Сестры

— Почему ты не выходишь за него замуж? — спросила Тэмми, когда на следующее утро они сидели на кухне и пили кофе. Отец с Крисом уехали по делам, а Кэнди отправилась посмотреть на новый гимнастический зал, открывшийся неподалеку. Она заявила, что набирает вес, и это показалось всем остальным хорошей новостью. Кэнди жаловалась, что тело ее становится дряблым, чему было трудно поверить, поскольку ей был всего двадцать один год.

— Сама не знаю, — со вздохом ответила Сабрина. — Я просто не могу представить себя замужней. Целыми днями я выслушиваю ужасные истории о том, как люди, некогда влюбленные, унижают друг друга, обманывают, обсчитывают, если не приняли меры на случай развода при вступлении в брак. Из-за этого брак не кажется мне очень заманчивой перспективой, каким бы чудесным парнем ни был Крис. Все они поначалу хорошие, а потом вдруг все летит ко всем чертям.

— Но вспомни маму с папой, — возразила Тэмми.

Для нее отношения родителей были образцом идеального брака. Если бы она когда-нибудь нашла мужчину, похожего на отца… Но мужчины в Лос-Анджелесе, особенно в шоу-бизнесе, ей встречались одни ненормальные: либо игроки, либо страдающие нарциссизмом, либо были просто плохими парнями. В общем, встречались всякие. Она будто притягивала как магнит придурков и подонков, но главным образом придурков, по ее словам.

— Да, мама с папой, — печально повторила Сабрина. — У них был идеальный брак. Но где ты найдешь себе такую пару? Такое случается крайне редко. Мама сама это говорила. Она всегда говорила, что им повезло. Я не уверена, что мне повезет так же, как ей, а если не повезет, то я буду считать себя обделенной, потому что на меньшее не согласна. Они слишком высоко установили планку.

— Думаю, Крис близок к идеалу. Тебе удалось найти хорошего человека, а это уже немало. К тому же мама и папа работали над своими отношениями. Я помню, как они иногда спорили, когда мы были маленькими.

— Ну, это было не часто. Обычно они спорили из-за наших проделок. Например, когда я вечерами без спросу ускользала из дома, папа считал, что надо сделать замечание и этим ограничиться. Мама же на три недели сажала меня под домашний арест. Она была гораздо строже, чем он.

— Возможно, именно поэтому они так хорошо ладили. Я не припомню, чтобы родители хоть раз серьезно поссорились. Ну, возможно, один раз, когда он выпил лишнего на Рождество. Мама тогда не разговаривала с ним целую неделю!

Сестры рассмеялись при этом воспоминании. Даже хлебнув лишнего, он оставался очень милым. А мама говорила, что он поставил ее в неловкое положение перед друзьями. Никто из родителей не пил лишнего, хотя дочери пили больше, чем родители. Кэнди чаше остальных бывала на вечеринках и благодаря своей работе вращалась в более раскрепощенном обществе. Но никто из них, даже Кэнди, не переступал рамок дозволенного. Правда, Энни со своими друзьями-художниками покуривала опиум, но она так серьезно относилась к своей работе, что не злоупотребляла этим. Она делала это чаще, когда училась в колледже, однако ни у кого из них, как и у их родителей, не было проблем с зависимостью. Они были вполне здоровой ячейкой общества. Крис пил больше, чем Сабрина, и любил выпить водки, когда они где-нибудь бывали, но все было в разумных пределах. Тэмми он казался идеальным мужчиной, особенно по сравнению с попадавшимися ей ничтожествами.

— По-моему, было бы весьма печально, если бы вы с Крисом так и не поженились, — заметила она и поставила свою чашку в посудомоечную машину. — Тебе в сентябре исполнится тридцать пять лет. Если ты хочешь иметь детей, то больше медлить нельзя. Да и он устанет ждать. Вы даже не живете вместе. Удивительно, что он не прибегает к мерам принуждения. Он ведь тоже не становится моложе.

— Ему всего тридцать шесть лет. И он иногда прибегает к принуждению. Я просто говорю ему, что не готова. И не знаю, буду ли когда-нибудь готова. Меня устраивают наши нынешние отношения. Мы с ним спим вместе три или четыре раза в неделю. Я люблю побыть одна. Я, наконец, часто работаю по ночам.

— Ты безнадежна, — заметила Тэмми.

— Возможно, ты права, — призналась Сабрина.

