Сетевая игра

— Двадцатка с хуем, — признался Пашка. — Можно за вечер надыбать ещё сорок, — добавил он, вспомнив про приятный квест.

— Тысяч, я надеюсь?

Пашка кивнул и уточнил:

— Только как её пугать, я не догоняю. Даже и при баллах.

— Надо думать. Девахи над внешкой трясутся, над тем, чтобы шалавами не считали, и чтобы быть круче других тёлок вокруг. Так-то я по бабам, чтобы их на место поставить, не спец, разве что если страшная. Эта, говоришь, нестрашная.

— Была обычная, теперь как из плейбоя, блин.

— Фоты старые глянь, оценить надо, как адаптация восприятия сработала. С сейчас или с бэком.

— И на хера?

— Слушай! — вдруг встрепенулся Марципан. — А лет Максу этому сколько? Он же не школьник вроде.

— Не помню. Двадцать, кажется.

— Ага.

— Чё «ага»?

— Ну то есть её шпилит двадцатилетний гопник, так?

Пашка почесал голову.

— Вполне вероятно. А как это поможет?

— Не знаю ещё. Допустим, вбить какому-то челу у папки моего на работе в башку игрой, чтобы проверку устроил. Типа кто-то чтобы думал, что по заяве об износе роет.

— А тебя не смущает, что ты так Макса подставишь, а не Островскую?

— Так она же типа втюренная. Я пытаюсь придумать, чё ей будет сложно убрать игрухой. Тут можно вообще на понт брать. Донести надо: неизвестный ей мент настроен по команде начать воспринимать белый лист бумаги как заяву от неё об износе, со всеми данными и т.д. Заварит такую мозгоеблю и ей, и хахалю её, и предкам, ещё и ославит на всю округу. А запустить мента в работу — два щелчка, если ещё у кого мобила странно пропадёт из пользователей или что с твоими или моими близкими случится. Ну-ка, — Слава перевернул бумажку с рекламой бизнес-ланча обратной чистой стороной и навёл на неё камеру.

Пашка заинтересованно встал и обошёл его сзади, изучая экран.

Через полчаса установили, что в целом состряпать правдоподобную заяву из листа игрухой можно в натуре, даже и с подписями. И в целом относительно бюджетно по баллам. Как оно по форме должно выглядеть и кто её может пронести и положить куда надо, Славка сказал, разберётся.

— Должно быть выполнимо и реалистично, а то грош цена всей идее. И пускай себе играется в «Реальность», если нас не трогает. Потому что так позлится и забьёт, а иначе думать станет, что делать, и выкрутится.

— Телефон ей оставить?! — вознегодовал Пашка.

— Ну ты со всеми пользователями воевать надумал, дундук? Ты хоть понимаешь, сколько их, если в одном нашем классе такая куча уже? Это ж нереально. Надо не отсвечивать. Может, вообще все такими сделаются. Может, это правительственная разработка. Или пришествие инопланетян. Или ещё что. Массовое, короче. Мы — первопроходцы. Так и надо не упустить выгоду. Но в целом как хочешь. Только меня и моих пацанов не трожь. Шизанутая эта — общая проблема плюс ты сам меня в это вляпал. Короче, с бабой разберёмся, там — как знаешь.

У Пашки зазвонил телефон. Опять Толик.

— Где ты? Мы подскочим с Яной и Максом, — загундосил он в трубку скороговоркой, стоило принять вызов.

Соколов-младший уже хотел съехать, но помедлил.

— Сек, — попросил он и вырубил звук в динамике. — Толян хочет встретиться, и с ним, похоже, Макс с сеструхой.

— Она его одного, что ли, оставила? — прищурился Слава. — Работает, значит. Поссорились. Ты вот что. Соглашайся. И что-то ещё ему подкрути такое, чтобы её баллами занять на восстановление. Чтобы ей прям мешало.

Пашка кивнул и вернул Толика на связь.

