнила слова Хоуп. Свои бои на арене. Галдящую толпу. Масло и охлаждающую жидкость, брызжущие, словно кровь. Целое действо и специальные словечки – все шло в ход, лишь бы замаскировать тот ужас, который творился там на самом деле.

«Вышедший из строя» вместо «убит».

«Первый боец» вместо «палача».

«Вар-Дом» вместо «Камеры смерти».

Правда ли, что все дело было в деньгах? Или за этим стояло что-то большее?

Ив начала работать еще до рассвета, прерываясь лишь для того, чтобы принять теплый душ и помыться каким-то техническим мыльным порошком. Когда она проснулась, Иезекииля рядом не было, и порывшись среди хлама и обломков в мастерской Хоуп, она нашла кое-что, чтобы сделать ему потом сюрприз. Своеобразная благодарность, которую, она надеялась, он оценит. Подарок был завернут в брезент и лежал на верстаке рядом с Кайзером.

Лемон и Крикет, вертясь рядом, дожевывали свой завтрак: у них было по миске «Нео-Мита™» («Со вкусом потных трусов!»). Потом ее лучшая подруга взгромоздилась на верстак и стала наблюдать за работой Ив, болтая о детишках в приюте Хоуп. Большинство из них были беглецами, нежеланными и никому не нужными. В таком мрачном городе кто-то неизбежно терялся в лабиринте его улиц и пропадал навсегда.

– Хоуп принимает всех, – говорила Лемон. – Ну, всех, кому еще нет восемнадцати. Обучает их. Старается обеспечить их работой, когда они уходят.

– Угу, – пробормотала Ив. – Тебя послушать, так она прямо святая.

Лемон закусила губу и благоразумно сменила тему.

– Как дела, малыш?

Кайзер завилял хвостом, тихонько гавкнул. Лемон заглянула через плечо Ив и увидела в его открытой грудной полости длинный красный цилиндр. Он был помечен маленьким черепом со скрещенными костями, рядом были проштампованы слова «ВЗРЫВЧАТОЕ ВЕЩЕСТВО».

– Это его термекс? – спросила Лемон. – Сэлвидж сказал мне, что он отключил детонаторы.

– Да, – кивнула Ив. – Я подумываю о том, чтоб полностью вытащить все это. Потом при необходимости без проблем сделаю гранату.

Крикет посмотрел на нее из кучи запчастей, в которой что-то искал.

– Это плохая идея, Иви.

– Почему? Лично мне не очень нравится мысль о том, что моя собака взорвет сама себя.

– Он не собака, – заметил Крикет. – Это блитцхунд. И защищать тебя – его работа. Как сказал дедушка, мы бросаемся навстречу опасности, чтобы спасти тебе жизнь.

– Он никогда не был моим дедушкой, Крик.

– Называй его, как хочешь. – Крикет сдвинул свои металлические брови. – Тебя заказали охотнику за головами со всякими кибернетическими прибамбасами! Кто-то выложил целую кучу кредитов, чтобы получить тебя живой или мертвой. Кайзер существует как раз для того, чтобы этого не произошло.

– Я не хочу, чтобы кто-то из вас жертвовал собой ради меня. Это неправильно.

– Мы лишь хотим защитить тебя, Иви.

– А я хочу защитить вас. Что не так?

– Не так то, что мы не люди. Нас создали, чтобы служить тебе.

Ив покачала головой. Впервые в жизни девушка осознала, насколько все это несправедливо. То, как человечество обращается с роботами. Как она обращалась с Крикетом. Он помогал ей собрать мисс Попурри. Помогал ей прикончить восемь логиков в Доме. Но она хотя бы раз спросила его, что он об этом думал? Нет, она просто говорила ему, что делать.

А ведь у него были чувства. Они состоят из кодов и электроники, но это не делает их менее живыми. В сознании вновь вспыхнули слова Хоуп. Кого Ив пыталась обмануть? Притворялась, что Крик и Кайзер ее друзья, когда сама обращалась с ними, как…

– Мне не нужны слуги, Крик, – сказала она. – Знаю, иногда я веду себя совсем по-другому. Но ты и Кайзер всегда были дороги мне. Вы мои друзья. И я не собираюсь позволять вам жертвовать собой ради меня.

– Мы делаем так, потому что любим тебя.

– Вы так делаете, потому что вас на это запрограммировали. – Ив отложила в сторону свои инструменты и посмотрела прямо в глаза маленького бота. – Это не любовь, Крикет. И я не хочу, чтобы так продолжалось и дальше. Это нечестно. Как сказал Рафаэль, вы заслуживаете право выбора. Неважно, из металла вы или плоти. Кровь у вас внутри или электроника. Выбор должен быть у всех.