Синдром Фигаро

– Странно, – сказала она, – хотя, наверное, у нее имелись свои соображения на этот счет.

– Конечно, имелись. При ее-то образе жизни…

Последняя фраза поставила Кристину в тупик, и она вопросительно уставилась на заведующую. Та вопрос, что говорится, считала, но поняла его по-своему. Не вставая с кресла, она взяла из шкафа, расположенного за ее спиной, одну из папок, вынула оттуда лист бумаги в пластиковом файле и протянула недоверчивой посетительнице:

– Вот, смотрите, все чин по чину.

Документ действительно был оформлен самым что ни на есть надлежащим образом – разрешение отдавать Анастасию Дубровину подтверждено подписью и печатью нотариуса. Имя матери Насти – Александра Сергеевна Ефимова – ей абсолютным счетом ничего не говорило. Разве что напрашивался вопрос: почему у Ольги и Александры разные фамилии? Но это просто – Александра могла выйти замуж и взять фамилию супруга. Автоматически запомнив данные матери Насти, Кристина вернула заведующей документ.

– Я вам и без этой бумаги верю, – она старалась говорить как можно искреннее, так, как на ее месте, возможно, сказала бы Ася: уж очень хотелось разрушить незримый слой льда, которым оградила себя заведующая.

– Вы уж извините, – продолжала Кристина, – я сегодня всю ночь не спала. Настенька плакала, а у меня опыта общения с малышами совсем нет…

– Ничего, – судя по мягким ноткам в голосе Елены Александровны, на смену заморозкам пришла оттепель, – опыт – дело наживное. Нужно просто постараться найти общий язык с ребенком. Это не так уж сложно, было бы желание.

«Как же его найти – общий язык», – подумала Кристина.

– Настенька – чудесная девочка, – продолжала заведующая. – Умненькая, добрая, ласковая. Галина Михайловна делает все, что в ее силах, но, сами понимаете, кроме Насти, у нее еще двадцать детей. Вся надежда на помощь родителей, но в данном случае, как вы понимаете, рассчитывать на нее не приходится. А жаль.

– Почему не приходится? – задала вполне резонный вопрос Кристина.

– Вы разве не в курсе, кто ее мать?

– Ефимова Александра Сергеевна? – Кристина пожала плечами. – Не совсем. Знаю только, что она сестра моей институтской подруги.

– А слышали вы когда-нибудь о такой певице – Фима?

– Фима… – повторила Кристина. – Не уверена. Извините. Сейчас так много новых имен.

– Не извиняйтесь. Я и сама не слышала, пока Настя не появилась в нашем детском саду. Я и видела эту Фиму всего один раз – здесь, в кабинете. Потом, с доверенностью, пришла совсем другая девушка, Анечка. – («Аня-ня-ня», – вспомнилось Кристине). – Потом она исчезла, и девочку стали забирать и приводить какие-то люди. Конечно, мне это не нравилось, но, имея на руках подписанное матерью распоряжение, я не считала возможным вмешиваться.

– А скажите, пожалуйста, будь вы на моем месте, как бы вы искали общий язык?

– Я? Положилась бы на свою интуицию, старалась бы каждую свободную минуту проводить с ребенком. Но все это требует времени. А его, как мне кажется, у вас не так много.

Кристина бросила взгляд на часы – если с пробками повезет, еще вполне можно успеть на работу.

– Спасибо большое, – сказала она, вставая.

– Да мне-то за что? – заведующая развела руками. – Это вам спасибо.

Ползя со скоростью черепахи по проспекту Славы, Кристина вдруг поняла, что в утренней суматохе оставила дома сумку с ноутбуком. Ехать без него на работу равносильно появлению в офисе без головы. С трудом перестроившись в правый ряд, она понеслась домой, благо пробок в эту сторону не наблюдалось.

