Risk

Норман пропустил убийцу в свой дом, уже заранее представив себе презрительный взгляд Дженнифер. По большому счету, из мухи слона раздувает именно эта барышня. Будь ее воля, она бы уже давным-давно выставила за порог и добродушного ветерана, и эту мелкую паразитку Айрис.

Стараясь в этом году уж точно не ударить в грязь лицом, Паркер снял обувь, тщательно вымыл руки и удержался от соблазна взять из холодильника еду. Не так-то просто вести себя прилично, проводя большую часть своей жизни в окружении грязных бомжей. Сидящая в эту минуту за столом Айрис прекрасно осведомлена о том, в каких местах привык ночевать ее коллега, и в глубине души понимает, что этот дикарь не сможет жить как нормальный человек и, скорее всего, умрет молодым.

Паркер уже придумал, где искать тот самый предлог, под которым он сегодня заявился сюда. Уже второй день он мирно покоится в платяном шкафу. Одно удовольствие ощупывать руками гладкую поверхность винтовки, недавно отметившей свое пятидесятилетие точным выстрелом в затылок. Осторожно вставить пачку, чтобы потом разрядить оружие: шесть раз дернуть затвор, навострить уши в ожидании звона выброшенной пачки. Однако Паркер Уолш был заинтересован не столько в оружии, сколько в стрелке. Что-то есть в этой надоедливой малявке, что-то, что разум Паркера не способен пока осознать.

– Наигрался? – говорит она. – Положи там, где взял, и присаживайся.

Сегодня она разгадывает кроссворды, хотя вместо этого ей следует тренироваться, без устали оттачивать свои навыки, как это мог бы сделать Паркер, если бы не решил зайти пораньше.

– Легендарный герой шумерского эпоса, девять букв, – вполголоса прочитала Айрис.

Охрипший за ночь Паркер ответил быстро и безэмоционально: «Гильгамеш», и если бы Айрис посмотрела на него, то заметила бы в его взгляде немой укор. Мелкая невежда.

«Несмотря на очевидные недостатки, с ней довольно приятно работать, она не капает на мозги, да и положительных качеств у нее хватает. Волевой характер уравновешивает детская наивность; лично я бы назвал это биполярным расстройством, но все же, эта ее черта нравится мне почти так же сильно, как сахар в утреннем кофе. В воздухе снова витает запах промышленных отходов, от них бледнеет кожа и появляется одышка. Кажется, у Айрис Шепард всегда было такое бледное лицо, но лишь при правильном освещении можно увидеть веснушки у нее на носу. Айрис Шепард… разумеется, это ненастоящее имя, как, впрочем, и мое. Айрис запросто могла стать монашкой или проституткой, но знакомство с моим боссом толкнуло ее на скользкий путь. И если уж быть до конца честным, то выбор профессий для молодых женщин не так уж велик – здесь нужны определенные регалии, связи и знакомства».

Яркий луч солнца проник в комнату через окно и мягко соприкоснулся с ее серо-желтыми волосами, изящно нависшими над полуразгаданным кроссвордом. Дух захватывает, она словно сама источает свет.

– Эй, ты чего? – Как бы ни хотел этого Паркер, мгновение остановиться не может, и до Айрис наконец дошло, что он смотрит не сквозь нее. – У меня что-то на лице? Ты до сих пор не рассказал, как обстоят дела с нашим роботом.

Быстро она сменила тему, это немного сбивает с толку. Как бы то ни было, Паркер коротко рассказал коллеге о том, как непревзойденный подпольный мастер снял с конвейера скелет Mark-17, промыл ему мозги и чисто из прихоти заковал в латы.

– А после того как Рик его запугал, он еще и бесплатную печать поставил.

– Опять он за свое, а ведь раньше он был таким веселым… ну, а как вообще поживает старина Барт, бизнес идет?

На ум сразу пришла турель на потолке мастерской.

– И очень даже неплохо. Настолько хорошо, что Робертс поставил новую сигнализацию, которая блокирует запахи.

