Scarlet Torment

Передо мной были распахнуты массивные двери, а комната за ними заливалась золотым светом, освещающим каждый уголок огромного зала. От дверей шла высокая роскошная лестница, на которой маленькими группами стояли вампиры и болтали о чём-то своём или разносили свежие сплетни. Внизу же бурлила жизнь: бегали официанты, носились маленькие дети, наряженные в пышные платья и костюмы, суетились взрослые вампиры. У столиков с напитками и закусками особенно много было народу – все что-то разглядывали и расспрашивали друг друга о, наверняка, съедобности и вкусе тех или иных закусок. Зал был ужасно большой! Над ним возвышался широкий балкон, арка на котором уходила в тёмный коридор. Внизу же была большая двустворчатая стеклянная дверь, выводящая на улицу во внутренний двор поместья. В конце зала, параллельно лестницы, был живой оркестр, наигрывающий спокойную мелодию. Однако самое главное в этом всём было то, что никто из всех гостей не был человеком. Никто! Даже официант или пианист! Все они были бледными и от одного взгляда становилось понятно, что они уже давно мертвы.

Ступив на первую ступеньку лестницы я застыла, увидев в самом низу высокого брюнета, болтающего со стройной женщиной с красивыми медово-белыми волосами, крутыми локонами струящимися по худым плечам. Я рассматривала парня, напряжённо вздыхая. На нём был чёрный строгий костюм. Пиджак был расстёгнут, белая рубашка вправлена в строгие чёрные брюки, но она не была застёгнута до самого горла. Видимо, Карс не очень-то любил выглядеть официально, а уж тем более не любил пуговицы. Его волосы в кой-то веке выглядели опрятно. Были зачёсаны назад и уложены, а не торчали во все стороны, создавая впечатление, будто он не расчёсывался утром.

Я сжала клатч и сглотнула и хотела было сделать шаг вперёд, как он поднял глаза и застыл, осматривая меня с ног до головы, стоя в самом низу широкой роскошной лестницы. Голубые глаза пронзающее смотрели на меня, будто он увидел меня впервые. Мельком я заметила, как он приоткрыл рот, но тут же его закрыл. Рядом со мной стояла Мирослава и всё так же продолжала рассматривать гостей, наверняка выискивая какую-то Сару. Я улыбнулась Максу, на что он ответил лёгкой улыбкой, а после наклонилась к Славе и собрав остроты, которые ещё не израсходовала в машине, сказала:

– На кого-то я точно произвела впечатление, – я подалась вниз, а после кинула. – Отличная помада, спасибо.

Кажется, я даже слышала, как она зло хмыкнула у меня за спиной, а после застучала каблуками по гладкому светлому мрамору, которым была устелена лестница и весь зал.

Я спустилась к Максу и первым делом он приобнял меня шепнув на ухо, что я потрясающе выгляжу. Я лишь улыбнулась ему, а после перевела взгляд на его собеседницу. Это было не очень высокая женщина лет тридцати. У неё были большие медово-янтарные глаза, отдающие лёгкой желтизной, окаймлённые длинными накрашенными ресницами. У женщины было маленькое лицо, из-за чего большие глаза, курносый нос и пухлые губы выглядели непропорционально, но тем не менее она казалась очень милой. На ней было нежно-голубое платье без бретелей, до колен. Платье было вульгарным, на мой взгляд. Мало того, что тут был и пикантный вырез на спине и отсутствие шлеек, так ещё и это платье, по видимому, очень плохо держалось на не большой груди, так как женщина часто его потягивала. На лебединой шее висела цепь из белого золота, подвеской которой служил синий камень – лазурит. Она внимательно на меня смотрела, вовсе не стесняясь. В её желтоватых глазах было нечто отдалённо знакомое. Подобно её глазам, порой сверкали глаза Кая.

– Я полагаю, вы та самая охотница? Дочь Алексы Бенрет? – у женщины был мелодичный, но слегка писклявый голос, который противно врезал по ушам от неожиданности.

– Да, – я кивнула. – С кем имею честь?

– Диметра де Ларс, – она протянула мне руку поздороваться, я ответила на жест и её пальцы задержались на моей руке, а подкрашенные светлым блеском губы, изогнулись в улыбке. – Caldo*!

