Рыцари веры

Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не телефонный звонок.

– Уважаю я технические блага, – не выдержал Хан, наблюдая, как Богдан отвечает на звонок, – вмешиваются в самое подходящее время.

– Отец подъезжает к отелю, – известил всем, с удовольствием наблюдая, как каменеют лица присутствующих.

– И вот теперь хана может наступить всем, – вырвалось у Хана.

– Ты можешь перестать ёрничать?

Тот развел руками:

– Прости, это сильнее меня. Тем более все уже произошло. Нам остается расслабиться и получать удовольствие. Ирен, не падай в обморок.

– И не думаю.

Вопреки словам, она и правда выглядела зеленоватой от волнения, но вроде держалась. Богдан видел, как сестра намертво вцепилась пальцами в руку Берта. Бросив на парочку последний взгляд, он пошёл встречать отца.

Ковальский старший появился с большим количеством охраны и Марком Ондельсом, одним из уважаемых нотариусов Ордена. В груди Богдана ёкнуло. Он, не задумываясь отдал бы миллион долларов, чтобы узнать, что задумал отец.

Судьба женщин, нарушивших принятые меры поведения, была печальна. Многих насильно ссылали в монастырь. Раньше Богдан как-то не задумывался, что это варварство, хотя в их среде это считалось мягким наказанием, так как некоторые заканчивали жизнь под действием препаратов в психиатрических клиниках, или с ними случались несчастные случаи, вплоть до самоубийства.

Богдан любил сестру несмотря ни на что, а с такими перспективами даже этот Берт казался лучшим вариантом. Впрочем, он вроде мужик ничего. Но если всё утрясётся, он всё же проведёт с ним спарринг – желание надавать по шее и подправить полицейскому лицо никуда не делось.

– Как долетели? – спросил Богдан, после короткого приветствия. Отец держался, но выглядел неважно и постарел на несколько лет. Не нравился ему мрачный огонь, тлеющий в его глазах.

– Стар я уже для долгих перелётов, – ответил Ондельсон.

Его слова относились не к состоянию здоровья. Богдан знал, что у того молодая любовница, которую он довольно часто навещает. Тут скорее завуалировано выказал своё отношение к причине приезда.

– Если я вам пока не нужен, поднимусь в номер, – оставил их вдвоём он.

Вацлав проводил его взглядом, и лишь когда тот удалился на достаточное расстояние, посмотрел на Богдана.

– Где она?

– Здесь. Давай поднимемся ко мне, нам нужно поговорить.

– Лучше приведи её в мой номер, – отвернулся отец и Богдан понял, что тот винит его в случившемся.

– Прежде выслушай меня.

– Если бы я вас не слушал, Ирен давно была бы замужем! Жаль, что я отдал её тому, кто не оценил и не сберёг.

– Как долго она была бы замужем? – скрипнул зубами Богдан. – У неё твой характер: она всегда поступает так, как считает нужным, не обращая внимания на последствия. При всём уважении к тебе, ни один мужчина не стал бы терпеть её капризы и однажды нас уведомили бы о несчастном случае с ней.

Отец прожёг его взглядом, но Богдана было этим не испугать. Если не хочет говорить с ним приватно, значит, выслушает его здесь. Он продолжил так же тихо, но с нажимом:

– Ирен с мужем и Ханом ждут нас в ресторане. Она счастлива, а её супруг готов с неё пылинки сдувать. Как выяснилось, они познакомились давно, когда мы лет десять назад на каникулах летали кататься на сноубордах. Мимолётная встреча, но помнили друг о друге все эти годы, и судьба столкнула их вновь. Ради неё он уходит из полиции и станет у руля семейного бизнеса. Досье на них ты читал. Его родители уже едут сюда.

Отец нечитаемым взглядом смотрел на него.

– Забрать по-тихому Ирен не получится, – на всякий случай предупредил Богдан. – Ты же любишь её. Дай ей быть счастливой.

Несколько долгих мгновений отец молчал. Ни один мускул не дрогнул на его застывшем лице.

– Жди меня здесь, – приказал он и отвернулся.

Богдану ничего не оставалось, как исполнить требуемое, хотя в душе претило подчиняться. Он уже давно не мальчик! Такое отношение отца выводило из себя, но никто не догадался бы об этом по его бесстрастному, и чуть скучающему выражению лица. Что-что, а скрывать свои эмоции он умел.

Ждать пришлось долго, что ещё больше взбесило. Богдан не любил, когда не владел ситуацией, а от отца всего можно было ожидать. Для себя решил, что сестру в обиду не даст. При надобности можно проникнуть и сквозь стены монастыря, и в закрытую больницу, а новые документы он ей сделает.

Принятое решение позволило спокойно дождаться возвращения отца и больше не лезть к тому с вопросами. В ресторан отеля они отправились в полном молчании, каждый в своих мыслях.

Столик был на четверых и при их приближении Хан встал, освобождая место. Вацлав на него даже не посмотрел, скользнув взглядом по Ирен и уделив всё своё внимание поднявшемуся Берту. Тот представился, но руки не протянул. Правильно, её бы всё равно не пожали.

Богдан оценил, как Берт выдержал колючий, изучающий взгляд отца невесты.

– Ирен, ты отправляешься домой, – Вацлав перевёл взгляд на дочь.

Та испуганно пискнула, и Берт не стал молчать, придвинувшись к ней и положив руку на плечо:

– Конечно, мы посетим вас, но немного позже. Мои родные хотят познакомиться с моей женой. У нас столько родственников, что понадобится время, чтобы известить и собрать всех.

– Ирен, – повторил Вацлав, игнорируя сказанное.

– Я теперь замужем, папа, и слушаюсь мужа, – сестра нашла в себе силы возразить отцу, напомнив о правилах в их круге.

– Если ты не вернёшься домой – его двери закроются для тебя навсегда.

– Решения принятые сгоряча не всегда самые верные, – заметил Берт, крепче прижимая к себе Ирен.

– Я рад, что вы понимаете, насколько ошибочен ваш поспешный брак, – Вацлав бросил хищный взгляд на полицейского.

– О какой поспешности речь? – притворно удивился Берт. – Я и так достаточно долго ждал, пока девушка, давно запавшая мне в сердце, повзрослеет.

Ковальский перевёл взгляд на дочь:

– Ирен?

– Я замужем и остаюсь с мужем, – твёрдо произнесла она, но потом голос беспомощно дрогнул: – Папа…

Жалобный взгляд скользнул по Хану и Богдану в поисках поддержки, но те пока не вмешивались.

– Это твоё решение. С ним ты теряешь право на нашу фамилию и наследство. – Вацлав был суров и непоколебим.

Ирен ахнула, но её тут же успокоил Берт:

– Не переживай, у тебя теперь моя фамилия, и в деньгах мы не нуждаемся.

– Тогда следуйте за мной, чтобы подписать документы, – Вацлав отвернулся, но его остановил Берт.