Шанс на будущее

— Им становится лучше! — констатировал Дружок — скоро придут в себя.

— Надеюсь, очень надеюсь, что всё будет хорошо. — вслух сказала Ирма.

Ойла принесла из корабля хлеб, осоку и мясо «клуши». Наскоро сделали очаг и испекли мясо прямо в плодах, скипятили напиток нори.

Сели кушать, то и дело оглядывались на лежащих в озере, ждали, когда очнутся.

Прошло три часа. Конь поплыл в ручей. Ирма пошла посмотреть, что будет происходить. Конь медленно вплывал в метровую стену воды, опустил в воду голову и шею, вынырнул, ещё раз нырнул. Чешуя снова засверкала. Медленно проплыв через очиститель, конь отплыл и, будто показывая Ирме, что он чистый, выпрыгнул из воды. Золотая чешуя горела на солнце, а плавник хвоста искрился и переливался. Конь заржал, ударил хвостом по воде и быстро уплыл в реку.

Ирма вернулась к остальным. Раненые начали открывать глаза и шевелиться. Ирма еле успела перехватить Ойлу, которая рванула к мужу.

— Стой, тебе нельзя, им надо добраться до того берега и проплыть через ручей, я покажу, где.

— Но почему нельзя здесь? В реке вымоются!

— Нельзя! Мне только что показали, как надо сделать, чтоб никому не навредить.

— Мы сделаем, как надо, хотя в этой грязи невозможно шевелиться — веди, командирша.

Они ползли в грязи вдоль берега за Ирмой, которая не спеша шла по мягкой траве. Вдоволь нанырявшись в очистителе, а потом и в ручье, мужчины вышли из воды и растянулись на траве. Ирма осмотрела их тела. Раны затянулись, остались только отметины, как широкие и неглубокие кратеры.

— Ну вот, теперь вы меченые. — грустно улыбнулась она. Ойла трясущимися руками пыталась быстрее одеть Триана, чтоб не видеть шрамы.

— Зато это нам урок! В подводном мире лазером пользоваться нельзя. Нужны мечи, сабли или арбалеты. — капитан уже полностью оделся и застёгивал на запястье прибор.

В деревне их встречали все жители. С момента их ухода прошло всего восемь дней, но успели соскучиться все: и уходившие, и остававшиеся. Ирма бросилась к мужу и Киру, которые держали на руках малышей, а Ария обняла маму и замерла. Все обнимались, целовались и плакали. Жители деревни были в курсе всех приключений, бульстры регулярно всё им передавали. Хорошо ещё, что говорили так, как было, ничего не приукрашивая. Врать они не умели. Потом все сели вокруг очага и, пока женщины готовили ужин, делились впечатлениями.

За время их отсутствия жители успели заложить фундамент под «Дом хобби», натаскали камня, выделали шкуру змеи и натаскали горючего камня уже в половину угольников. Мальчишки исправно кормили рыбой всю деревню. Малыши подрастали, стадо свекранов тоже. До поздней ночи жители слушали рассказ путешественников и разошлись по домам решив, что экспедицию нужно продолжить, но немного позже, когда начнут созревать плоды и ягоды.

Жизнь в деревне потекла своим чередом. Детям устроили школу, где их обучали математике, правописанию, а также биологии, зоологии и истории. История начиналась с гибели родных планет и поселения на Тарине. Решили, что летом школа будет на поляне, а зимой по утрам в «Доме хобби».

К концу июня закончили строить «клуб».

Это было куполообразное строение с окнами по всей окружности. Всем в деревне нашлась работа. Кто-то ходил за горючими камнями, кто-то

изготавливал посуду из водоросли-невидимки и золы, кто-то убирался на ферме, кто-то смотрел за детьми. Даже собакам нашлась работа: они охраняли свекранов. Бульстры гуляли неподалёку, готовые в любую минуту прийти на помощь. Мальчишки украшали ближние деревья рыбными гирляндами. А когда шёл дождь, все собирались в «клуб» с рукоделием. Дочка Ирмы- Мария уже ходила, лепетала по- своему и лихо ездила на Дружке. А ещё стала проявляться её способность общаться с животным миром. И слышала она намного дальше бульстра. Она часто привозила мелких животных или птичек, нуждающихся в помощи. Ей не было ещё года, а она уже была такая смышлёная. Её брат только начал вставать на ножки, и он пока никого из животных не понимал.

В июле, когда начали созревать первые плоды «клуши», было решено возобновить экспедицию.

Ирма и Триан начали набирать команду. Желающих, несмотря на опасности, было много. Ойла опять рвалась за мужем, но её оставили дома. Вместо Елисея пошёл Михаил, вместо Ойлы- Ейда, Олег, капитан и ещё двое друинцев. Из животных взяли Мистера и Дружка.