Забежав в квартиру, Кристина кинула беглый взгляд на свое отражение в зеркале и застыла, неприятно пораженная увиденным. Вид загнанный, белая с утра блузка выглядела так, словно ее носили три дня не снимая. На темной юбке явно видны следы детских ног. И даже волосы, которые обычно после утренней укладки сохраняли форму до позднего вечера, сейчас торчали в разные стороны. Нет, в таком виде генеральный директор приходить на работу не имеет права. Ничего, принять душ, переодеться, расчесаться и добавить немного консилера под глаза – дело пяти, ну, десяти минут. Один раз можно и опоздать на работу. Тем более что с утра никто из клиентов приезжать не планировал. А даже если приедет, не беда – Тимур вполне справится.

На ходу стягивая через голову блузку, Кристина наступила на чайную ложку, оставленную Настей на полу рядом с баночкой из-под йогурта. Больно не было, но почему-то это стало той самой соломинкой, которая сломала спину верблюда. Она даже не дошла до любимого бабушкиного кресла – опустилась на пол рядом со злополучной ложкой и разрыдалась в голос.

Впрочем, продолжалось это недолго. То ли ответственность взяла верх над отчаянием, то ли сыграли роль остатки йогурта, обнаруженные в банке, но Кристина нашла-таки силы подняться и привести себя в порядок. Кинув взгляд в зеркало, она осталась почти довольна своим внешним видом.

Глава 5

Похоже, зеркало в компании с консилером смогли обмануть только Кристину. Сотрудники «Кайроса» в лице Тимура и Федора на эту удочку не поймались. Стоило генеральному директору пересечь порог родной фирмы, как лицо Тимура, которого, казалось, ничто не могло вывести из состояния абсолютного спокойствия, заметно вытянулось. Менее сдержанный Федор вообще вскочил с места и завопил:

– Кристина Сергеевна!

Но тут же осекся. То ли сам сообразил, что нарушает субординацию, то ли заметил предостерегающий взгляд Тимура. Скорее второе, потому что в каком-то особом пиетете к корпоративным правилам Лебедев замечен не был.

Тимур же, мгновенно приняв обычный индифферентный вид, поинтересовался, как всегда:

– Кофе?

– Кофе, – согласилась Кристина, ставя на стол сумку.

Федор тут же выдвинул ящик стола с неиссякаемым запасом разнообразных снеков и выудил оттуда пачку своего любимого лакомства – сухариков с холодцом и хреном. На вкус Кристины к кофе они абсолютно не подходили, но внимание коллег ее тронуло. Причем до слез – в самом прямом смысле слова. Слезы бежали по щекам, сводя на нет все усилия по приведению лица в порядок.

– Рассказывай! – Тимур поставил перед ней чашку, положил упаковку бумажных салфеток и сел на стул рядом с ее столом – излюбленное место майора Щедрого.

А что рассказывать? Она, Кристина, отличница, любительница сложных задач, оказалась не в состоянии справиться с трехлетним ребенком?

– Все нормально, – проговорила она и потянулась за ноутбуком, давая понять, что собирается заниматься работой и предлагает сотрудникам «Кайроса» отставить разговоры и последовать ее примеру. Как бы не так! Тимур и не думал возвращаться на рабочее место, а Федор, хоть и сидел за своим столом, стриг ушами, словно норовистый жеребец, не желая упустить ни одного слова из их разговора. В том, что этот разговор состоится, сомневаться не приходилось. Работа в банке помогла Тимуру приобрести навык первоклассного переговорщика, противостоять которому могли единицы. К сожалению, Кристина в их число не входила.

– Все нормально, – повторила она. – Просто девочка эта, Ольгина племянница… Не очень у меня получается с непривычки.

Она всхлипнула, решительно промокнула лицо салфеткой и уже более твердым голосом добавила:

– Но я обязательно справлюсь.

Молчанов одобрительно кивнул, а Федор громогласно заявил:

– Я считаю, это замечательный повод заняться расследованием Фигаро! Найдем его – Ольгу выпустят, и она будет сама следить за ребенком.

– Думаешь? – Она посмотрела на Тимура. – Что скажешь?