Росомаха

И в то же время, лишь использовав энергию Особенного Животного, КЕХА могла бы выйти на новый уровень — уровень невиданного могущества. Уровень, к которому стремились все КЕХА в течение своей долгой и незавидной жизни. Уровень, на котором уже не было бы спячки, медленного перемещения, изможденности и боязни большого скопления людей. А также неуловимости шаманов, которые были основным препятствием для КЕХА на пути в Уровень Людей.

Чтобы этого достичь, КЕХА требовалось поработить Особенное Животное. Убить Особенное Животное было нельзя — все равно, что пытаться убить камень, за исключением того, что неудача в убийстве Особенного Животного выглядела бы иначе, но КЕХА этого и не требовалось. Лишь из порабощенного, но живого Особенного Животного можно было получить ту энергию, что возвысит КЕХА.

Но порабощение Особенного Животного для КЕХА было немыслимым. Разве что такое стечение обстоятельств, когда КЕХА повстречала бы Особенного Животное в момент Его появления из другой точки пространства.

В этом случае Особенное Животное впадало в непродолжительный транс, связанный с переходом, и на какое-то время становилось абсолютно беспомощным.

Так случилось с Росомахой.

За последнюю неделю Росомаха совершала второй переход, и чтобы адаптироваться после прыжка в пространстве, ей требовалось не меньше часа, хотя обычно адаптация проходила быстрей.

Росомаха спешила в Старый Свет, где разбежка между Уровнями Людей и Животных была особенно заметной.

Возможно, это и стало Ее ошибкой — спешка.

Когда Она оказалась там, где нужно, и впала в транс, появилась КЕХА. Это была Роковая Случайность, которая уже имела места в истории и в свое время едва не привела к серьезной катастрофе на Уровне Людей. Хотя КЕХА, обитавшая в этой части Европы, знала о возможном появлении Особенного Животного, это мало, что меняло — слишком много уединенных мест даже при достаточной плотности людей. Единственное, что сделала КЕХА, это отказалась от спячки, в которой очень нуждалась.

Учуяв поблизости Росомаху, КЕХА поспешила к Ней. Она подхватила Особенное Животное на руки и понесла Его к клетке — одному из сооружений, которые КЕХА оставляют на основных своих маршрутах. Иногда КЕХА используют клетки, сажая туда небольших зверьков, чтобы продлить их агонию — так удается выпить больше энергии.

Для КЕХА держать и нести Росомаху, было каторжным трудом и мукой. Когда она, наконец, доставила Особенное Животное в нужное место, она едва могла двигаться. Даже просто прикасаясь к Росомахе, КЕХА катастрофически быстро расходовала свою энергию.

Но мучение того стоило.

Росомаха попала в клетку и теперь не могла освободиться без посторонней помощи. Во времена Медведицы КЕХА строили совсем другие приспособления, но эта клетка оказалось бы не по зубам даже Волчице. И самое главное — Росомаха не могла использовать свою способность перемещаться в пространстве. Для этого Ей нужно было разогнаться и быть на пике посылов Благой Вести. Клетка для этого была слишком маленькой.

Росомаха по-прежнему могла источать СВЕТ, но, во-первых, Она израсходовала бы свою жизненную энергию, не имея возможности восполнить ее за счет пищи, во-вторых, никто из обитателей этого леса все равно не пришел бы к ней на помощь — все опасались КЕХА. К тому же Особенное Животное, когда Его пленили, теряет в глазах обитателей Уровня Животных силу и авторитет.

Очнувшись, Росомаха сразу же осознала, что с Ней произошло. Какое-то время они с КЕХА смотрели друг другу в глаза, и КЕХА почувствовала себя лучше — от Росомахи выделилась энергия, которой КЕХА могла питаться. Эту энергию и животные, и люди смогли бы заметить, как красноватое свечение, клубящееся подобно дыму.

