Школота
Шрифт:
– Что стряслось?
– Да выдвигаться пора. Кстати, на тебе этот старый пердун. Присматривай за ним. Пусть он уже все мозги пропил, но может еще пригодиться.
– Рассказал хоть что-то полезное?
– Рассказал. Оказывается, он прибился к охотнику за артефактами. Есть у нас такие неудомки, что по разным дырам шатаются и тащут разную гадость на продажу. Так вот Фашид вообще не местный, из другого мира. Как попал и обустроился – непонятно, но какую-то контрабанду возил, с разными мутными типами шуршал. А напоследок приволок из-за грани очень неприятную штуку. Так называемый Якорь.
– ..?!
– Херня маленькая, которая
– Это важно. Будем знать, чтобы ненароком не подставиться.
– Ага. И за такую хрень император заплатит золотом столько, что можно уйти на пенсию.
Вдова задумалась. Затем осторожно оглянулась – не слушает ли кто – и прошептала:
– Если нас с этим повяжут – то хана.
– Если болтать будем... Но ты меня правильно поняла. В столице император держит масть и цены. А вот рядом со столицей – можно найти и нужных людей, и ценник будет совсем другим. Таким, что всей командой можно действительно свалить со службы и больше не заботиться о хлебе насущном.
– Наши обычные контакты такую сделку не потянут.
– Зато выведут на тех, кто осилит... Да, и еще. Парень необычный. Он не просто упер артефакт. Он еще умеет поводки снимать. Представляешь, за сколько такого умельца можно на черном рынке продать?
– Поводки? Это же невозможно!
– Теперь представь, сколько заработает счастливчик, сумевший заграбастать оба лота... Поэтому – все в наших руках, надо наизнанку вывернуться, но удачу не упустить.
Командир ведущей пятерки подобралась:
– Как действуем?
– Пердун говорит, что у Фашида поисковая фигня есть. Поэтому он на след в любом случае встанет. А мы должны ему в загривок вцепиться. Повезет – догоним раньше, что нужно отберем и лишних свидетелей спишем. Главное – не забывать, что мы в любом случае в выигрыше. Даже если все пойдет паршиво и придется добычу наверх сдать, то получим повышение и премии. А вот если постараться...
– Я в доле...
Устраиваясь на сиденье мотоцикла Черная Вдова обернулась к скрючившемуся сзади лекарю:
– Слышь, ты, Спирохета, держись покрепче. В Тагатус выезжаем.
– Меня зовут Пилюриус, госпожа военный, – попытался возразить старик, но Вдова лишь фыркнула в ответ:
– Спирохета, не зли меня... Хорошее имечко тебе подобрала. Мой бывший говорил, что это что-то такое мелкое, вонючее, бледное и немощное. Как раз как ты.
– Бывший?
– Ага. Я ему потом челюсть сломала, когда он попытался в соседку хер сунуть. Но для тебя главное – постарайся по дороге не вывалиться. Быстро поедем, никто останавливаться не станет. А если где на кочке кувыркнешься, то местные подберут. И точно повесят, как обещали.
Уже выруливая с заправки Вдова вздохнула:
– Зря мы в сарайках не пошарили, пока ты барахло собирал. Богатый же дом, явно добра полно.
– Ваша начальница – мудрая женщина. У бывшего хозяина с головой было не все в порядке. Он там всякого накрутил, чтобы слуги добро
не таскали. Боюсь, ваша попытка что ценное прихватить могла плохо закончится.– Да? Ну ладно, поверю на слово...
Пилюриус был прав. Фашид действительно напихал разных датчиков и прочей хитрой машинерии дома, чтобы оградить нажитое нелегким трудом от чужих загребущих лап. И всегда взводил систему безопасности в боевой режим, уезжая по делам. Поэтому пока одни пастухи врачевали Кага в кабинете доктора, другие пытались прихватизировать разные забавные безделушки, на которые глаз упал. В итоге уже через пять минут после начала столь увлекательного процесса отсчитал положенные мгновения таймер “чужие в доме” и сработали заложенные в подвале многочисленные заряды, превратив поместье в одну огромную яму, забитую мелким щебнем и кусками тел. На усиленной артефактами взрывчатке Фашид не экономил.
Теперь на Пустошах появилось два участка земли, оставшихся без хозяев. Видимо, приблудный попаданец как-то недобро влиял на судьбы людей, с кем довелось пересечься. Других объяснений просто не было...
Глава 6
— Да, тебя можно в цирке показывать, – подвел итог часовому общению ЕбДык.
Гном в быстром темпе произносил на своем тарабарском слово, затем давал ему перевод на общем языке. Спрашивал снова – и Володя курлыкал в ответ. Ближе к концу беседы ЕбДык попытался даже поговорить с пленником и теперь снова с довольной рожей раскуривал трубочку.
– Мне кажется, поживи ты в семье правильного народа, смог бы уже через пару недель неплохо языком молотить. Ловко у тебя получается. Правда акцент такой, что за него стоит прибить.
— Правильного народа? А остальные что, кривые-косые?
– Остальные пришлые. Раньше среди гор жили только мы. Лишь пятьдесят тысяч лет тому назад приперлись всякие. Постепенно подгребли под себя леса, поляны. Затем поля. Потом выгнали бывших хозяев в горы и радуются захваченным богатствам.
— Пятьдесят? Фига себе, — удивился Володя. — А не врете?
— Смысл? Официальные летописи ведутся уже семьдесят тысяч лет, если не больше. И зачем врать? Мы теперь — жалкие осколки былого. Несколько крохотных королевств и группы наемников, которые болтаются по дорогам в надежде заработать на жизнь.
– А ты вместо философа здесь, как я погляжу.
Сравнение ЕбДыку понравилось.
– Наверное... Выпить чачи, попыхтеть хорошим табачком, о смысле жизни подумать... Все лучше, чем на костре просить, чтобы добили побыстрее.
— Костер – это да. Это херово, -- посмурнел пленник. – А свинтить до этого – никак? Я же вашему Дилдо ничего плохого не сделал.
– За плохое он бы уже прибил. Додо у нас простой, как бревно. И такой же тупой. Но обязательный. Поэтому и ходит до сих пор в младших командирах, хотя родня вся из богатых кланов.
– Богатых? Значит, не подкупить?
– Видно, что ты не местный... У гномов не осталось ничего, только честь. Ну и чуть золота, само собой. Поэтому сделки мы выполняем как обещали.
Володя захохотал:
– Обещали? Слышал я ваши обещания! Словами жонглировать и передергивать явно не хуже людей умеете! В итоге – вон, швабре этой свобода досталась за спасибо, вся в шоколаде, а моей башкой еще и за проезд проплатила...