Сияние
Шрифт:
И до сих пор я слышу звук гитары,
и до сих пор, в бессмертье уходя,
тебя я числю главным Божьим даром,
и в тишине осенним тротуаром
Я побреду дождем над парком старым
Вслед за тобою, девочка дождя.
* * *
Я небо полной горстью зачерпнул -
И неба в мире больше не осталось.
Я солнца луч в тугой клубок свернул
И в космос бросил - это просто малость!
В ладони я сжимаю шар земной,
Я все сумел бы, кабы...
Но, только ты заговоришь со мной,
Как становлюсь я маленьким и слабым...
* * *
Минуты шли, столетья шли
В раздумьях вечных этих:
Люблю ли я? Ты любишь ли?
Вопросы без ответов.
Решаю их, томлюсь до слез,
Не верю в сны примет...
Но лишь неправильный вопрос
Имеет свой ответ.
* * *
Ты в жизнь мою проникла без возврата:
Ты вечным снегом падаешь с небес,
Тобой осыпан, словно снежной ватой,
Завороженный новогодний лес.
Твои глаза морозным утром рано
Глядят с небес сквозь туч высоких дым...
И даже капли, падая из крана,
Средь ночи плачут голосом твоим.
Антракт
Зажёгся свет. Спектакль на середине
был остановлен. Тонет мир в тиши.
И занавес упал, как гильотина,
на части разрубив игру и жизнь.
И мы с тобой столкнулись за кулисой.
Сейчас нас вновь на сцену позовут-
кривляться, петь, актёром быть, актрисой...
Но мы живём-сейчас. Сегодня. Тут.
И я шепчу о чем-то так неловко...
В твоем зрачке-слеза, слеза дрожит...
Терпеть! Спектакль смешон, ты в нем-шутовка!
Сейчас звонок на сцену прозвучит!
Мне надо будет вновь шагать, идти,
ломая руки, маясь, цепенея...
Но жизнь прожить-не сцену перейти:
сойти со сцены в сотню раз труднее.
И надо будет, веря в перемены,
дрожать, трястись в предчувствии невзгод,
чтоб бутафорским яблоком на сцене
стал для меня грехопаденья плод.
И надо будет испытать печали,
познать на сцене боль, и страх, и зло,
чтоб, дуя на руки в холодном зале,
Великой Жизни ощутить тепло...
Сейчас-антракт. Не подали нам знака.
Сейчас мы живы. Сцена-вот наш дом.
На ней мы будем и играть, и плакать,
Но это всё-потом...
Потом...
Потом...
(Третий звонок)
* * *
...А прошлое - дождями отзвенело,
А может быть, и не было его.
Но где-то ты ходила в платье белом,
Но где-то в сердце было волшебство.
Но где-то между вымыслом и бредом
Я был влюблен - и счастлив, может быть.
Жаль только, что вам этот мир неведом!
Но мне
его вовеки не забыть...* * *
Рябина отразилась в синих лужах,
И пестрый зонтик радуги светлей...
...Кому тогда был ведом этот ужас,
В том старом парке, возле тополей?
Мы шли с тобой дорожкой непросохшей,
И я глотал дождинки с губ твоих...
Все было вновь, все было легче, проще,
В тот первый миг любви, в последний миг.
Казалось нам, не может быть иначе...
Но страсть пришла. И стало все всерьез.
...Зачем, зачем зря о любви мы плачем,
Когда и смерть не вытирает слез?
* * *
Зачем всё это - встречи, расставанья,
Тоска и радость, слёзы, смех, любовь?
Зачем нам солнца яркое сиянье,
Зачем нужны сплетенья звучных слов?
Как будто кто-то управляет нами,
Толкает нас друг к другу, а потом -
Разводит вновь небесными путями,
Оплакав нас сияющим дождём...
И кажется, что сердцу мира мало...
А просто, сквозь столетья проходя,
Любовь пришла, сверкнула, отблистала
Сияющими каплями дождя.
Приручение любви
Я сердце, как птенца, приворожил,
Сесть на ладонь ко мне его заставил,
Чтоб пело сердце, полно свежих сил,
на радость нам, не зная жизни правил.
Живое сердце, как простой птенец,
Приручено, покорно и смиренно,
А я... я плачу, как старик -скупец,
Вновь вспоминая то, что незабвенно:
Свободу сердца, синеву, полет,
Простор небес, где пролетали птицы,
Рождая песни ночи напролет,
Чтоб утром вдалеке от взоров скрыться...
Устало сердце петь изо всех сил,
И я к нему склоняюсь ближе, ближе...
Я сердце, как птенца, приворожил...
Ладонь раскрыл... Лети, птенец! Лети же!...
* * *
Помню, как с тобою мы расстались
На два дня - и на всю жизнь потом.
Ты смотрела в небо, звезд касаясь,
Видя в небе чей-то вечный дом.
Этот взор, высокий, чистый, темный,
Словно затаил немой вопрос...
...Так Господь смотрел на мир огромный,
Отпуская Землю в путь меж звезд...
А затем ты на меня в тревоге
Посмотрела, и сгорела страсть...
...Высший ангел так смотрел на Бога,
Прежде чем восстать и в бездну пасть.
– - ПРЕДАТЕЛЬСТВО.
Верность есть любовь, и измена есть любовь; любовь любви противоречит, любовь любви дорогу преграждает. Мы же, слабые, распяты на перекрестии путей этих.