– Ха-ха! Готова поспорить, ты там чуть с ума не сошел.

В тот жуткий момент Паркеру было глубоко наплевать на потерю нюха, он вообще старался не дышать. Об этом он тоже рассказал малышке Айрис, просто чтобы поддержать разговор. С той же целью он добавил подходящее по теме, но совершенно необязательное замечание:

– А ты вот пахнешь яблоками.

– Хм. Так это шампунь.

«Возможно, следовало бы сменить интонацию, вернее, добавить ее в эту сухую фразу, – подумал Паркер, – а лучше вообще этого не говорить. Что она теперь обо мне подумает? Идиот! А с проститутками можно вообще не разговаривать, так почему я трачу время с… этой?»

Мысли о женщинах по вызову пробудили в памяти еще одно важное событие этой недели. Губернатор.

– Ты ведь стреляла ему в голову, так? С какой дистанции?

Просиявшая Айрис перевела наконец взгляд на своего собеседника, черной тенью восседающего напротив ее светлой ауры. Ни разу за все время он не откинулся на спинку стула – он наверняка весь изранен.

– Шесть сотен ярдов, с небольшого холма в подлеске. Прямо в затылок.

– Круто. Хотя вот Маршалл однажды поразил цель во время шторма: пуля описала дугу и попала точно в шею при диком сопротивлении ветра.

– Маршалл и его пули. А как он сам?

И про встречу со своим учителем Паркер охотно рассказал. Была еще одна вещь, которую он решил сохранить в тайне от Айрис. Он не знает почему, но ему совсем не хочется видеть реакцию Айрис на жестокую правду. Можно подумать, их профессия недостаточно тяжелая.

И снова в квартире наступила тишина, слышно лишь трение карандаша о бумагу. В воздухе повисло напряжение – кажется, сейчас в этих уютных застенках находятся всего два человека вместо четырех. Паркер встал, не спеша вышел в жуткий темный коридор, остановился и прислушался: уже ставшее привычным тиканье настенных часов вдруг затихло. Часы лежат на комоде, батарейки оказались спрятаны в чайном сервизе. Паркер пошел дальше по коридору, в комнату Дженнифер. Его мягкую поступь выдает периодическое щелканье суставов ног, но за закрытой дверью его не должно быть слышно. Он уже подошел вплотную, готовился повернуть ручку, когда услышал скрип; то был негромкий, но резкий и противный скрип старого кресла, с которого встал Норман Синис. Едва слышимый шорох только подтвердил опасения Паркера: Норман стоит прямо за дверью, и остается только гадать, что за оружие он нацелил на Паркера. Норман Синис действительно впустил в свой дом убийцу, но он не идиот. Коснешься ручки – умрешь.

«В худшем случае это может быть дробовик, – размышлял Паркер, – скорее всего, это Winchester Defender. Уверен, он проделывает это каждый раз, когда я прихожу. Беру свои слова назад, этот парень не безнадежен, и у нас с ним гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд. И каждая его улыбка была насквозь фальшивой, а полученные в армии навыки из раза в раз помогают ему незаметно проскальзывать в комнату Джен».

Учитывая, чем Паркер занимался в комнате Айрис, Нормана нельзя обвинить в лицемерии. Сегодня киллер уйдет пораньше, ведь ему еще нужно утопить свою уязвленную гордость в дешевом пиве.

Проживая в бедном районе, нормальный человек, как правило, стремится на время забыть о своих проблемах. В этом непростом деле ему помогают неразрывно связанные между собой компаньоны электората: алкоголь и телевизор. Заполненные отупляющей работой будние дни пролетают незаметно, и вот уже затуманенный разум, сам того не замечая, привыкает к тихому образу жизни, становясь покорным и безразличным рабом системы. Безвольное стадо по-своему опасно для умелого правителя, но на крайний случай у него всегда найдется могущественный союзник за рубежом, готовый прийти на помощь в любую минуту. Зная это, киллеры пытаются разнообразить свой досуг чем-то действительно полезным для мозга, ведь от него зависят их прибыль, их карьера и жизнь.