Рейнджер

– Тихо, Пушок, – успокоил я драка. – Пусть живет. Я сегодня устал.

Пушок опять выразил недовольство, а потом забеспокоился. Хозяин, с тобой точно все в порядке?

– Нормально все со мной, – улыбнулся я. – Поехали в лагерь.

Черт! Нар, заметив близкое соседство двух кусков мяса, решил сам установить тесное знакомство со своим ужином. Это он так думал.

– Бой, – дал я посыл драку. – Он нарвался.

Обрадованный Пушок стрелой метнулся вперед. Оно и понятно. Сейчас мы опять сделаем то, что так часто делали за воротами одного города. Это тупое существо бежит за нами и не понимает, что оно уже мертво. Никакой это не бонус. Это хохма сволочи. Я так хотел побыстрее добраться до лагеря и оказаться в нежных ручках Алианы. Она бы меня подлечила, накормила ужином и я бы спокойно заснул. Наверняка туристы никуда не ушли. Они видели гибель бхута. Стоп. Они видели и мою гибель. А вдруг туристы ушли? А вдруг девчонки и ужина нет? Блин. Это будет катастрофа! Я есть хочу и не сухпай, а нормальную еду. Какого черта этот нар к нам привязался!? Мы тихо и мирно ехали. Вернее, не тихо, а быстро. Я спешу на ужин. Вот, гад, не отстает. Хотя, это Пушок не развивает полную скорость. Все, пора заканчивать, этот нар мне надоел. Я специально с утра ничего не кушал. Все так сделали. Мало ли что может случиться? Я ХОЧУ ЕСТЬ!

Я остановил драка и спрыгнул с его спины. Пушок, отвлеки его. Радостный драк атаковал нара. Пушок атаковал его сбоку. То, что мне и нужно. Несколько шагов вперед, лифт и я совершенно случайно оказался над головой тупицы, которой пытался укусить ускользающего от него Пушка. Я оказался над головой урода, который стал между мной и котелком с горячей, и очень вкусной кашей, которую так великолепно готовит отрядная повариха. За такое нужно убивать сразу. Кинжал вонзился в глаз недоумку, который встал между мной и ужином. Нет, за такое нужно убивать медленно и со вкусом. Нар покачнулся и рухнул на траву. Нет, за такое нужно убивать медленно и несколько раз. Пушок, развлекайся. Кажется, что он еще жив.

Драк сразу решил проверить обоснованность моего заявления. М-да. Пушок садист. Разве можно так работать своими копытами, по уже почти расплющенному черепу этого гада? Хотя, нужно. Нар покусился на святое. Ужин подождет, месть превыше всего. Я буду мстить по полной программе, а туристов догоню на марше, если они ушли.

– Пушок, – начал я, – а он точно мертв?

– Пушок, а ты есть не хочешь? Говорят, что нар – это деликатес для драков.

– Пушок, поехали в лагерь и так потеряли много времени.

Туристы никуда не ушли. Пламя высокого костра на это указывало точно. Правильно. Зачем ночью суетиться? Вот утром на полный желудок можно и попутешествовать. Кстати, а почему туристы развели такую иллюминацию? Нет, такой костер нам не нужен. Зачем привлекать к себе лишнее внимание? Хотя, если учитывать секреты вампиров, раскинутые вокруг лагеря, то можно и расслабиться. Кстати, о птичках. Я несколько раз щелкнул пальцами. Еще всадят в меня болт по недоразумению. Оно мне надо? Вот, теперь все в порядке. Выскользнувший из-за деревьев клыкастик, захотел показать мне свои гланды. Не надо. Я не Айболит, который ухо, горло, нос. По всем медицинским вопросам обращайтесь к Алиане. Впрочем, челюсть клыкастика быстро вернулась на место.

– Потери есть? – тихо спросил я.

– Нет, – ответил он мне шепотом и скрылся за деревом.

Вот и ладушки. Каюсь, не спросил об этом у длиннозубых ребят, когда мы выбежали из местной погани. Алиана, ты молоток. Да все мы молодцы. А теперь вперед. Пушок, не шуми. Я хочу посмотреть на свои поминки. Вдруг мне понравится и я захочу повторить это действо? Драк повернул ко мне свою морду и показал клыки. Да, а у тебя они больше, чем у вампиров.

