Саммаэль

А Грант закончила:

— Я хотела вам это сказать. И я вам это сказала.

— И что, специально за этим летели на Мэлхейм? — по инерции съязвил Саммаэль.

— Нет, — отчеканила Грант. — Не специально. Подгадала под отпуск.

«Ох… зря я чего-то с ней так. Может, не надо было сразу же мордой её о парапет…»

— Спасибо. Спасибо, что рассказали.

— Господин Саммаэль, — Надин собралась с духом. — Я сознаю, что я не имею на это никаких оснований… но всё-таки я попрошу вас рассказать мне то, что вы разузнали.

— Да нет ничего, мы ж не успели узнать…

— Потому что, — перебила его Надин, чуть не крича. — Это ж была моя тема! Это же мой дивизион занимался проблемами навигации! А теперь я даже никак ни на что не могу повлиять! Получила, ё… повышение «вверх и налево», на что я теперь повлияю из СВР [67] ?! А мы здесь живём, ё… в этой Вселенной!..

Судорожно выдохнула, отвела взгляд. Ох, что-то ведь проняло бабу, всерьёз её проняло. Вон, буква «ё» через слово.

67

СВР — служба внутренних расследований.

— Я просто хотела быть в курсе дел, — произнесла, отдышавшись. — Хотела бы знать, что нас ждёт, и когда.

— Не под запись? — колдун сменил гнев на милость.

— Не под запись.

— Не для разглашения?

— Нет, — помотала она головой. — Не для разглашения.

— Надин, я не могу рассказать ничего. Вы в курсе всех моих обстоятельств; вы знаете, в какой я сектор зашёл, и вы знаете, что у меня там сгорело. И добавить мне к этому нечего. Пока что, не под запись и не для разглашения, но все мои поиски — просто без результата.

— Вы знаете сектор, — вздохнула Грант. — И вы предсказываете распады. А мы и на то не способны.

— Дайте Версу пизды, может, научитесь.

— Копаю, — махнула рукой. — Копаю уже под него, всё-таки СВР. Знаю, что он темнит, но для ареста нет никаких оснований. А честолюбие не порок.

— Саммаэль, — Надин вдруг вскинула тёмно-русую голову. — Я хочу задать вам один вопрос… вы, наверное, удивитесь…

— Спрашивайте.

— Саммаэль. На Дейдру ведь вы не прилетели.

— А кто вам сказал, — пробурчал колдун. — Что я не прилетел? Мозги мог подчистить в порту, и камеры…

— Мы отследили все ваши «подчистки», — Грант улыбнулась. — Было трудно, но мы отследили. Вы сначала появились на Дейдре, на рассвете посреди чистого поля, а потом создавали себе биографию. И появились вы ниоткуда. И кроме того, — Надин подняла брови. — Вы добрались с Дейдры на Аргос-2 меньше чем за шесть часов…

— Хорошо, — колдун усмехнулся. — Уели. На Дейдру я пришёл ниоткуда. И каков ваш вопрос?

— Как вы это делаете?

— Уф… — Саммаэль вытер воду со лба, и надел наконец капюшон. — Когда-то я даже этому обучал! Так. Сначала освобождаю разум, вхожу в состояние, похожее на полусон, когда взгляд ни на чём не задерживается. Потом, тут главное не передавить! Начинаю менять реальность…

— Менять реальность?!

— Ну нет, я ж её не саму изменяю! Выбрал я, например, фонарный столб. Отвёл глаза в сторону, и легонечко так представил, что столб стоит на полметра правее. Скользнул взглядом обратно, и — оп! — получилось. Значит, я отошёл от главной мировой линии на ту, где столб этот по-настоящему на полметра правее…

Надин кивнула.

— Потом, — а Саммаэль увлёкся рассказом. — По мере удаления от главной мировой линии менять становится всё проще и проще. Пластичнее! Но в то же время, мир становится менее материальным. Гаснут цвета, пропадают телесные ощущения, чувство времени, равновесия. Потом предметы становятся полупрозрачными, как бы воздушными. Как бы контуры только от них… Да что я вам объясняю, вы ж видели запись с Аргос-1!

— В том же порядке? Топология, цвет, ощущения, материальность?

— Да! Только не мир растворяется, а я сам ухожу дальше и дальше от мира!

— И потом?

— Хаос. Водоворот. Серая муть. То, чем видеозапись закончилась. Только в Сумеречье — и на границе Периферии — расстояние между главными мировыми линиями очень невелико. Всегда есть перекрытие линий. И, выйдя на край, соседний мир можно почувствовать. Потянуться к нему. Это легче, с края соседний мир сам тебя позовёт и притянет. Тут главное не тормозить: на краю жизни-то нет никакой, чуть задержался — и сам там растаешь. В Сумеречье это прокатывает; а с Дейдры вот на Арденну нечего даже и думать, там перекрытие мировых линий считай что вообще на нуле…

— Значит, так вы пришли на Дейдру?

— Да, — колдун не стал поминать, что в этом ему помогли.

— Знаете, Саммаэль, — произнесла Грант тоном заправского психолога-терапевта. — Я вас понимаю. Всё это мне очень знакомо…

— И как, — принял колдун тот же «терапевтический» тон. — Далеко ли вы заходили в Хаос?

— Да нет же! — Грант рассмеялась. — У нас машина такая была! Привод с произвольной синхронизацией, на жаргоне — «глайд»! Про джамп-то уже вы знаете, привод с автоматической синхронизацией приводит только на главную мировую линию… ту, у которой максимум интенсивности. А вот произвольный привод может пройти и по всем боковым, и даже зависнуть в пространстве между мирами…

— Погодите. А сама установка?

— А сама установка — и все, кто внутри неё — остаётся материальна. Меняется только то, что за окнами. Сначала смещается топология… фонарные там столбы, потом меняется цвет, потом остаются одни только контуры…

— Так, — а ведь это уже интересно! Навигация у нас есть, теперь нам такой же бы привод! — Надин! А вы знаете, где сейчас находится эта машина?

— К сожалению, нет, — Грант поморщилась. — Мы вынуждены были вернуть её… изготовителю. В общем… не для разглашения?

— Не для разглашения.

— Глайдер мы изъяли у империи Сьерра. После испытаний его нам пришлось отдать. По-видимому, глайдер сейчас в городе Астоне на головной планете, там, где он был изготовлен.

Сьерра, — задумался Саммаэль, — так, Сьерра, Сьерра… А ведь у Вессона паспорт империи Сьерра, я ж оформлял на него договор!

Так. Вот с этим надо бы поработать.

— Надин, вот за это спасибо! — колдун говорил искренне. — Вы мне действительно помогли!