Сказки

– Ну, Стасик, держись!
– пригрозил лешачок. Он всю ночь рылся в старинных книгах - искал подходящее заклинание. И наконец нашёл!

На следующий день Стасик появился снова. Он нёс кулёк конфет. Фантики, словно бабочки, порхали и садились на траву. Лешачок грозно произнёс заклинание, и белобрысый Стасик стал стремительно уменьшаться. Мгновение и он стал ростом с мышку. Маврикий не дал ему ни удивиться, ни опомниться.

– На экскурсию пойдёшь, - постановил он.
– По моим владениям.

– Куда я попал-то?
– недоумевал Стасик, - О, кажется, я в первобытном мире! Вижу гигантские хвощи и гигантские папоротники! А динозавры у вас водятся?

– Нет, не водятся. Зато водятся белки, мыши, кузнечики, жуки и лешачки вроде меня. И всем нам житья не стало от твоих банок, пакетов и бумажек.

– Ой!
– закричал Стасик.
– Вижу взорванный секретный завод! А вон и динозавр!

– Балда! Это же ящерица! И никакой это не завод. Это вы с мальчишками костёр вчера жгли и накидали вокруг пластиковых бутылок, железных банок и битого стекла.

– Да-а, - почесал в затылке Стасик.
– Прямо экологическое бедствие.

– Это бедствие называется Стасик, - сурово сказал Маврикий.
– И чтобы избавиться от этого лесного бедствия, мы решили судить тебя. Вот судья мышь Вероника. Познакомься.

– А чего нам знакомиться, - поморщилась мышь, - приговорить его к заколдовыванию. Заколдуй его, Маврикий. Преврати вон в жука. Пусть-ка поползает по своим банкам-бутылкам!

– Стойте! Стойте! Не превращайте!
– раздался вдруг испуганный голос. Это торопилась мышь Алевтина.
– Я за Стасика ручаюсь. Он исправится и мусор уберёт! Он хороший. Он меня зимой от мышеловки спас! И сыра кусочек дал!

– Ну, раз кусочек сыра - тогда уж так и быть - простим на первый раз!
– согласилась Вероника.

И Стасика простили. Мышь Алевтина оказалась права - мусору в лесу сразу поубавилось. А зимой Стасик птиц пшеном подкармливал.

Хрюхрюси - сын Сумаси

Мы с Зиной сидим на полу. Зине 5 лет. Она - моя двоюродная сестрица.

– Я работаю над книжкой, - говорю я, - а ты рисуй.

И даю ей фломастеры и бумагу. Полминуты тихо. На листочке появляется цветок с точками посередине.

– Это подсолнух, - объясняет Зина.
– А это Хрюхрюси.

И рисует что-то похожее на табуретку с головой.

– Кто?

– Хрюхрюси! Хрюхрюси же!

– А он откуда? Из мультфильма?

– Откуда же ещё?!
– возмущается Зина.

В самом деле - дожить до таких лет и не знать этого мультфильма!

– А Хрюхрюси - он ослик что ли?
– осторожно спрашиваю я, когда на голове, приделанной к табуретке, появляются глаза, нос и улыбка.

– Ты что! Хрюхрюси - это сын Бабаси!

– А Бабаси - кто?

– Бабаси - муж Сумаси!

Ещё не легче!

– А Сумаси-то - кто?

– Ты глупая какая, Таня! Я же говорю: Сумаси - жена Бабаси и мама Хрюхрюси. И дочка Зумпуси.

– А Зумпуси-то кто?

– Бабушка Хрюхрюси. И подружка Жумкуси. И ещё там был плохой король Караби. Он хотел съесть Сумаси. Она от него убегала через колючие кусты, объясняет Зина, пририсовывая к табуретке Хрюхрюси хвост.

– Боже мой, но все они: Хрюхрюси, Бамбаси, Сумаси, Кукареси и другие они - КТО? Люди? Собаки? Зайцы? Лошади?

