«СМЕРШ»: операции и исполнители
Шрифт:
Обе радиостанции были включены в радиоигру с противником, условно названную «Дуэт».
Так как Кедров имел задание заехать в Москву, то по его рации первая радиограмма была передана из Подмосковья 8 октября 1942 года:
«Капитану. Остановился в пригороде. Опорный пункт надежен. Встречаюсь с нужными знакомыми. Время связи неудачно, предлагаю работать в пятнадцать часов. Зеленый».
После серии радиограмм, со ссылкой на полученную Кедровым информацию в Москве от своих знакомых, было сообщено, что он выезжает в Уральск для оказания помощи Сагайдачному.
20 января 1943 года двухсторонняя связь с разведцентром противника была установлена и из Уральска по рации Сагайдачного:
«Капитану.
«База-1» — условное наименование Уральска, «База-2» — Сарапул.
Продолжая радиоигру, противнику было сообщено о надежном устройстве разведчиков в Уральске и их активной практической деятельности согласно полученному заданию. За период с 20 января по 20 июня 1943 года был передан ряд дезинформационных материалов о местонахождении промышленных предприятий и выпускаемой ими продукции, о дислокации воинских частей, училищ, аэродромов и другие данные.
Одновременно, с целью вызвать курьеров, 20 июня 1943 года в радиоцентр немцев была направлена радиограмма:
«Капитану. Срочная. Вручить немедленно. Здесь объявлен приказ военкомата о проверочной регистрации военнообязанных, освобожденных по болезни с обязательным прохождением медицинского переосвидетельствования, в связи с этим необходима наша явка в военкомат на медкомиссию. Явка в военкомат не пугает, поскольку мы полностью легализовались и состоим на учете, явка же на комиссию тревожит. Лучшим исходом может быть призыв в армию. Уклониться можно в двух случаях: получить от вас новые документы на другие фамилии и переехать в другой город или перейти на нелегальное положение. Ждем срочно ваших указаний. Скворец».
В ответной радиограмме от 7 июля 1943 года сообщалось:
«Сквориу. Стремлюсь послать вам нужные вещи. На это потребуется не меньше месяца. Нуждается ли Кедров также в документах или же только вы? Какой город предвидите? Как думаете насчет возвращения к нам? Капитан».
Выяснив таким образом, что разведцентр не имеет возможности немедленно прислать связников, было легендировано, что медкомиссия признала Кедрова и Сагайдачного годными к военной службе и их мобилизовали в армию. Сагайдачный выехал в г. Чкалов и определен в училище зенитной артиллерии, а Кедров остался в Уральске, перейдя на казарменное положение.
В отправленной радиограмме Кедров попросил прислать радистку; которую он мог бы надежно укрыть. Не желая подвергать своих агентов риску, разведцентр ответил, что послать в настоящее время радиста нет возможности.
Убедившись, что дальнейшую радиоигру из Уральска проводить бесполезно, 2 августа 1944 года от имени Кедрова противнику радировали:
«Капитану. Меня как специалиста по авиации направляют в Москву в распоряжение НКАП (Народный комиссариат авиационной промышленности — В. Т.), дальнейшее неизвестно. Выезжаю на днях. Если будет возможность, радиостанцию захвачу с собой или перешлю Сагайдачному в Чкалов. Удастся ли установить связь, утверждать не могу. Все будет зависеть от обстановки. На всякий случай прошу меня вызывать. Очень сожалею, что не прислали радиста. Все было бы нормально. Зеленый».
31 октября 1944 года, снова установив связь с радиоцентром противника из Москвы, Кедров сообщил о надежном устройстве в столице и приобретении связей среди работников авиационной промышленности. Одновременно с этим, с целью заинтересовать противника, сообщалось о знакомстве с инженером одного из конструкторских бюро. Кроме того, была передана радиограмма об имеющейся возможности сфотографировать чертежи новых моделей истребителей.
Противник проявил интерес к этим сообщениям, но довести игру до завершения намеченных советской контрразведкой мероприятий не
представлялось возможным, так как после взятия советскими войсками Вены вражеский радиоцентр свою работу прекратил.О том, что стало с Кедровым и Сагайдачным, можно только гадать…
30 сентября 1942 года в районе железнодорожной станции Рузаевка противник выбросил с самолета на парашютах трех агентов — выпускников Брайтенфуртской разведывательной школы: Федорова, Баранова и Бравина. Старшим группы был Федоров, а радистом — Баранов.
Агенты имели задание пробраться в Свердловск, обосноваться там на жительство, устроиться на работу и приступить к сбору развединформации. Они должны были выяснить: противовоздушную защиту города, наличие зенитных батарей, прожекторных установок, аэростатов заграждения и истребительной авиации, число аэродромов, типы и количество базирующихся на них самолетов, летный состав, наличие английской и американской авиации, местонахождение и профиль работы вновь построенных и эвакуированных из западных областей заводов, численность, наименования и дислокацию воинских частей вновь формирующихся войск, условия работы железнодорожного транспорта. Особое внимание обращалось на необходимость выяснения производственной мощности и номенклатуры продукции заводов Уралмаш и Урал электромаш.
Собранные сведения агенты должны были передавать немцам по приданной им портативной коротковолновой радиостанции, работающей от электросети. Кроме рации, агенты получили двести тысяч рублей, револьверы системы «Наган» и фиктивные документы военного и гражданского вариантов на каждого участника группы.
Парашютистов ждали, однако выброска произошла немного южнее планируемого места. Пришлось организовывать прочесывание лесных массивов, блокировать отдельные районы, проводить обыски в деревнях, устраивать засады, блокпосты… «Гостей» отловили на третьи сутки, когда они, измотанные бесконечным преследованием, решили передохнуть в избушке лесника.
На следствии они дали подробные показания об известных им разведывательных органах противника, о Брайтенфуртской школе, заброшенной, подготовленной и готовящейся к выброске на территорию Советского Союза агентуре.
Было принято решение начать от имени этой группы радиоигру с задачей перехвата каналов связи германской разведки с ее агентурой, а также передачи дезинформации по интересовавшим немцев вопросам.
В соответствии с этим Федоров, Баранов и Бра-вин были доставлены в Свердловск, легализованы по документам, полученным от немцев, устроены на жительство на частные квартиры, и от их имени начата работа на рации.
10 ноября 1942 года радист Баранов, установив двухстороннюю радиосвязь с Веной, передал противнику первую радиограмму:
«Остеру. Прибыли благополучно. Друзья живут в пригороде, я нашел комнату на улице Уктусская, дом 123. Подыскиваю работу. Федот».
В дальнейшем передавалась военная дезинформация, рекомендованная Генеральным штабом Красной Армии. Для придания работе агентов большей правдивости в передаваемой дезе ушли за линию фронта сведения, отвечающие действительности: адреса штаба Уральского военного округа, артиллерийских казарм, спецшколы, Академии военно-воздушных сил имени Жуковского.
В связи с интересом противника к состоянию противовоздушной обороны города было сообщено, что посылка дальней бомбардировочной авиации в данный район чревата серьезной опасностью для последней.
Чтобы вовлечь противника в более активную игру, в апреле — июне 1943 года было сообщено о переводе по службе Бравина в Нижний Тагил, а Федорова — в Челябинск. Предпринимая такой шаг, советская контрразведка надеялась, что немцы проявят к этому интерес и попытаются создать новые радиоточки.
Однако вынудить германский разведцентр на решение планируемой задачи не удалось, и радиоигра в конце 1943 года была прекращена.