Росомаха заплакала. Она плакала о том, что Ее время уходит, но Она не приносит Благую Весть туда, куда спешила. Росомаха плакала о том, что не выполняет свою миссию.

И КЕХА не только восполнила свой ресурс, вернувшись в прежнее состояние, но вообще избавилась от своего измождения. После столетий хронической усталости это само по себе было достижением.

Но это было не все. Вернее это было только начало.

Многое изменится, если в другую половину клетки посадить крыс.

Крысы были по-своему уникальными обитателями Уровня Животных. В какой-то степени они зацепились за нижнюю часть Уровня Людей и удалялись от собственного Уровня в связи с общим процессом деформации.

Это и превращало их в своеобразную замкнутую систему. Деформировало их внутренний мир, превращая в монстров, но взамен давало удивительную живучесть вида. В случае Всемирной Катастрофы крысы станут едва ли не последним видом живых существ. Крысы пережили бы даже людей, если бы те уничтожили себя, но не смогли бы уничтожить планету.

И крысы были единственным видом на Уровне Животных, до кого не доходили импульсы Особенного Животного. Взывать к ним для Росомахи было равносильно, как взывать к черной бездне, где исчезает даже посланный луч света.

КЕХА, убедившись, что Росомаха не в силах проникнуть сквозь прутья, отправилась за крысами. Она привлекла их особым запахом, а когда отобрала четыре крупные особи, парализовала их волю, чтобы спокойно доставить на поляну. Это снова вернуло КЕХА в прежнее изможденное состояние, но теперь это было лишь временным шагом назад, после которого последуют многочисленные шаги вперед. Да, теперь все должно измениться и очень скоро.

Первым шагом на пути к будущему могуществу КЕХА стало следующее: она скормила крысам беременную белку. И это наблюдала Росомаха.

У Особенных Животных почти отсутствовал инстинкт самосохранения — им это было не нужно. Нечто подарило им неуязвимость, взамен же того, что было у остальных сородичей, дало Особенным Животным ЛЮБОВЬ и СВЕТ. Любовь ко всему живому. Любовь ко всему живому было настолько мощным, что Особенное Животное было готово жертвовать собой ради одного-единственного листика, высохшего на цветущем дереве. Особенное Животное ПРИНИМАЛО боль любого существа, чью смерть Оно наблюдало. Особенно, если это была насильственная смерть.

Для Росомахи мученическая смерть белки, тем более с ее не родившимися бельчатами, стало сильнейшим потрясением. Чтобы не потерять разум и вообще способность передвигаться, Росомахе пришлось растерять собственную энергию, которую Она использовала, неся Благую Весть.

Это и стало для КЕХА очередной порцией пищи.

КЕХА окрепла и теперь направила свои действия в сторону людей — благо человеческое пристанище находилось рядом.

Мучения людей принесли бы Росомахе более сильную боль. В отличие от животных, чье подсознание, связывавшее их со Всем Сущим, дарило им успокоение, давало надежду, что все будет хорошо, и предупреждало их заранее о приближавшейся смерти, давая время смириться, у людей этого не было — над подсознанием доминировал разум. Из-за чего их ужас был чудовищен.

Все это знала КЕХА. Знала и понимала, что Росомахе видеть смерть людей — значит, мучиться еще сильнее, чем наблюдая гибель животного. И, значит, красноватое свечение будет более ярким и насыщенным, более продолжительным.

Чтобы выжать из этого максимум, КЕХА решила выкрасть ребенка — это подействует на Росомаху сильнее, чем смерть взрослого человека. Все это теперь было для КЕХА несложным делом.

Уже одной белки хватило, чтобы получить главный козырь в противостоянии с людьми. КЕХА вернула такую трансформацию собственного тела, при которой человеческий глаз улавливал ее образ с опозданием. Ее тело опережало то, что видели люди. Иногда этот разрыв составлял считанные секунды, иногда доходил до полуминуты.