Шпион

— Перенести.

— Неважно. Но пока скандал полностью не уляжется, привлекать к Сорвени лишнее внимание не стоит.

— Понимаю. Что-нибудь со здоровьем, да?

— Да. Подходящий диагноз мы ей состряпаем и весь остальной антураж организуем.

— Ясно.

— Ладно, беги к своей Рин. — Ретен начал подниматься. — Вижу, едва сидишь уже.

— Странно, да? — огрызнулся тот.

— Вечером — здесь же, — демонстративно пропустил он мимо ушей и реплику, и тон, которым та была сказана. — Я пока соберу все что можно на этого, как его там…

— Вусли Олифуэлл, — мстительно подсказал Эрдари, вообще не умевший ничего забывать. — Записать тебе?

Ретенауи поморщился, еще раз мысленно покатав на языке типично Сиенурскую фамилию:

— С-соседи…

— Угу, добрые притом.

* * *

— Вставай, ленивая задница! — Реальность ворвалась в мысли Пепла как-то слишком уж неожиданно. — Время завтрак готовить, а тебе котлы чистить!

Обладая абсолютной памятью, Эрдари тут же поймал ощущение стойкого дежавю: что-то очень похожее происходило с ним лет пять назад, на борту другого дирижабля, «Небо» — как раз в то время, когда он, считай, второй раз знакомился с Ретенауи. Первый был много раньше, в детстве, до того как его отца, Далана Равеслаута, больше известного как Варан, подставили и убили. Ретен, тогдашний его заместитель, сумел удрать и в итоге отделался легче — десять лет в непрерывных бегах, преследуемый по пятам своей же бывшей конторой.

А свели их в то время судьба и некая девица, подвизавшаяся на ниве частного сыска, которую Ретен вот уже пять лет называет женой, а Пепел сестричкой. Причем называет на полном серьезе, хотя родства между ними нет. Зато с Ретенауи они оказались в дальнем родстве: по матери Пепла, тоже из рессов. И чем ей пришлось пожертвовать, чтобы спасти и спрятать сына, вспоминать удавалось лишь сжимая кулаки от ненависти — к тем, кто не оставил ей другого выхода.

Увы, но размышлять о превратностях судьбы и дальше Пеплу не дали, пинком спихнув с узкой постели да еще и наподдав вдогон. Выпускник лучшей имперской военной академии мог уделать урода в два движения, но не стал. В смысле, не стал выходить из образа — время ленивого и бестолкового помощника по кухне, второпях взятого на борт в Реске из-за болезни предшественника, еще не прошло. Исчезнет тот лишь в Сонресорме, столице рессов, а взамен там появится некий молодой, подающий надежды инженер Ранси, по некоторым причинам предпочитающий делать карьеру не на родине. Но пока…

— Ага, — Пепел решил, что совсем уж спускать подобное свинство по отношению к себе нельзя, и повысил голос так, чтобы расслышали все: и желающие, и не очень. — Что у тебя задница дюже работящая, я давно понял!

И пока посудомойка из ночной смены, которого он должен был сменить, охреневал от возмущения, слинял под дружный ржач остальных обитателей узкой и неудобной служебной каюты в душ — еще более узкий и неудобный. Воду Пепел любил самозабвенно, как и любой из рессов, а котлы… Котлы подождут. Куда им деваться?

* * *

А в Сонресорме уходить с борта дирижабля пришлось удвоив или даже утроив осторожность, причем будущие шпионские подвиги были тут вовсе даже ни при чем. Над Пеплом нависла еще одна угроза, на его взгляд, гораздо более страшная и непредсказуемая — помощница главного повара. Очень настойчивая дама, которая вдруг решила, что рослый, жилистый парень с романтичным, стянутым на манер наемников хвостиком русых волос, вполне достоин разок-другой согреть ей постель. Даже несмотря на застарелый шрам, пересекающий хитрую морду, не слишком-то эту морду красивший. И открыла на него загонную охоту по всем правилам этого искусства.

