"Седьмая колыбель"

– Куда шлют?

– К планете HD 85512b в созвездии Парус, она расположена от Земли на расстоянии тридцать пять световых лет, и ещё дальше – к планете Kepler-22b – та находится в шестистах световых годах от Земли. Мы сейчас летим рядом с направлением телескопа на Парус и можем настроиться на его частоту в пять ггц. Есть и другие средства аварийно связаться с Землёй. Надо решать!

– Командир, объявите Совет! – сказала повелительно Маша. Она успокоилась и взяла себя в руки. – Несколько земных суток голода – и мы ослабнем, перестанем соображать. Если сейчас же не выработаем жизнеспособное решение, повернём назад!

– Конечно! – радостно поддакнула Юлёна и выразительно взглянула на Нибару. – Не жарить же на вертеле самого слабого, как сбежавшие зэки в тайге.

– Объявляю Совет, – с неудовольствием выдавил из себя Револ. – Говорите, хранитель Мария.

– Что может решить Углас, – не своим голосом начала Маша, – зная от своей разведки, что четыре его корабля сбиты пятым, этот пятый не выходит на связь с командованием и летит курсом на вход в кротовую нору?

– Только одно, – сказал Револ без колебаний, – пятый корабль захвачен противником, выполнившим свою миссию на Земле.

– Будет ли Углас стремиться уничтожить наш корабль во время перелёта?

– Конечно! – сказал Револ. – Его цель: не допустить возвращение кристалла и земного хранителя.

– А вот и нет! – решительно объявила Церола. – Цель Угласа могла измениться.

– Объясните мотив, – страшно заинтересовался Иван. – Кто такой Углас?

– Император и главнокомандующий, – сказала Церола. – Вы, мой командир, ужасно прямолинейны. Вы и магом были таким же. А Углас романтик и экспериментатор. Он виртуоз и себялюб. Углас скорее рискнёт интересами своей Империи, чем откажется от потакания своей прихоти. Если Тимберлитта жива и находится у него, он захочет не уничтожить, а отобрать кристалл Земли.

– Зачем ему кристалл? – с обидой вскричал Револ.

– Чтобы с его помощью управлять Тимберлиттой, сделать её игрушкой и продемонстрировать всему миру свою победу над общепризнанным межгалактическим маяком. Мой прогноз: Углас за нами следит и, вероятно, сопровождает, и хочет захватить невредимыми.

– Факт, что на Земле по нашему кораблю противник не сделал ни единого выстрела, – сказал Иван. – А времени у него было достаточно, пока разворачивались зеркала.

– А если Тимберлитта не жива? – не сдавался Револ.

– И наша мама тоже? – тихо сказала Нибара.

– Да какой кристалл?! – взвилась Юлёна. – Маш, твой, что ли? А у этой несчастной где кристалл? Я своими глазами его видела! Ради простецких кулончиков такая вселенская склока?!

– Нам с тобой, Юлён, что-то важное не договаривают, – уже с раздражением вмешался Иван. – Так нечестно, Маш! Сама говорила: мы на войне. Сидя в одном окопе с боевыми товарищами так не поступают.

– Ванька нам государственный секрет выдал, а ты? – наступала и Юлёна. – Или ты в сговоре с этими недоразвитыми?

– Я сама узнала только в мире мавелов, – сказала Маша. – Не в сговоре, а в договоре на вере.

– Может быть, уважаемая Церола покажет нам, наконец, что происходит на Мероне? – спросил Иван.

– Давно показала бы, да, увы: вирусы зортеков заразили весь изобразительный ряд. А увидь, вы обрыдались бы все.

– А что именно у вас творится-то? – спросила Юлёна. – Эпидемия, что ли?

– Война, – прошептала Нибара, подняв умоляющие глаза на Ивана.

– Тотальная война на уничтожение всего живого, – сказал, набравшись мужества, Револ.

Иван сжал губы, напрягся и обернулся к Маше:

– Ты знала?

– Да, – сказала Маша. – Там кошмар. Заветный лес их погиб, но ещё не безвозвратно…

– Здрасьте вам! – воскликнула Юлёна. В мире мавелов она насмотрелась красот и не очень-то желала лететь в чужую передрягу. – Я думала: ну там где-то война – ну там подерёмся немного… На Земле в кои веки на три поколения воцарился мир, а вы нас тащите в пекло!

– Земля входит в Союз колыбелей: вы обязаны нам помочь! – грубо заявил Револ.

– Мы не обязаны вам верить! – с непривычной для себя резкостью возразил Иван. – Через минуту, как вы возникли в нашей жизни, я превратился в уродливое чудовище, остался без казённой аппаратуры и даже без трусов – всего лишили! У вас враги – какие-то неведомые нам зортеки, у нас – врагами вполне можете оказаться вы. Сейчас мы сильнее: вот арестуем вас и будем с отцом изучать в лаборатории, как разумных морских свинок.

– Нас изучать? – воскликнул поражённый Револ.

– Вас, как пришельцев! Земляне до сих пор не решили, что делать при встрече с пришельцами: поселить у себя дома, исследовать в закрытых лабораториях, поместить в зоопарк, набить чучело или съесть?

– У землян при переходе сила умножилась, а у нас пропала… – в полубреду пробормотала Нибара.

– Да, Ромэо, мы так не договаривались! – сказала Юлёна и по доброй драконьей привычке вскинула свой крутой зад, чтобы ударить хвостом об пол. – Лично я собиралась путешествовать. – Она с надеждой посмотрела на свою подругу. – Маш, мы ещё в мире карапубздиков не побывали: они милейшие существа! От добра добра не ищут: давай вернёмся! А этих героев из Вероны в плен возьмём – и конец войне!

– Тогда меня выбросите в космос… – прошептала Нибара. – Я такого от вас, Иванечка, не ожидала…

– А почему вы решили, что земляне бросятся вам на шею? – продолжал жёстко Иван, едва взглянув на Нибару. – Своих кораблей межгалактического класса земляне не создадут ещё, может быть, сто лет. Как мы вернёмся? Предлагаете полностью зависеть от вас?

– Я дал слово: этот корабль ваш! – резко сказал Револ.

– Разрешите встрять, пока вы не переругались насмерть, – сказала Церола.

– Пожалуйста, – разрешила Маша.

– Мой капитан по неопытности решил, что слово хранителя на земле имеет такую же ценность, как и на Мероне. Но в любом случае, теперь уже нам не обойтись без помощи Земного хранителя и кристалла Седьмой колыбели.

– А при чём тут кристалл? – спросил Иван.

– Кристалл! – вдруг вскрикнула Маша. – В нём живая вода! Лёгкая питьевая вода!

– В твоём камушке? – протянула Юлёна, сощурившись и выпятив нижнюю губу, что означало высшую степень недоверия.