– Какая ты, Таня, непонятливая!
– кричит Зина.
– Они же - львы!!!

* * *

Зина просит меня ещё и ещё перечитывать эту историю, записанную по свежим следам. И каждый раз хохочет до слёз. А в конце говорит:

– Какая ты, Таня, смешная!..

ЧУР, НЕ Я РЕТРОГРАД!

Когда ребята спрашивают меня, как я умудрилась придумать весёлые учебники по русскому языку, я всегда вспоминаю одну историю.

На заре туманной юности меня ни за что ни про что обозвали ретроградом, то есть человеком, который выступает против всего нового. Я тогда училась на четвёртом курсе пединститута и проходила педпрактику в школе: вела уроки русского языка и литературы в одном на редкость спокойном классе. Там никто не бузил, не ходил на ушах, не пытался сорвать урок. Для седьмого класса явление редкое, почти невероятное. И вот однажды нам сообщают, что в этом моём седьмом классе будет проводить урок профессор из другого города, и мы, студенты, должны этот урок посетить. Профессор этот вроде бы придумал какую-то очень оригинальную идею обучения детей и даже написал новый учебник. Из газеты "Известия" специально приглашён дяденька-журналист, чтобы он этот самый новый метод осветил в хвалебной статье. Народу на открытый урок пришло много. Студенты расселились сзади на стульях, а я подсела к мальчику Сереже - его сосед в тот день то ли болел, то ли прогуливал.

Звенит звонок и на пороге появляется женщина, немного похожая на фрекен Бок из мультфильма про Карлсона: тоже полная и тоже с пучком. Это она и есть профессор. Она сразу сообщает, что русскому языку в нашей стране учат совершенно неправильно, и вот теперь-то она всем нам покажет, как надо.

Сначала дети разбирали слова по составу, а потом "фрекен Бок" громогласно объявила:

– А сейчас к доске пойдёт... Иди вот ты, девочка. Бери мел, рисуй. "Маленькая круглая голова..." Рисуй, девочка, голову. И вы все рисуйте. Где? Прямо в тетрадях рисуйте. Ну, что у тебя, девочка? Нарисовала? Хорошо, садись. Теперь вот ты, мальчик. Иди к доске. Рисуй. "Крепкая упругая грудь..."

Мы всем классом пририсовали к голове грудь - кто какую себе представил. Думаю, варианты были разнообразные. Я нарисовала накачанный мужской торс с широкими плечами.

– Теперь рисуем кривые короткие ноги, - скомандовала "фрекен Бок".

Я пририсовала к груди кривые мускулистые ноги в сапогах.

– Странная какая-то тётенька, - пожал плечами Сережа, с которым я сидела. Он тоже пририсовывал ноги к груди.

– Острые сильные крылья!
– объявила профессорша.

Боже! У этого чудовища ещё и крылья!

– И последнее: рисуем короткий клюв. Вот ты, девочка с косичкой, иди, пририсуй клюв. Как ты думаешь, кто получился?

У меня получилось ужасное существо: с крепкой маленькой тупой головой, кривоногое, с волосатой грудью, в сапогах, да к тому же с крыльями и клювом. Конечно, когда профессорша сообщила про крылья и клюв, мы стали смутно догадываться, что она с самого начала имела в виду птицу, но почему-то заранее об этом не предупредила.

– Девочка, я спрашиваю, как ты думаешь, кто это получился?

– Я думаю, утка, - сдавленно пробормотала девочка.

– Какая же это утка?!
– искренне возмутилась "фрекен Бок".
– Садись, "три"! Посмотрите, дети, подумайте, кто это?

Наш спокойный дисциплинированный класс громко гудел, обсуждая странности новой гениальной методики.

– Кто это?
– взывала профессорша.
– Внимательно посмотрите! Это же лас-точ-ка!

Таким же оригинальным способом - по частям - на доске были нарисованы ещё две птицы. Семиклассники уже во всю расхаживали по классу и разговаривали вслух.