Scarlet Torment
Шрифт:
– Рекомендую завести тебе такой же список. Первым пунктом предлагаю написать: изжить из себя суку, – парировала я и оскалилась, осматривая её в зеркало заднего вида. Карс улыбнулась уголками тёмно-бордовых губ и подмигнув мне со злобой и открытым отвращением, гордо выпрямилась и задрала острый подбородок с манерой Аннабель Карс.
– Может ещё посоветуешь завести личный дневник и записывать туда свои чувства и переживания? – она усмехнулась и в её хриплом грубом женском голосе слышались нотки издевательства и насмешки.
– Кстати, очень хорошая идея. По крайней мере, окружающие начали бы тебя уважать, выплёскивай ты все эмоции на бумагу, – сразу же ответила я и почувствовала, как тело начинает трясти от злости и желания заговорить с ней на повышенных тонах, а после вовсе подраться.
– Девочки, может вы поболтаете о погоде? – сквозь зубы прошипел Кай, стараясь улыбнуться, однако
– Мы ещё не закончили! – уведомила меня Карс, как только авто повернуло к большому поместью, что горело яркими огоньками и у широкого входа толпились люди в красивых нарядах. Около высокого забора стояли дорогие машины, сверкающие в свете фонарей. Фонтан во дворе, который ранее был отключен, изобиловал светящимися серебром и золотом струями воды. Над острыми шпилями огромного поместья возвышался неполный диск луны. Кай заглушил мотор и потерев лицо, повернулся к Славе с таким лицом, будто он сейчас вышвырнет её из машины, открыв её телом двери.
– Только при брате так не выступай, – фыркнул шатен и вышел из машины, громко хлопнув дверью. Слава скинула с себя ремень и взглянув на себя в зеркало, а после заострила внимание на мне, сузила глаза.
– Ты же будешь умной девочкой и послушаешься моего совета, правильно? – спросила она, рассматривая меня в зеркало заднего вида. Я подняла на неё глаза и заметила, как девушка непроизвольно вздрогнула, словно увидела приведение. Я же не придала этому особого значения. Мирослава вдруг повернулась ко мне и уставилась на моё лицо, словно пыталась увидеть в нём что-то новое. – Подкрась губы по ярче, вампиры, как вороны, любят всё блестящее и яркое. – И после этих слов она ловко открыла бардачок и достала оттуда ярко-алую помаду. Я взяла флакон и сначала взглянула на флакон, после на девушку, которая натянуто мне улыбалась, сверкая лукавыми глазками. Судя по тому, что флакон был массивным и крышка была украшена мелкими блестящими кристаллами, мне вдруг стало очень неуютно от осознания того, что эта помада могла бы стоить больше, чем мой наряд в сумме.
– Очень мило, – открывая дверь из авто, бросила я, – но мне не помешает твоя помощь.
Мы вышли из машины. Кай маячил у входа, видимо, именно сейчас, он был не в том настроении, что бы строить из себя джентльмена и открывать нам двери. Парень рассматривал разнообразных гостей: высоких и низких, предпочтительно красивых и грациозных, местами ярких и блестящих, а где-то старомодно готических, спрятавшихся под козырьками средневековых шляпок. Взгляд его медовых глаз, которые в полумраке стали тёмно-карими и лишь изредка блестели в свете уличных фонарей некой желтизной. Скулы были напряжены, сильные руки сжимались в кулаки, что аж выделялись толстые линии связок на тыльной стороне ладони.
– Взрослая девушка, а губы накрасить не можешь? – обратно завелась Карс, встав передо мной в позе топ-модели с обложки модного журнала: рука лежит на боку, ноги в неестественной изящной позе, волосы откинуты назад, а острый подбородок фотогенично вздёрнут.
– Чисто на заметку: я не пользуюсь яркими помадами, так что не имею опыта с их нанесением. Это очень сложно, насколько мне известно, – осведомила я сестру Макса и протянула ей флакон с помадой, которую она мне вручила минуту назад.
– Очень зря, Кросс. Ты брюнетка, тебе идут яркие цвета. В особенности красный, – она как-то странно усмехнулась. – Может произведёшь на кого-нибудь впечатление.