— Через полчаса на фудкорт подскочу, — объявил он.

— Только не переусердствуй, — предупредил Марципан, — а то мстить начнёт раньше, чем мы с подставой разберёмся. Я сегодня покопаюсь у отца в памяти и найду образец заявления, куда его там подсунуть и через кого это лучше сделать. Потом наклацаем и сфотаем, и уже с картинкой будешь со шмарой говорить.

— А она такого точно испугается? — усомнился Пашка.

— А если б от тя заява, что тебя выебали, могла в ментовке появиться, и это расследовать начали, ты б не испугался?

Пашку аж передёрнуло.

— Ну вот. Только надо правдоподобно обстряпать. И иметь про запас.

— Ты прям уверен, что сегодня Люську сторожить не надо? — не сдержался младший Соколов напоследок. Было ему по этому поводу очень сильно неспокойно.

— Ну нажми так, чтобы точно стало не надо. Отвращения добавь или влюби в кого-то. Пока подстраховки нет, её только этим хахалем и можно отвлечь от вредительства. Давай так, — он залез в телефон, но не в «Дополненную реальность», — я поищу, где та Юля живёт (кинь фоту фамилии), ты чеши решай с Максом. У меня ещё полторы тыщи есть и квест на две, который вечером сделать можно. Наведаюсь к Юле и вырублю её, или ещё что — короче, чтобы навряд ли шмару ночевать пустили. Ветрянку, может всей семье включить? Ну подумаю, в общем. А ты подлампичь хахаля. Завтра спишемся и будем заяву колдовать.

Командовал Марципан как-то толково, так, что его даже послать не хотелось, хотя глобально Пашке всё это не нравилось. Но рассуждал Слава здраво и логично и даже успокаивал неплохо. А то и правда бы стал Пашка за Пионовой хвостом бродить, а больше ничего бы и не придумал.

Только сработает ли?..

Толик поймал младшего Соколова на входе в ТЦ.

— Стой, — схватил его за руку он и поволок от эскалатора к фудкорту в сторону. — Там ща будет очная ставка. Макс несёт пургу, типа ты ему внушил тогда с голой жопой под магазом сидеть, ну, когда его в ментовку забрали, помнишь, я рассказывал? И вроде так-то бредятина, конечно, только… — Толик замялся и сделался неуверенным. — Вспомнил я потом, что ты мне втирал после весенних каникул про кошака и программу. — Одноклассник внимательно всмотрелся Пашке в глаза. — Если б кто, с кем ты общаешься, стал бредить, но Максу-то ты не мог… Чё за фигня, Пашок?

Соколов-младший помедлил. А вот интересно: если он уже рассказывал Толику раз про игруху, то второй раз — это новое нарушение или к старому пойдёт? Так-то вроде ещё два в запасе, можно и проверить. Лишиться прилоги теперь нельзя, а ну как Слава и в том прав, что она скора будет у каждого, а он один останется как олень, но ведь есть ещё одно запасное предупреждение…

— Ну, допустим, я тебе скажу, что с телефона людьми управляю, но показать не могу, потому что ты увидишь только пендели, ты мне поверишь? — осторожно проговорил Пашка, и тут же телефон включил, уставившись на экран с опаской.

Предупреждение не всплывало.

— Вообще нет, конечно, — чуть склонил голову набок Толик.

— А если я при тебе рандомного, тобой указанного, чела, заставлю сделать, что сам скажешь? — продолжал Соколов-младший.

Эксперимент был на грани, так-то он ещё ничего прямо не разболтал, может, потому незачёт?

— Ну пусть вон та бабка с лавки встанет, руки вскинет и скажет, что она — орангутанг, — прыснул вдруг приятель.

Предупреждения не было.

Пашка навёл камеру на плечи какой-то пенсионерки, которая вытирала внучке рожу от мороженого влажной салфеткой в отдалении под пластиковой пальмой в кадке.