15 июля группа загрузилась на корабль, капитан включил маскировку и они полетели над рекой. В заливе таринайцев на берегу они увидели статую. Это было изваяние Ирмы на водяном коне. У подножия статуи лежали подношения и цветы. Рядом строилась ещё одна, уже было видно, что это будет Елисей на зубоскале.

— Ирма, гляди, тебя уже изваяли! — смеясь сказал Триан — богиня моря!

— Вижу! А рядом будет Елисей, лесной бог! А неплохо так у них получается!

Остальные члены экспедиции во все глаза смотрели на чужую деревню. Им было в диковинку и круглолицые жители и статуи людей, живших с ними рядом.

Долетев до того места, где они остановились в мае, все высадились, а капитан сказал:

— Я слетаю на остров, проверю наших арестантов. И улетел. Семь человек с небольшими мешками двинулись дальше вдоль берега океана, за ними летели гружёные диски. Теперь было видно, где плодовые деревья, а где простые и где ягоды, а где просто цветы. Если по дороге им попадала большая плодовая роща, Триан отправлял капитану координаты и тот, взяв с собой команду сборщиков, прилетал. Собирали плоды и увозили в деревню. Кстати, капитан рассказал, что на острове он видел только четверых пришельцев и два дома, построенных из брёвен и покрытых сверху листьями. Он облетел весь остров, но больше никого не увидел.

— Что за люди! — возмущался он — деревья рубят, друг друга убивают и ходят в каком-то рванье!

— Точно говорят: горбатого могила исправит — Ирма тоже была возмущена.

— Одно утешает, никакого плавсредства они строить не пытаются. — с усмешкой сказал капитан.

Они шли уже неделю. За это время корабль прилетал к ним пять раз, загружался продуктами и увозил в деревню. Наткнулись они на яблочную долину, только яблони были похожи на большие помидорные кусты, яблоки росли кистями, по 5–6 штук. Потом нашли медовые ромашки. Сердцевина цветка была мягкой, как губка, а при нажатии выделяла мёд. Пришлось заказывать капитану бачки под мёд. Услышав про мёд, за ним прилетело почти полдеревни. Ромашки, после аккуратной выжимки распрямлялись, над ними кружили брюлики и бабочки. Жители деревни улетели домой счастливые. На каждую семью пришлось по бачку мёда 30литров и в общий склад ушло 6 бачков. Ещё через два дня, 24 июля они уткнулись в залив, далеко вдающийся в сушу. Пришлось его обходить. Оказалось, в залив впадает река. Улетевшие на двух дисках разведчики быстро вернулись назад и рассказали, что выше по реке есть большая деревня таринайцев.

— Там домов пятьдесят, не меньше, у них оружие, похожее на арбалеты. Есть дети и старики, домашних животных нет. Возле домов на палках сушатся шкуры и вялится рыба. От деревни в горы ведёт мощёная камнем дорога, по которой они возят на каких-то тележках горючий камень. Нас они не заметили, мы вовремя спрятались…

— Так, и эти живут охотой! Что делать-то? Всех таринайцев мы не сможем перевоспитать! — встревоженно сказал Триан.

— Это просто нереально! — поддержала его Ирма.

— Но мы не увидели ни одной шкуры зубоскала — сказал один из разведчиков — неужели они не доходят сюда?

— Или они настолько трусы, что бояться охотиться на них — Михаил презрительно хмыкнул — из арбалета в отдушину стрельнуть боятся!

— Смотря из чего сделаны их дома. Если камень класть не на золу, а, допустим, на глину, то раненый зубоскал разнесёт эту постройку — предположил Триан.

— Да, у них дома по цвету отличаются от наших… — сказал разведчик.

— Ну вот! Ладно, переправляемся через реку и пошли дальше, просто предупрежу капитана, чтоб маскировку включал, когда к нам полетит.

Ещё три дня они шли спокойно, потом перед ними встала небольшая скалистая гора. Поднялись на гору, огляделись.

— Красота какая!!! — выдохнули разом Ирма и Ейда.

— Да, вот это вид! — остальные члены экспедиции тоже с восхищением оглядывали окрестности.

Позади них остались рощи, между которыми пестрели цветами поляны, над ними сверкали в лучах двух солнц брюлики и порхали бабочки всех цветов радуги. Гора, на которой они стояли, грядой уходила к дальним горам, как бы разделяя побережье океана на две части. А там, куда им предстояло спуститься, росла густая трава и кустарник. Больших деревьев не было, зато берег бухты весь отливал золотом.