– Хватит язвить, Карс, крась давай, – фыркнула я, шагнув к девушке. Та изящно открыла флакон с помадой, изогнулась, что бы смотреть мне в глаза, так как Мирослава была значительно меня выше да ещё и на высоких каблуках. В принципе, она была одного же роста с Каем, когда стояла на шпильках. Хоть она и сука, но тем не менее, у неё есть вкус и да, признаю, она очень красивая. Смешать в себе грацию, изящность и бунтарство – многим не дано. У неё чудные лиловые волосы, почему-то очень подходящие под светло-карие глаза, а так же прекрасно очерчивающие линию её красивого лица. Волосы контрастировали с тёмными скулами, подчёркивали свет помады и притемнённой косметикой кожу. Её руки – руки художницы – были аккуратны и двигались плавно, словно она водила на толстым тюбиком с помадой по моим губам, а тонкой кистью с каплей акварели. Я почувствовала приятный запах сирени с примесью чего-то более сладкого – он исходил от неё. К сожалению, весь букет сладких приятных ароматов портил запах сигаретного дыма, исходящего от её рук. Девушка выпрямилась и закрыв помаду, жестом приказала
мне легко сжать губы. После чуть-чуть поморщилась и вручив мне помаду, согнулась снова и приподняв моё лицо за подбородок, потёрла кончиками удивительно нежных пальцев по уголкам моих губ. Её руки были холодными и гладкими, мне на какое-то мгновение хотелось потрогать или взять её ладонь. Я рассматривала её с открытым странным интересом и с каждым новым взглядом, замечала всё больше. Над бровью у Мирославы был маленький шрам, почти такой же, как был у Лео, только у девушки он был ловко замаскирован тенями для бровей. В её ухе была маленькая серьга-гвоздик из белого золота с синим лазуритом. Точно такую же носил Кай, точь-в-точь, только в другом ухе. На Мирославе так же был и браслет с лазуритом, наверное – это просто дополнение к платью или типа того. Всё равно не могу отрицать того, что будь её волосы черны, как вороново крыло, она бы была точной копией брата с не сразу заметными отличиями.– Так лучше, – в завершении сказала она, выпрямляясь и с тяжёлым вздохом, поправляя бюстгальтер через ткань платья. Это показалось мне очень забавным. Не каждый день увидишь, как пятисотлетняя девушка, которая, наверняка, осведомлена о всех женских штучках – стоит и поправляет вздёрнувшейся лифчик на стоянке автомобилей в паре шагов от дома, вокруг которого толпа народу, а неподалёку маячат только приезжие гости. Я бы засмеялась в голос, если бы на ней были колготки и она бы взялась их подтягивать. – Только не рекомендую облизывать и сжимать губы, иначе всё размажется. Помада очень поганая...
– Ты специально же дала именно такую? – я усмехнулась уголком губ, ехидно на неё взглянув. Слава лишь лукаво улыбнулась и сделав резкий грациозный разворот, как если бы она шла по подиуму, двинулась к высоким тяжёлым воротам из чёрного кованого железа.
Когда я перешагнула порог огромного поместья, в нос ударили множество разных запахов: духи, алкоголь, дым и кровь. Окинув полный народу зал я поразилась тому, какие они все разные и в чём-то поголовно одинаковые. Бледные и прекрасные – вот их поголовная схожесть. Но то, как они выглядели в остальном... Тут были и высокие блестящие вампиры в индийских сари, украшенных орнаментами, а на шеях, руках и головах этих черноволосых женщин сияли разнообразные индийские украшения. Чуть поодаль увидела тройку вампиров в готических нарядах. Единственная женщина среди них была в пышном чёрном платье с узким корсетом, густо обшитым чёрным кружевом, уходящим в высокий воротник до самого подбородка. Её волосы бил собраны в высокую причёску, а губы выделялись ярким алым пятном из-под чёрной фаты над глазами. Мужчины рядом с ней были в строгих старомодных фраках с медными пуговицами, а на их головах возвышались чёрные шляпы-цилиндры. Дальше я заметила изящную, стройную и высокую девушку азиатской наружности, тонкое тело которой облегало красное длинное цпао с изображением золотого дракона, извивающегося от лодыжки до груди. Рядом с ней стоял мужчина в блестящем расстёгнутом сюртуке, одетом поверх зелёной рубашки. Его волосы, подобно иголкам сосен торчали в разные стороны и отливали неким зелёным оттенком. Под огромной картиной, на которой был изображён «второй» состав семьи Карс, стояла пара в шёлковых чёрных кимоно, по которым расползались ветки цветущей сакуры. Вампиры были разными, местами я слышала другие языки, например: итальянский, русский, польский, французский, английский, китайский и японский. Кто-то громко смеялся, размахивая бокалами с шампанским, а кто-то шептался, оценивая всех вокруг.
Я шагала рядом с Мирославой, гордо подняв голову и осторожно, но уверенно, ступая по гладкому паркету холла дома семьи Карс. На лестнице на меня обратили внимание несколько вампиров, один из них – высокий крепкий парень, ростом чуть выше Кая, с аккуратно уложенными светлыми волосами, двинулся навстречу и перегородил нам путь. В этом парне, на котором отлично сидел чёрный смокинг, я узнала Лео. Его голубые глаза сверкнули толикой радости, а после он с улыбкой обнял Кая и по-дружески стукнул его по плечу. Шатен ответил ему тем же. Следующей была Мирослава, которую Лео вежливо поцеловал в щёку и крепко обнял, слегка поерошив лиловые волосы.
– Я очень рад, что вижу тебя в хорошей форме, Слава! – улыбаясь, произнёс Лео, отпуская девушку, которая смело смотрела ему в глаза не задирая головы. После Лео взглянул на меня и вежливо поклонился, после же коснулся ледяными губами тыльной стороны моей руки. – Юная охотница! Тебя тоже рад видеть.
– Я тоже очень рада, – я улыбнулась уголками губ и косо взглянула на Мирославу, что рассматривала вампиров на лестнице неким заинтересованным взглядом.
– Где Сара? – поинтересовалась младшая Карс, остановив взгляд на блондине. Тот сделал пару шагов вверх и кивнул нам, после исчезая за углом коридора.