Росомаха

Отдав украденного ребенка крысам и подпитавшись от Росомахи, КЕХА вернула себе уже забытое обоняние, более сильное, чем у многих животных. Она также вернула себе острейший слух, избавилась от усталости, наступавшей на нее в прошлом так часто.

И еще КЕХА сотворила кучу в углублении — пристанище для паучков. Благодаря растущей Силе КЕХА связала паучков с человеческим пристанищем и могла контролировать людей с помощью насекомых. КЕХА смогла изолировать целый поселок! Теперь, как и паучки в углублении, люди в поселке не могли разбежаться.

Но и это было лишь началом. Теперь для КЕХА не существовало ограничений. Она создала систему, благодаря которой ее Сила могла расти до бесконечности. Посадив в клетку крыс и Росомаху, разделив их так, чтобы они не могли добраться друг до друга, КЕХА создала РАВНОВЕСИЕ! Но РАВНОВЕСИЕ СВЕТА и ТЬМЫ противоречило Природе. Есть либо одно, либо другое. Либо СВЕТ превращает ТЬМУ в самого себя, либо ТЬМА поглощает СВЕТ. Одно из двух должно уничтожить оппонента.

Так называемое РАВНОВЕСИЕ, которого на самом деле не существовало, было на руку ТЬМЕ. ТЬМА постепенно поглощала СВЕТ. И это тоже противоречило Природе, ведь Природа, создавшая саму себя, и была сущностью СВЕТА.

Энергия Росомахи таяла, и это не могло продолжаться до бесконечности — в какой-то момент Росомаха должна была умереть, тем самым, нарушив заложенное самой Природой: смерть от старости. Все это пошатнуло бы каркас Уровней примерно с такой же силой, как если бы люди взорвали бы десятки атомных бомб. С той лишь разницей, что Всемирная Катастрофа растянулась бы на большее время, чем при множественных взрывах. И КЕХА это устраивало — ей оставалось всего лишь несколько сотен лет жизни.

Когда Росомаха погибнет, Сила КЕХА станет небывалой. Она как бы заберет ту мощь, благодаря которой Природа и создала Особенное Животное, дав Ему неуязвимость. КЕХА извратит сущность Природы.

Теперь для КЕХА не было пути назад. Как любая деятельность порабощает того, кто действует, так и система, подарившая фальшивое РАВНОВЕСИЕ, поработила КЕХА. Пожиная то, что не сеяла, КЕХА рисковала лишиться всего, если система нарушится. Скорее всего, нарушение системы грозило ей смертью. Либо спячкой до самой смерти.

Понимая, что Природа сопротивляется, и могут возникнуть различные случайности, КЕХА спешила и старалась действовать максимально эффективно. Она перешла на беременных женщин. Скармливая крысам живой плод, она наносила Росомахе чудовищный вред. Именно человеческие зародыши были для Росомахи самой главной надеждой на восстановление Уровней Людей и Животных. И, погибая, приносили Ей боль продолжительней, нежели погибающий ребенок.

Силы Росомахи таяли.

Особенное Животное приближалось к грани, за которой уже не сможет удерживать жизнь в собственном теле!

15

— Как же освободить Росомаху? — прошептал доктор Левин. — Сломать клетку и выпустить Ее?

Стефан вздрогнул, заморгал, оглядел комнату. Казалось, он сам погрузился в транс, слушая монотонный, с паузами, монолог Ивана. Невероятно, но что-то такое действительно произошло.

Можно подумать, что гипнотическое состояние Ивана передалось всем присутствующим в комнате. Во всяком случае, Стефан в какой-то момент перестал воспринимать слова Ивана и будто сам очутился в некоей реальности, которую и описывал загипнотизированный.

Сколько же прошло времени?

Наверное, немало — солнце заглядывало в переулок с юга. И лишь вопрос Левина вернул Стефана в прежнее состояние. Детектив испытал сильнейшее впечатление от той картины Мироздания, что передал им Иван.

— Нет, — прошептал Иван.

По его лицу скользнуло неудовольствие, но это быстро прошло.

— Нужно… сломать внутреннюю перегородку… в клетке, — заговорил Иван. — Чтобы разрушить… систему КЕХА, надо… уничтожить крыс. Пусть сначала Росомаха убьет крыс… И только… потом ее нужно освободить.

Иван вздрогнул, поморщился.

— Если Ее выпустить сразу, Она может умереть, и… ничего не изменится. Сначала… крысы…

Иван снова вздрогнул, и теперь лицо его исказилось. Спина выгнулась.

Левин не медлил. Он резко встал и быстро сказал:

— Спокойно, Иван. На счет «пять» ты выйдешь из гипноза. Раз! Два…

Иван закричал, его подбросило на диване, но Левин продолжал счет, уперев ему в грудь руки. Доктору помогали Стефан и Мария. Иван побледнел, с губ полетели клочья слюны, спину выгибало так, словно его снизу пронзали копьем.

И все-таки при слове «пять» Иван замер, тело его расслабилось, и он вышел из гипноза. Мария уже отирала его лицо полотенцем, терпеливо не позволяя ему встать.

— Мы не узнали про этот чертов муравейник в яме, — прошептал запыхавшийся Стефан.

Левин покосился на него и тихо сказал:

— Я уже не мог держать его в одной точке. Мы и так протянули почти два часа, я и не надеялся на такое.

— Два часа? — удивился Стефан.

— Да, — Левин промокнул платком лицо. — Еще немного — и мы могли вообще его потерять.

Они помолчали, и Левин добавил:

— Того, что мы узнали, достаточно. Мы узнали главное — как избавиться от Старухи.

— Да, — согласился Стефан. — Для этого надо освободить ту зверушку в клетке.

— Сначала зверушка должна уничтожить крыс, — поправил доктор.

Стефан отстраненно кивнул — он был оглушен тем, что узнал за последние часы.

— Андреевич, мне придеться прогуляться в ваш лес. У вас, конечно, нет подробной карты? Если так, может быть, нарисуете ее?

Левин занялся поисками бумаги и карандаша. Тянуть не имело смысла.

— Да, — опомнился Стефан. — Мне надо идти туда, будучи уверенным, что наша подружка разгуливает по поселку. Теперь мы не имеем права рисковать таким телом, как мое. Как же быть?

— Свяжись с Ильей, — посоветовал Левин. — Надо узнать, может, его жена и ребенок чувствуют, что Старуха где-то рядом.

— Точно!

Стефан быстро набрал номер сотового Ильи. Прошла минута, но никто не ответил.

— Это, конечно, некстати, — пробормотал Стефан.

Мария, усыпившая Ивана легкими поглаживаниями, оглянулась. Посмотрел на детектива и Левин, уже начавший чертить карту на широком листе.

— Он не отвечает? — прошептал доктор.

Стефан неохотно кивнул.

Жена кричала очень громко, но у Ильи не было времени успокаивать ее.

Посмотрев вперед, он увидел, что на тротуаре находится Старуха! И не просто стоит, а двигается наперерез медленно катившейся машине. Ее бордовый плащ развивался, что лишь подтверждало — Старуха спешит.

У Ильи было не больше секунды, чтобы принять решение.

Самым правильным было дать задний ход, развернуться и скрыться в ближайшем переулке. Но это Илья понял чуть позже, когда менять что-либо уже не имело смысла. В тот момент он видел Старуху именно на тротуаре, совершенно забыв, что в реальности она находится где-то ближе.