Серый

одной из следующих жертв не стала дочка мера города. Как выяснилось потом, Брандон

был не единственной жертвой, и, возможно, даже не первой. Просто после этого

похитители стали действовать осторожнее, подбирая беспризорников, в то время города

еще кишели ими, словно крысами.

После исчезновения Миранды, на розыск убийцы или убийц были задействованы все

резервы города. Ее отец публично поклялся, что не успокоится, пока виновные не будут жестоко наказаны. И вот каждую ночь с наступлением сумерек многочисленные отряды

вооруженных добровольцев выходили на патрулирование города. Несмотря на это

исчезновения продолжались. Городской мэрии пришлось провести новую перепись

населения и поставить на учет системы каждого беспризорника. Так вот, согласно сводке, каждую ночь пропадало трое людей. Обычно это были дети, реже люди до двадцати пяти лет. Ночные патрулирования походили на средневековую охоту на ведьм. С каждым днем все больше людей выходили на улицы, пока не поставили ограничения на число дружин

и не ввели комендантский час.

И вот однажды патрулю улыбнулась удача. В одном из подвалов, находящихся в самом центре города, была обнаружена тайная лаборатория. Там, где никому бы и в голову не

пришло ее искать. В холодильнике были найдены органы, принадлежавшие более чем

сотне людей. Ученые в этой лаборатории занимались изучением строения тела человека

и всех его особенность. Именно им впервые удалось провести успешную операцию по

пересадке головного мозга одного человека в тело другого, а так же пересадку больше,

чем пяти, искусственных органов одновременно. До этого человеческий организм

всячески отвергал чужие органы. Судя по останкам, найденных тогда в лаборатории,

ученые собирались создать новое живое существо, получеловека-полукиберга. Из

лаборатории были конфискованы все материалы, препараты, взломана компьютерная

база, но ученые отказались сообщить какую-либо информацию. До сих пор неизвестно,

кто был заказчиком, а главное, какова была главная цель, потребовавшая стольких

смертей. Во время судебного процесса один из ученых провел в камере предварительного заключения свою последнюю операцию, на этот раз на себе. Вырезав себе язык, он

зашил себе рот обыкновенными швейными нитками в знак того, что никогда не раскроет

свои тайны и ничего не скажет. Остальные шестеро вскоре последовали его примеру,

несмотря на то, что их обыскивали дважды в течение дня, утром и вечером. Кому-то

удавалось подкинуть им инструменты, а потом незаметно их забрать. В итоге все семеро

были приговорены к смертной казни на электрическом стуле, но так и не раскрыли миру

своих тайн.

Через некоторое время дело было закрыто, лаборатория уничтожена. Но не прошло и

нескольких месяцев, как во всемирную сеть попали фотографии других зашитых. Люди

добровольно подвергли себя операции, лишившись возможности говорить. Город

захлестнула паника, но ее все же удалось побороть. Не верь, если кто-то скажет тебе, что зашитые - это выдумка или старые безвредные призраки. Они до сих пор существуют.

Погляди на это тело. Никто, кроме них, не способен сотворить такой шедевр. И теперь я

могу сделать вывод, что они почти достигли своей цели.

Ксар сглотнул, вытаращив глаза.

– Но ведь она мертва. Значит, механизм не такой уж и совершенный.

Торис покачал головой:

– Еще до удара об землю отключился мозг, за чем последовала остановка сердца. Если

это так, мы можем попробовать снова его запустить.

– Запустить? Ты хочешь, чтобы оно ожило? Зачем?

– Мейстры сказали, что она выглядела как обычный человек. Да и ее прыжок

свидетельствует о том, что она подвержена чувствам. Если мы изучим ее более детально, возможно, сможем узнать что-то еще.

– И как нам оживить ее?

– Я уже несколько раз пробовал использовать для этого дефибриллятор, но ничего не

добился. Скорее всего, для этого нужен более сильный электрический заряд. Например,

молния.

Пейн

Пейн настолько привык доверять Аресу, что, не раздумывая, сделал бы все что угодно, если бы тот попросил.

Арес сидел в кресле, поигрывая в руках бокалом с вином, плотно сжав губы, на его лбу залегли глубокие морщины. В камине негромко потрескивали поленья, но Пейн совсем не ощущал тепла.

– В конечном итоге нам все равно предстоит это сделать, - проговорил он вслух.

Арес выронил бокал, и тот бесшумно покатился по ковру, оставляя на светлой ткани

темно-багровые пятна. Затем он поднял на друга темные миндалевидные глаза, но Пейн

заметил только глубокие синяки и бледное осунувшееся лицо. В последнее время им

пришлось несладко.

– Я знаю.

– Но от этого не становится легче, верно?

Пейн подошел к бару и плеснул в стакан виски.

– Лучше сделать это как можно скорее и забыть, - голос Ареса казался совершенно

бесцветным, словно из него выпили все эмоции.

Арес снял со стены один из древних мечей в ножнах:

– Тогда пошли.

За столько лет ему пора было уж научиться доверять другим.

В последнее время набеги черных стали большой редкостью, но когда они все же