Пепел отбивался как мог. Пустил в ход весь арсенал отлично подготовленного в имперской академии шпиона; применил фишечки, перехваченные у Штопора — непревзойденного гуру маскировки и тайного наблюдения; даже детство вспомнил, проведенное в подворотнях Праута и тоже многому его научившее… Но все равно уцелел лишь чудом, в роли которого выступил господин Тарси, шеф-повар «Эха».

Увольнительной в Сонресорме Пеплу не полагалось, не заработал еще. Но это не сильно помешало бы ему улизнуть в город, если б не романтично настроенная повариха. На тот момент уже вконец потерявшая терпение и решившая, что стоянка и связанная с ней суматоха — неплохой повод зажать парня где-нибудь под шумок и получить-таки свой трофей. Так что бедному шпиону выпало решать одновременно две задачи, не то чтобы совсем уж противоречившие друг другу, но и не сильно дополнявшие — осторожно лавировать по служебному уровню дирижабля, словно ищейка по болоту, чтобы и к цели выйти, и в трясину по пути не угодить.

Он как раз тихонько пробирался к выходу с грузовых палуб, когда услышал со стороны главной лестницы голос упорной дамы, спрашивавшей про него. Позорно близкий к состоянию паники, Пепел шмыгнул в первую же попавшуюся дверь, по счастью оказавшуюся открытой. Но по несчастью — вела она в кладовую для особо ценных поварских ингредиентов, ключ от которой был только и исключительно у шефа. Как и право в нее входить.

Собственно, господин Тарси сейчас в ней и орудовал, удивленно уставившись на парня, сноровисто и тихо захлопнувшего за собой створку.

— Какого…

— Т-с-с-с!.. — Эрдари прижал палец к губам и умоляюще посмотрел в круглое и усатое лицо шефа, попутно размышляя, почему такая растительность на морде среди поваров настолько популярна? Потом встряхнулся, неуместные вопросы отогнал и вернулся к главному — попытке сохранить инкогнито:

— Тише! Тише, пожалуйста. Не то моя внезапно прерванная юная жизнь окажется на вашей совести.

— А-а-а?.. — Непонятно, от чего мужик охренел больше: от самой реплики или от ужимок, ее сопровождавших. Но в итоге все-таки проникся — не иначе как почуял искренний испуг.

— Там меня ваша помощница ловит, — шепотом попытался прояснить ситуацию Пепел и, наконец, разглядел в глазах собеседника понимание:

— Ронлин?

— Ну да. И поверьте, вовсе не затем, чтобы котлы драить.

— А зачем? — всерьез озадачился тот.

— Да есть пара предположений. — Пепел едва удержался от неприличного жеста, но и без того выглядел достаточно выразительно, чтобы господин Тарси кое-что сообразил и осклабился:

— И что в том плохого?

— А что хорошего? Когда вас прилюдно то за задницу хватают, то за щечку норовят ущипнуть?

— Ага. Понимаю, — неожиданно проявил мужскую солидарность шеф. — Щечку я бы тоже не простил.

— Во-от! — обрадовался Эрдари этой поддержке.

— Погоди, — вдруг осенило усача. — Так тот парень, что в Реске внезапно заболел?.. И тот, что…

Он прервался, неверяще пялясь на Пепла.

— Что? Смотрю, коллектив у вас вечно подбирается излишне болезненный?

— Ты просто не поверишь насколько.

— Почему? Поверю — я ж ее видел. В смысле, помощницу эту вашу.

— Н-да…

— Вот и я думаю, что, если госпожа Ронлин вдруг найдет себе другое место работы, остальных ваших подчиненных это сильно оздоровит. Или даже очень сильно.

— Понял. — Тот задумчиво дернул себя за ус и вдруг заговорщицки подмигнул. — Ладно, парень, придется спасать твою юную жизнь. И как я понимаю, ждать тебя обратно на борт или разыскивать в Сонресорме не стоит?

— Боюсь, что нет. На одной палубе с госпожой Ронлин мне точно не ужиться, и лучше бы вам сразу начинать искать замену. — Пепел вдруг подумал, что темпераментная дама оказала ему весьма серьезную услугу: если благодаря этому удастся избежать шумихи, связанной с поисками, он ей, пожалуй, еще спасибо скажет.