– Что? – вежливо поинтересовалась я, когда женщина отпустила мою ладонь и её пальцы обвили бокал с бурлящим шампанским.

– Ох! – она улыбнулась наигранно по-доброму. – Я из Италии, ещё не привыкла к румынскому, простите. Я глава второй ветви клана Миронии, названная сестра Агаты Миронии, крёстная мать Максима и его замечательной сестрички. – Диметра притормозила и промочила горло глотком алкоголя. – Кстати, говорили, что младшая Карс восстала из мёртвых. Где же она?

– Вон там, – Макс указал в сторону столиков с едой, Диметра взглянула через плечо и улыбнулась уголками губ, завидев копну лиловых волос и аристократично и гордо вздёрнутый острый подбородок. – Но я сомневаюсь, что она будет очень тебе рада.

– Тут вообще кто-нибудь кому-нибудь рад? – Диметра внимательно взглянула на Макса. Её глаза сверкнули неким интересом и огоньком, напоминающим тот огонёк, который горел в глазах поклонниц или Риммы. – Подобные вечеринки – показуха. Мы хвастаемся тем, что сделали за год, пьём, веселимся, распускаем сплетни. Например сейчас, часть говорит о том, как им мерзка семейка Дракулы, а другие обсуждают последние горячие новости, касательно смерти Анжелин и интрижки старшего сына Дракулы с собственной сестрой.

– В смысле? – глаза у Макса стали по пять копеек. Я просто за ними наблюдала и слушала, попутно мельком разглядывая остальных гостей. Все они были прекрасные и изумительно красивые. – Кто-то пустил слух, будто у меня что-то с Мирославой?

– Нет-нет, – Диметра усмехнулась, с таким же насмешливым и тёплым взглядом рассматривая парня напротив, а изредка меня. – О ваших со Славой отношениях пишут поэмы и стихи, мол, как же чудесна эта семейная связь. Я говорю о младшенькой – Римме – дочери Анжелин. Поговаривают, что у вас с ней что-то есть...

– Не думал, что эта тема до сих пор гуляет у вампиров, – раздражённо буркнул Макс, а после метнул взгляд на лестницу. По ступеням спускалась Римма. На ней было короткое красное платье с длинными руками. Чёрные волосы были собраны в тугой высокий хвост, а на лице виднелись следы тонального крема и еле заметные синеватые подтёки под слоем косметики. На тыльных сторонах ладоней так же были синяки, замазанные гримом или тональным кремом. Девушка выглядела очень уставшей. Я осмотрела её с некой злостью, которая заиграла во мне всплеском адреналина, от чего аж кровь закипела в жилах. Я дёрнулась и хотела было подойти к ней, но почувствовала на запястье холодные нежные пальцы, которые были мне более чем знакомы. Повернув голову назад, я увидела удивлённое лицо Макса. Он вздёрнул бровью и как бы молча спрашивал у меня: зачем?

– Нам надо поговорить, – прохрипела я, убирая свою руку из его пальцев, а после ещё раз взглянула на Римму, что прожигала меня взглядом, улыбнулась Диметре, хотя та на меня даже не взглянула, а с трясущимися руками разглядывала лицо Макса. После же пошла в сторону, где стоял Кай, поодаль от него Мирослава в компании высокой тёмноволосой девушки в длинном чёрном платье. Карс поспешил за мной и нагнав, схватил за руку и остановил, принудительно повернув к себе. Я поддалась и встав перед ним, смотрела через его плечо на Римму, скрипя зубами от злости и желания швырнуть в неё что-то.

– В чём дело? – прохрипел парень, рассматривая моё лицо; я чувствовала его холодный слегка взволнованный взгляд на себе, но всё равно смотрела на его младшую сестру, чьё присутствие в принципе вызывало у меня приступы тошноты, теперь же я окончательно её ненавидела.

– Она пила кровь Талера! – выпалила я, слегка выгибаясь назад, потому что меня начинало ломать от гнева, разгорающегося внутри. Откинув волосы за спину, я всё-таки взглянула на лицо брюнета и поспешила отвести глаза. Каждый мой взгляд на него... Я не могу смотреть ему в лицо. Это тяжело, тяжело, потому что он всегда будет красивым. И снова слова Мирославы, и снова вся эта ситуация... Сейчас не тот момент, чтобы говорить о наших отношениях.