Сгусток Отроков

— Подробности, Нэль, нужны подробности. Что же вы сразу не рассказали? Кто, где, как, почему? Заслужили, как ты думаешь? Кто первый начал? Мне нужно понимать, с чем имею дело.

Действительно, кто… С одной стороны, они провоцировали, явно искали проблемы. С другой, я мог бы сдержаться. Но разве они не заслужили этого? Всё произошло так быстро.

— Они втроём накинулись на Фатиха, хотели его унизить, издевались… Кайла тоже втянули. Я подоспел вовремя и не смог просто стоять. Всё быстро перешло в драку, один даже нож вытащил. Я не видел другого выхода, кроме как вмешаться.

Амрит вздыхает, её лицо становится серьёзным, взгляд острым, будто она пытается проникнуть сквозь мои мысли.

— Нэл, милый, всё просто: полез в драку — жди ответки. Сделал что-то? Теперь это на твоей совести. Главное — не жалуйся и будь готов ответить за свои действия. Потянешь ли такое?

Её слова висят в воздухе, тяжёлые, как осколки разбитой бутылки. Киваю, не зная, что сказать, рефлекторно. Да, я сделал выбор. Может, он был не самым правильным, но это мой выбор.

Кайл, сидящий рядом, встревает, его голос тихий, но твёрдый.

— Мы не могли просто смотреть, как они издеваются над Фатихом. Он наш, пусть и пьяный. Мы не рассказывали об этом сразу, потому что… всё произошло так быстро. Ты же понимаешь, Амрит, мы не могли поступить иначе. Возможно, могли… Но с исходом похуже.

Амрит улыбается, но это уже не её привычная насмешливая улыбка. В ней появляется тень понимания, смешанная с лёгкой грустью.

— Понимаю, Кайл, но мне нужно больше деталей. Где был фасилитатор тех троих? Их ведь нельзя оставлять без присмотра. Здесь насилие запрещено, и уж тем более нельзя доводить до смерти. Мне придётся об этом сообщить, понимаете?

Кайл кивает, его уверенность меркнет, как свеча на ветру. Да и я тоже чувствую, как холодок пробегает по спине. Все начинают понимать, что это не просто разговор на повышенных тонах — дело серьёзное. Амрит явно не собирается всё замять. А если и собирается…

— Мы не хотели доводить до этого. Но выбора у нас не было. Они сами начали.

Амрит качает головой на слова Кайла, её голос звучит устало, но не без понимания.

— Это действительно серьёзно. Фасилитатор должен был быть на месте, и его отсутствие — уже проблема сама по себе. Приструнить тех троих и обезопасить их и вас от них… Его задача. Ну, и моя конечно, но… Но и ваши действия вышли за рамки допустимого. Я не собираюсь вас осуждать, но помните, у нас всё фиксируется. Последствия будут, и мне придётся этим заняться.

Она смягчает тон и добавляет.

— Но постараюсь вам помочь. Главное — не врите, ни мне, ни кому-либо ещё и не скрывайте деталей.

Амрит закатывает глаза, её голос снова становится насмешливым.

— Держитесь, в общем… Надеюсь, там не будут валяться три хладных трупика, которые преподнесут нам проблемы. Хотя уверена: вас поймут и простят, если что. В любом случае — вы пока семена, не в Варнах. Так что по сути — ничем и не обременены.

Она уже на выходе, бросает на нас последний взгляд, и на её губах снова появляется ухмылка легкости.

— Завтра будет новый день, и, поверьте, он будет непростым. Отдыхайте. Я пойду, проверю периметр и узнаю, куда делся тот фасилитатор. А вы тут не натворите ничего больше, ладно?

— Постараемся.

В голосе Кайла слышна лёгкая ирония.

— Не волнуйся, Амрит. Мы сейчас разойдемся по своим шатрам и будем спать, чинно и мирно.

— Вас проводить, сладенький? Ну, чтоб наверняка?

— Сами дойдем. Иди, разбирайся со своими, и этих троих проверьте.

— Можешь мне и не указывать.

Амрит ухмыляется и исчезает в темноте, оставляя нас наедине с огнём и друг с другом. Как будто это её сцена, и она решает, когда ей уйти. Уже из темноты доносится её голос:

— Но если вдруг станет одиноко… Знайте, я всегда рядом.

Её фигура растворяется в тенях. Костёр потрескивает, и нам остаётся только обдумывать её слова. Шатёр наполняет тишина, но каждый взгляд, каждый вздох — это след её присутствия.

В шатре вновь повисает безмолвие, лишь треск костра и шум дождя заполняют пространство. Никто из нас не знает, что будет дальше.

А я, вздыхая, смотрю на своих компаньонов. Майя — слегка кусает губы, переживает. Кристина уже закрывает глаза, старается расслабиться. Гай храпит, как ни в чём не бывало. Слова застревают в горле. Мы все сидим, и кажется, ждём — чего-то большего, чем просто утро.

Нарушил медитацию Рой.

— Знаете, что бы ни было завтра… держитесь друг друга. Мы все тут в одной лодке. Только так и не утонем.

— Или пойдем вместе ко дну…

— Хиро, тебя и не спрашивали!

— Расслабься, шучу… Спокойной ночи, парни, возвращайтесь к себе. Тут и так тесновато, без вас.

Его голос звучит тихо, но честно. Эти слова добавляют немного тепла к холодному и расчетливому поведению японца. Майя с Крис тоже улыбаются, взгляд становится мягче.

— Давайте просто поспим и посмотрим, что будет. Идем?

Голос у меня дрожит. Кажется, силы уже на исходе.

Это местечко и так слишком тесное, и лучше дать остальным здесь немного пространства.

Ночь окутывает нас, дождь за шатром отбивает свой ритм, как старый знакомый. Костёр догорает, и, по одному, мы начинаем подниматься. Майя, Кристина, Даг и я собираемся в наш собственный шатёр, который находится в пятнадцати минутах хода отсюда. Рой и Афоня — в свой, что чуть ближе.

— Давайте, потихоньку.

Я шепчу, чтобы не разбудить уже задремавших парней, указывая на выход. Кристина осторожно поднимается, беря Майю за руку. Даг, зевая, надевает куртку. Рой с Афоней замыкают наш ход. Медленно выбираемся наружу, стараясь не потревожить чуткий сон.

Дождь всё ещё моросит, и холодный воздух резкими порывами пробирается под одежду.

— Ускоримся? А то как-то холодно стало…

— Держись ближе, Крис, я согрею.

Мне — вовсе не холодно. Жар. От тела исходит пар, как от кочегарки. И вокруг — скорее тропическая влажность, нежели холод. Но раз ей холодно…

Кристина шагает рядом, её рука слегка касается моей, и я чувствую тепло, идущее от неё. Майя идёт впереди, светя фонариком, чтобы не споткнуться в темноте. Даг бормочет что-то себе под нос, то ли ругаясь, то ли вспоминая, где находится запасное одеяло.

Довольно скоро, пройдя всех соседей, Рой и Афоня забегают в шатер к храпящему на всю округу Фатиху.

— Повезло нам с соседом.

— Не говори, Рой. Все, до завтра. Спокойной ночи, ребята.

— И вам, Афонь. И вам.

Вскоре мы доходим и до нашего шатра. Он намного меньше и скромнее, но в нём есть всё, что нужно: тёплые одеяла, место, чтобы прилечь, и, самое главное — немного уединения для каждого.