Сквозь строй
Шрифт:
Она вспомнила улыбку Лестера, как он смотрел на нее на Ямайке. И как эта улыбка погасла… Навсегда.
«Мы должны продолжать и не сдаваться ради Лестера, — подумала она. — Ради мамы и папы… Ради Грейс…»
Она сделала шаг в сторону своих соперников, встав между ними и могильной плитой, под которой был похоронен Шекспир. Но тут все было по-другому, не как в «Глобусе», где они набрасывались на них буквально из-за каждого угла. И все, что им с Дэном оставалось делать, это бежать и отступать. Здесь было труднее. Эми медленно, как сквозь строй, шла мимо них по каменным плитам и с каждым шагом
«И после всего этого Мадригалы думают, что мы с ними станем друзьями?» — недоумевала Эми.
— Йоу! Кореша! Эми и малыш Дэн! Че слышно, йоу? — со счастливой улыбкой приветствовал их Йона. Его знаменитый голос разнесся под церковными сводами.
Эми искоса взглянула на своего брата. Он провел пару счастливых деньков в компании Йоны, когда они были в Китае.
Дэн не спускал с него глаз. Лицо его осунулось, и в нем не было ни кровинки. Он молчал.
— Йоу! Ну, вы чего? Что вы так напрягаетесь? — он бросился к ним с распростертыми объятиями. — Эй, простите меня, если что… я тогда…
Нелли встала перед ним, загородив собой своих подопечных.
— Ты же под арестом, не так ли? — строго спросила она Йону. — За то, что ты учинил в «Глобусе».
И в Китае? И в Египте?
Она грозно смотрела прямо на него, пронизывая его взглядом, словно лазером. Глядя на эту сцену, Эми решила, что она недостаточно хорошо разобралась в характере своей компаньонки и что та не просто рубаха-парень, а еще и крепкий орешек.
Йона отступил назад.
— Нет, нет… Все это какое-то недоразумение, — оправдывался он. — А что касается «Глобуса», этим как раз в данный момент занимаются мои родители. Они все уладят, — расплылся он в широкой самодовольной улыбке. — А вы как думали? Я же Йона Уизард!
Но Эми ему не поверила. Она не сводила с него глаз, и ей показалось, что уголки его губ задрожали. И в глазах его не было прежней уверенности. Какой-то странный взгляд. Что это с ним? Он нервничает? Боится? Сомневается?
«Это же великий Йона Уизард, — думала Эми. — Нет, это невозможно».
— Кажется, я слышал, будто ты выходишь из гонки за ключами, — сказал Дэн. — Ты разве не так говорил своей маме, когда мы в последний раз виделись с тобой в Китае?
— Ты прав, чел, — ответил Йона. — И да, и нет, на самом деле. Так. Я в новых устремлениях теперь. И с прежним кончено. Да, я в гонке, но не так, как прежде. Йоу.
И это слова Йоны?! Да он в жизни так не выражался. Что за новая лексика в его языке? «Устремления, прежнее, кончено». Это не хип-хоп, не речитатив. Что с ним? Хотя понять что-либо из его слов все равно невозможно.
Йона, видимо, заметил общее недоумение, потому что он быстро добавил, чтобы никого не смущать:
— Йоу, йоу, йоу. Дело.
Эми решила не думать пока, что это вдруг за метаморфозы произошли в Йоне. Она отвернулась и тут же столкнулась с Ианом Кабра.
— Эми! — искренне обрадовался ей Иан. — Как я рад тебя видеть целой и невредимой после этого ужасного случая в «Глобусе»!
В его янтарных глазах было одно искреннее сочувствие и беспокойство за ее жизнь. Никакой угрозы.
«О нет, —
решила она про себя. — Больше я этим янтарным глазам никогда не поверю».Эми прищурилась. Она изо всех сил старалась выглядеть такой же строгой и решительной, какой она только что видела Нелли. Лучше гнев, чем страх.
— Прочь с моей дороги! — приказала она Иану.
— Нет, послушай меня, пожалуйста, выслушай меня в последний раз, — умолял он. — Давай отойдем, мне нужно кое-что сказать тебе наедине.
— Ага, чтобы ты заманил меня в ловушку? В объятья твоей матери? — взорвалась Эми. — Ты меня совсем за идиотку принимаешь?
— Нет, мать тут ни при чем, — вступила в переговоры Натали. — Мы не… В смысле, ее здесь нет. Честно. Мы в курсе, сколько у вас ключей, и…
Эми прошла мимо, не слушая ее. Сердце ее стучало так сильно, что ей казалось, будто его слышно на весь храм. Вот сейчас Иан подойдет к ней и нанесет ей удар в спину… и снова пытки в стиле Кабра…
Но ничего не произошло.
Она сделала еще один шаг и осмелилась посмотреть назад. Иан не преследовал ее. Наоборот, они с Натали пошли совсем в другую сторону — к выходу.
И… и они ушли.
Сердце ее застучало еще сильнее. Она еще больше испугалась и споткнулась об каменную плиту. Значит, Кабра уже нашли ключ?
В ту минуту, когда Эми, Дэн и Нелли приблизились к надгробию Шекспира, все остальные команды уже выходили из храма.
— Пока, мелкий. — Гамильтон неловко махнул Дэну рукой.
— Постой… вы что-то нашли здесь? Или вы просто сдаетесь? — спросил его Дэн.
— Э-э-э… нет, мы просто решили чего-нибудь перекусить, — смущенно ответил Гамильтон и вышел во двор.
— Значит, пока нас не было, они нашли ключ? — в отчаянии прошептала Эми. — Все вместе?
— Мне кажется, — нарочно громко заявила Нелли, — что для начала надо срисовать этот памятник Шекспиру. У кого-нибудь есть с собой блокнот?
Эми вытащила из рюкзака блокнот и передала ей, рассеянно глядя перед собой. Дэн мысленно покрутил у виска и решил, что с этим надо что-то делать. Явно.
Нелли за пару секунд сделала набросок и показала его Эми с Дэном.
— Красиво получилось? — на весь храм закричала она, испугав своим криком даже смотрителя.
Дэн осторожно скосил глаз в блокнот.
«Я вижу камеры», — было написано в блокноте. И никакого рисунка.
— Ну, конечно, а ты как думаешь, Шекспир самый знаменитый в Англии чувак, — сказал Дэн. — И естественно, что его должны охранять…
Он осекся. Она имеет в виду другие камеры. Шпионские камеры. Как, например, эта, встроенная в памятник. Или эта, в алтаре. Или эта, на хорах. Или вон та, в спинке скамьи на первом ряду.
Эми взяла карандаш из рук Нелли.
— Глаза должны быть больше. Вот так.
Но, конечно, никаких глаз рисовать она не стала, а вместо этого написала: «Уничтожим их?»
— Ах да! — на весь храм закричала компаньонка, выхватывая обратно карандаш.
«Нельзя. Иначе все мигом вернутся. Разыграйте что-нибудь!!!»
Дэн вернулся к памятнику Шекспиру. Он был установлен в стене храма сбоку от алтаря. Это была поясная статуя поэта. В одной руке он держал перо, в другой лист бумаги.