Я осторожно слез со спины Пушка. М-да. Картина маслом. Вокруг пионерского костра сидели туристы и Лорак. По кругу шел очередной кувшин с вином, чтобы потом присоединиться к своим пустым собратьям, кучкой лежавшим у костра. Нет, я понимаю огорчение рейнджера, кстати, а зачем он приехал в лагерь? Егеря тоже не слишком веселы. Но печаль на лице Ронка, Изара, Пата и Элы мне не совсем понятна. Миссия почти выполнена, свидетель мертв, зачем огорчатся? Вы отличная команда и любой рейнджер без проблем доведет вас до седьмого поселка. А рейнджеров здесь скоро будет много. Шучу. Мрачно шучу. Хорошие вы ребята и одна девчонка. Жаль, если мне придется стать вашим врагом. А это будет, если через некоторое время, когда эхо прошедших событий стихнет, меня попытаются отправить к Создателю. Эла, я твой друг, близкий друг, а не очередная постельная грелка, иначе ты бы не смогла повесить на меня свой поводок чувств. Убеди отца, что моему слову можно верить. Пусть он даст отбой на мою ликвидацию. Я не такой уж бесчестный человек. Ударить в спину, да ради бога, но свое слово я стараюсь держать. Я никому не проболтаюсь о вашей миссии. Я давно понял, почему она так засекречена. Все посвященные в историю отравления короля Мелора, а таких наверняка очень много, суету тайной стражи и болезнь правителя скрыть невозможно, его уже списали с политических счетов. Умирает человек. Медленно умирает. Какой из него король? Надо присмотреться к принцу, клинья подбить, если это уже раньше не сделали. А тут такой пассаж. Король вроде удалился от дел, а на самом деле все будет наоборот. Брат Элы будет ширмой, за которой будет скрываться такой водоворот, что мало не покажется никому. Особенно длинноухим. Проф мне рассказывал про отца девчонки. Прощение и милосердие к врагам, я хмыкнул, совершенно не в стиле Торина Второго. Да и не знает он таких слов. Король Мелора будет варить кашу, политическую кашу, которой накормит всех, а некоторых до смерти. Так, хватит. Труфальдино на выход. Сцена есть, зрители тоже. Вон, как вампиры за моей спиной скучковались. Да, когда вся раса владеет общей магией, то общаться между собой зовом не представляет трудностей. Вперед. Эла, я сейчас утру твои слезы.

– Зачем тебе знать, когда он уйдет?

– Зачем тебе знать, о чем он поет?

Я вышел из-за деревьев.

Кувшин выпал из рук Ронка. Куда это годится?

– Зачем тебе знать то, чего не знает он сам.

– Зачем тебе знать, кого он любил?

А вино отличное, запахи я чувствую хорошо. В погани иначе нельзя. Кстати, вина у туристов было и так немного, а тут такой облом и нецелевой расход продукта.

– Зачем тебе знать, о чем он просил?

– Зачем тебе знать то, о чем он молчит?

Девчонка взлетела на ноги. Остальные продолжали пребывать в окаменевшем состоянии. Всплеск силы Жизни. Да не призрак я, не призрак. Вот, ты убедилась уже в моей материальности.

– Поплачь о нем пока он живой.

Судорожный всхлип Алианы разрушил плетение голема, которое явно кто-то наложил на остальных туристов. Девчонка начала движение ко мне. Зачем ты так плакала? Меня убить трудно. Я быстро бегаю, особенно, когда припрет.

– Люби его таким, как он есть.

– Голос подкачал. Про слух и не говорю.

А я и не бард. Так, а сейчас я буду матрасом. Блин, не ошибся. Вихрь, в который постепенно, шаг за шагом, превращалась герцогиня, снес меня с ног. М-да. Зачем же так меня швырять на землю и обнимать за шею? Пуховика на мне нет, да и реветь так не надо. Тебя не красят слезы. Зачем меня всего ощупывать? Все на месте. Так, а это уже лишнее. Вы же девчонку задавите, носороги. Разберите свою кучу малу!

– Ты подонок, – всхлипнула Алиана и умудрилась в этом вагоне, в который влезло три нормы пассажиров, нанести мне пощечину. – Зачем ты всем показал мою грудь?

И что тут сказать? Женщины – это другая раса. Так, надо принимать меры. Отец Пат, как вам не стыдно лежать на девушке и обнимать меня вместе с ней, да и остальные с боков пристроились. Вот черти! Это даже не бутерброд, а хрен знает что. Мне подобный групенсекс не нужен. Я увлекаюсь только женским полом, а Алиану вообще не хочу ни с кем делить. Я громко застонал.

– Что с тобой? – девчонка мгновенно прекратила извергать на мое лицо водопад своих слезок. Да и остальные отпрянули в стороны и перестали оглашать окрестности дикими воплями. Команчи недоделанные.

– Я умираю, – прохрипел я.

– Ты ранен? Где? – голос девчонки разрезал почти полную тишину.

Алиана опять начала меня ощупывать и ее окутало облако силы Жизни.

– Я ничего не чувствую, кроме мелких повреждений! – закричала шепотом девчонка. – Я их уже убрала. Что с тобой?

Так, я переборщил с изображением умирающего лебедя. Ладно, мне сегодня можно. Убивать за невинную шутку меня не будут и вампиры помогут, в случае чего. Зря, что ли получают удовольствие. Зрители, а билеты на шоу не оплачивали.

– Я умираю от голода, – трагическим голосом заявил я, а потом деловито осведомился нормальным тоном. – Ужин готов, повариха?

Ну зачем меня так бить своими кулачками? Собьешь же себе все костяшки. Брала бы пример с мужиков различного возраста и с разной длинной своих клыков. Вон, как заливаются. Пушок громче всех. Рычит, правда, но громко и добродушно, что вообще ему не свойственно. Пора прекращать это действо, моего драка я испортить не дам. Еще добрым станет. А если еще и пацифистом?! Оно мне надо? Я сжал хулиганку в объятиях и прервал поток ее ругани своими губами. Мама моя! Ронк показал мне жест, который ничем иным, как полным одобрением моего метода физического воздействия на скандальную особь королевской крови, быть не мог. Где-то сдох кто-то крупный. "Я", ты не догадываешься, кто это мог быть? На глазах графа совершается коронное преступление в отношении его родственницы, а он ржет, как жеребец.