Серпентарий

– Ходить разучилась? – язвительно поинтересовался он.

– А ты общаться? – мстительно буркнула Нура, но тут же прикусила язык. Не хватало еще спровоцировать его замечаниями. Это ведь не очередь в поликлинике и не приставучая коллега, это гребаный наг! – Извините…

Желтоглазый фыркнул, бесцеремонно схватил ее запястье, развернул руку и положил на ладонь визитку:

– Если захочешь продать байк, приходи. Спросишь Тайпана, тебя проводят.

Холодный цитрусовый запах на мгновение окутал ее, а затем испарился, когда мужчина развернулся к ней спиной и скрылся в тени парковки.

– Кто ты такой? – воскликнула наконец Нура. – И откуда знаешь Кею?

Вместо ответа взревел двигатель, зажглась яркая фара, и с парковки выехал байк. Он пронесся по дороге рядом с Нурой с такой скоростью, что ее волосы взметнулись, скрывая лицо.

Отплевываясь от прядок, она раздраженно ругалась под нос. Ну что за гад? Ничего не объяснил, напугал, разозлил и уехал! Но облегчение от того, что все обошлось, все равно перекрывало все остальные чувства. Что ж, похоже, никто не собирался убивать Нуру просто так… По крайней мере пока…

Она выдохнула, перекинув волосы на одно плечо, и опустила взгляд к визитке, которая успела немного помяться. На черном картоне серебряные буквы выводили название спортивного зала: «Нексус». С обратной стороны – адрес.

Что ж… Придется купить перцовый баллончик и наведаться к этому Тайпану, чтобы выяснить, откуда он знает Кею и зачем ему сломанный байк.

Немного успокоившись и спрятав визитку в сумку, Нура продолжила путь. Во тьме легко было издали заметить яркую неоновую вывеску. Она горела, словно маяк, служа прекрасным ориентиром. К тому же у «Серпентса» установили небольшие прожекторы, которые разрезали мрак, медленно двигаясь то вниз, освещая проулки рядом, то вверх. Два высоких здания с темными зеркальными стенами усиливали эффект и на фоне более низкого строения клуба напоминали стражников.

Чем ближе была вереница людей у входа, тем сильнее становилось волнение и тем больше потели ладони Нуры. Она заняла место в очереди, и за ней почти сразу же встали две миловидные девушки в коротких платьях. Кажется, «Серпентс» пользовался популярностью…

Один из охранников на входе рассеянно оглядывал людей, пока не наткнулся на Нуру. Он смотрел на нее слишком пристально и шептал что-то своему напарнику, а после скрылся за дверью. Сомнений в том, что ее узнали из-за Кеи, не оставалось. Раз она тут работала, конечно, ее должны были знать. Вот только что это сулило? Опасность?

Спустя время дверь в клуб снова открылась, наружу вышли охранник и миловидная высокая брюнетка в штанах и черном облегающем топе без бретелей и рукавов. На смуглой коже темнели татуировки, волосы были собраны в хвост, на губах вишневая помада, а глаза… Снова эти вертикальные зрачки в янтаре радужки.

Незнакомка уверенно направилась прямиком к Нуре, ее тонкие каблуки с металлическими набойками громко стучали по асфальту.

– Ну привет, Нура, – усмехнулась она, остановившись напротив. – Вы с Кеей и правда похожи…

– Вы знакомы с моей сестрой? Она работала здесь? – тут же накинулась с вопросами Нура. Сердце ее в который раз учащенно забилось. Наверное, не так должен проходить опрос свидетелей, но она ничего не могла с собой поделать.

– Знакома. Работала. Но об этом позже, о тебе уже сообщили Аспиду.

Тайпан. Аспид. Что за змеиные имена?

– Он наг?

– Как и я, – подмигнула девушка. – Зови меня Мамбой.

Опять змея. Это город или серпентарий?

– Идем, я провожу тебя.

Нура послушно последовала за Мамбой мимо очереди, бросающей любопытные взгляды. Стоило войти внутрь клуба, как весь мир сузился до грохота битов, от которого почти закладывало уши. Музыка была настолько громкой, что Нура едва слышала собственные мысли. Каждый бас отдавал вибрацией, проходящей по телу; он будто вбивал ритм, гипнотизировал и заставлял двигаться в такт. Звуки, усиленные магией, буквально ощущались в пространстве, приятно щекоча кожу.

– Эй! – крикнула Мамба, оглянувшись. Она ловко лавировала между людьми. – Не отставай!

Нура с трудом разобрала фразу и поспешила за ней. Заполненный танцпол в стороне казался каким-то древним ритуальным сборищем дергающихся в трансе людей. К счастью, идти нужно было недолго. Мамба уже подошла к бару, у края которого начиналась лестница, и пропустила свою гостью вперед. На втором уровне располагались огороженные кабинки для важных персон, между которыми прогуливались официантки в коротких шортах и блестящих топах. Нура обернулась, пытаясь понять, куда дальше.

– Выше, – сообщила Мамба.

Поднявшись на третий уровень, она проводила ее до двери, которую караулил какой-то бугай. Громила немного удивленно оглядел гостью, но отошел в сторону, позволяя войти.

– Ну все, Йон. Я буду внизу, – махнула Мамба рукой, возвращаясь к лестнице. – Если что, спросишь у бара.

Нуре хотелось крикнуть, чтобы она не бросала ее здесь одну, но… Какая разница? Все тут чужаки. Пути назад нет. Необходимо узнать все, что возможно, от этих проклятых нагов! Нура решительно распахнула дверь и зашла внутрь.

Комната оказалась достаточно просторной. Одну из стен заменяло панорамное окно, из которого просматривались танцпол и лестница вдали. Пространство было заставлено столиками с выпивкой, закуской и пепельницами, вокруг них – диваны и кресла. Повсюду сидели мужчины и хихикающие в их объятиях девушки. В воздухе повис тяжелый запах сигаретного дыма и алкоголя. Бордовые стены с мраморной крошкой напоминали шершавый язык. Но все это меркло по сравнению с террариумами. За стеклами некоторых были заметны лениво движущиеся по веткам вытянутые змеиные тела.

Ноги у Нуры предательски тряслись. Она обратилась к ближайшему мужчине, на коленях которого сидела миниатюрная блондинка:

– Мне нужен Аспид. – Голос дрожал. Кажется, это повеселило незнакомца.

Он выглядел довольно зрелым, но совсем не старым. Шатен, глаза зеленые с золотыми крапинками, зрачки вполне обычные, но от уголка его рта до виска по левой стороне лица тянулся уродливый рваный шрам, а из-под расстегнутого ворота выглядывали татуировки.

– Там, сладенькая. – Мужчина кивком указал на дальний угол комнаты. – Босс там, – ухмыльнулся он, нарочито медленно облизывая свои губы длинным раздвоенным языком. Будто специально, чтобы Нура заметила и оторопела.