Рисуко

– В любом случае, Чийомэ-сама, - сказал Масугу-сан, - это не найдено. Оно надежно спрятано в дымоход.

– Хорошо, - проворчала леди Чийомэ. – Планы лорда Такеды нельзя отдавать, лейтенант. Не забудьте. Мой юный друг, вам ведь еще нужно побыть среди леди, да?

– Да, госпожа, - ответил Масугу, но без особой радости.

– Возвращайтесь в комнату, Масугу, дайте старушке поспать.

– Да, госпожа, - сказал он, и я услышала его ровные шаги по ступенькам.

Я не успела спуститься, как услышала голос Чийомэ-сама:

– Заходи, Рисуко. Ты простудишься, если будешь так висеть на окне.

19

В паутине

Мои дрожащие руки застыли, словно заледенели. Опустив голову, я увидела, что Фуюдори исчезла. Я одна попала в ловушку.

– Поспеши, Рисуко-чан, - сказала леди Чийомэ тихим пронзающим голосом. – Не хочу звать Ки Сана охотиться на тебя. Он тебя сбросит, и все будет только хуже.

Руки задрожали, спина болела от усилий и холода. Я втянула себя в окно комнаты Чийомэ-сама.

Она была меньше, чем я ожидала. Почти все место занимала большая черная кровать, похожая на огромный паланкин, вычурный, как и Чийомэ сама, у входа туда были кресло и стол. Оставшееся место занимали татами, посреди которых был маленький столик, за которым она и сидела, скрестив ноги. На столе было много разноцветных вещиц.

– Доброе утро, белочка, - сказала, фыркнув, леди Чийомэ. – Мило, что ты решила присоединиться. И таким необычным путем. Даже Миэко не сделала бы так во время обучения без помощи. Я впечатлена.

Я рухнула на колени, потрясенно глядя на татами.

– Спасибо, Чийомэ-сама.

– Хмм, тебе ведь не помогали? Никто?

Я подумала о Фуюдори, что уговорила меня подняться и исчезла.

– Никто, - сказала я.

Она коснулась пальцем носа и сказала:

– Да, - сказала она. – Впечатляет, - расправив плечи, она посмотрела на меня. – Что ты услышала, Рисуко?

– Н-ничего, госпожа, - пролепетала я.

– Не ври мне. Ты была у окна до того, как ушел Масугу.

Я знала, но не могла не смотреть на старушку.

– Как…?

Она зловеще улыбнулась.

– Девочкам любопытство не к лицу. Скажи, Рисуко, что ты слышала?

Желудок сжался, но мне словно придал сил Ки Сан.

– Я…

Она ждала, не мигая.

Я глубоко вдохнула:

– Вы говорили с Масугу-саном обо мне. Можно ли мне доверять. О том, что я сделала… что-то. Не понимаю, о чем это. Он говорил что-то о духах?

Она фыркнула.

– И ты решила сыграть в духа-лиса, Рисуко-чан?

Я растерянно моргнула.

– Заходила, как кицунэ, в комнату Масугу-сана? Кто-то играл там.

– Нет, Чийомэ-сама! – потрясенно вскрикнула я. – Нет!

Мы сидели и смотрели друг на друга, сердце грозило взорваться в груди. Наконец, старушка кивнула и сказала:

– Может, нет. Может, нет, - она покрутила пальцами одну из цветных вещиц на столе, это оказались камешка разных размеров, выкрашенные в яркие цвета и расставленные на бумаге, испещренной линиями и каллиграфией. Наверху было написано Страна восходящего солнца. Ухмылка вернулась. – Знаешь, что это, белочка?

Я хотела покачать головой, линии вдруг обрели форму, и я узнала их.

– Это карта. Японии?

Она хлопнула в ладоши, радуясь.

– Ах, молодец. Твой отец не потратил твое детство зря. Можешь найти нас на карте?

Хмурясь от концентрации, я смотрела на карту. Я нашла родную провинцию Чистоты на востоке. Много красных камней было севернее, слева, а на юге – много синих, и один большой зеленый камень по центру, где был мой дом. Я коснулась камешков, а потом последовала по синей ленте реки к Сосновому берегу, темная линия показывала дорогу Восточного моря, по которой мы шли, и это было всего недели назад? Казалось, это было в другой жизни.

Отслеживая наш путь по провинциям, среди моря красных камней больших и маленьких, к горам, я нашла южный край провинции Темного письма. Там было больше красных камней, это напоминало гарнизон в рисовых полях. А еще была крохотная отметка полной луны. Камешки там напоминали острые пики, такими булавками мама иногда пользовалась, когда чинила нашу одежду. Края булавок были красно-белыми.

– Вот, - указала я.

– Отлично, моя исследовательница. А что здесь? – она коснулась пальцам большого скопления возле Императорского города.

Цветные камешки были расставлены на карте кучками, и больше всего было белых, красных и синих, другие цвета попадались редко. Красно-белые булавки попадались порой недалеко от камней.

Камни не были городами, они были нарисованы на карте, как и их названия. Они могли означать рис или золото, но было странно тогда видеть много камней на острове Хонсю, главном острове нашего народа, ведь я знала, что еду и богатство добывают в других частях страны.

Зная, что леди Чийомэ не нравится, когда я высовываю язык, я стиснула зубы и продолжила изучать карту.

– Это…? – я не хотела казаться глупой. – Это армии, Чийомэ-сама?

Удивление появилось на ее лице, я ощутила облегчение.

– Почему ты так решила, белочка?

– Ну, - сказала я, - это похоже на разноцветную игру в го, в нее Ото-сан играл с старым Ичихиро в замке, - глядя на нее, я спросила. – Это игра?

Старушка хрипло рассмеялась.

– Да! Это сложная и смертельная игра, - она коснулась зеленого камешка, где стоял наш дом. – Видишь зеленую метку?

Я кивнула.

– Знакомо выглядит?

Я моргнула. Большой зеленый камень окружали маленькие синие и красные.

– Мой рисунок. То, что я увидела у лорда Имагавы и солдата.

– Именно. Грядет большой бой, хотя Масугу и его друзья принесли ее к нам раньше, чем я ожидала. Зеленый камень – оставшиеся силы Имагавы, значительная армия, но это тень той силы, что была у них.

– Красные… это силы Такеды? – поняла я.

– Точно, - сказала старушка, хотя похвала в тоне была слабой. Она указала на север на нашу маленькую армию и сказала. – Этот камень – гарнизон, в котором служат всадники Масугу, защищают наши территории от сил Уэсуги, - желтые камни стояли чуть дальше на северо-запад.