— Так вот, если я найду такого парня, я его приколочу к полу гвоздями. Что, если ты его потеряешь из-за своего нежелания выходить замуж? — спросила Тэмми. Она и раньше задумывалась над этим. По ее мнению, Крис проявлял ангельское терпение по отношению к сестре, и ей было известно, что он хочет детей. Насчет детей Сабрина тоже сомневалась. Она не хотела никакого разделенного попечения над своими детьми в случае развода, находясь под сильнейшим впечатлением кошмарных проблем своих клиентов, заниматься которыми ей приходилось ежедневно.

— Ну-у, не знаю. Наверное, буду беспокоиться об этом, если такое случится. А пока пусть все идет как раньше.

Тэмми покачала головой:

— Где, черт возьми, справедливость? Я, например, намерена обратиться в банк спермы, если, достигнув твоего возраста, не найду себе подходящего парня, чего, вероятнее всего, никогда не случится. У тебя же есть самый великолепный парень на планете, который хочет жениться и иметь детей, а ты, видите ли, желаешь жить одна и навсегда остаться незамужней.

— Да, жизнь несправедлива. Но ты, глупышка, не смей ходить ни в какой банк спермы. Подходящий парень обязательно встретится.

— Только не в шоу-бизнесе. И не в Лос-Анджелесе. Это уж точно. Ты и понятия не имеешь, какие ненормальные там парни. Мне даже встречаться ни с кем не хочется. Меня просто вырвет, если я еще раз услышу историю о том, что пригласивший меня парень, который развелся двадцать лет тому назад, не смог найти с тех пор подходящую женщину, хотя всем известно, что это ложь, и он встречается с двадцатиоднолетними старлетками; или рассказ о том, что у него политические взгляды левее, чем у самого Ленина, но он, тем не менее, просит дать ему заглавную роль в моем шоу… Уж лучше я останусь дома с Хуанитой и займусь правкой сценария, возвратившись с работы в половине одиннадцатого вечера, что у меня бывает сплошь и рядом. Ради таких парней не стоит накладывать макияж и надевать туфли на высоком каблуке. Откровенно говоря, я почти уверена, что останусь одна. Это все же лучше, чем происходящее вокруг, — сказала Тэмми. В двадцать семь лет она практически потеряла всякую надежду. — В прошлом году я дважды пробовала устроить свидания по Интернету. Это оказалось еще хуже. Один парень пригласил меня на ужин, но у него не хватило денег, чтобы оставить чаевые, и он попросил меня одолжить денег на такси до дома. Другой признался, что он гей, и сказал, что заключил пари со своим бойфрендом, что сможет хотя бы разок встретиться с женщиной. Этой женщиной оказалась я. По-моему, я побила все рекорды по числу свиданий с законченными кретинами.

Сабрине полагалось бы рассмеяться над словами сестры, но она знала, что это правда. Тэмми оказалась в таком месте, где вероятность встретить подходящего мужчину практически равна нулю.

Она добилась успеха и пользовалась авторитетом там, где ее окружали самовлюбленные мужчины, каждому из которых хотелось получить что-то от нее, ничего не давая взамен. А ведь она была красивая, умная и молодая. Трудно было поверить, что Тэмми не могла встретить порядочного мужчину, но пока она его не встретила. Тэмми слишком много работала, у нее почти не оставалось свободного времени, да и попыток она больше не предпринимала. Уик-энды проводила на работе или дома с собакой.

— К тому же, — добавила Тэмми, — присутствие мужчины в доме могло бы травмировать Хуаниту, которая терпеть не может мужчин.

— Но Криса она любит, — с улыбкой возразила Сабрина.

— Криса все любят… кроме тебя, — проворчала Тэмми, и Сабрина принялась горячо опровергать ее слова:

— Это неправда. Я люблю его достаточно, чтобы не хотеть испортить то, что мы имеем.

— Не будь такой трусихой, — посоветовала ей Тэмми. — Ради него стоит рискнуть. Лучшего парня тебе никогда не найти. Уж поверь мне, я повидала самых худших. Даже на свидания с ними ходила. А Крис — лакомый кусочек во всех отношениях. Тебе удалось выиграть главный приз. Не пренебрегай им. Или я тебя поколочу.

Сабрина лишь рассмеялась в ответ и спросила:

— Почему бы тебе не перебраться в Нью-Йорк, если в Лос-Анджелесе такие ужасные парни? — Сабрина и раньше думала об этом. Она знала, как одинока сестра, и это ее тревожило. Она знала также, что это тревожило и их мать. Джейн не раз говорила, что если Тэмми останется в Лос-Анджелесе, она никогда не выйдет замуж, а для матери это было делом первостепенной важности. Она считала брак и семью самыми важными после хлеба насущного. Но хорошо было ей говорить, когда сама она была замужем за их отцом.