Смута

При последних мыслях он улыбнулся и сказал вслух:

—Все любят золото, серебро, богатство и всё время норовят это самое богатство отнять, а ближнего убить.

Подъехавший к нему воевода Добрыня, не поняв, о чём говорит князь, спросил:

—О каких ближних ты говоришь?

—Невеселые думы, — задумчиво ответил князь, — не весёлые. Дума о том, что ждет державу? Если не укрепить её изнутри, много крови прольётся русской.

К князьям подскакал всадник и ещё издали крикнул:

—Князь, к тебе гонец от княгини Анны.

—Давай….

Князь молча взял свиток, разгладил лист. Прочитав содержимое, он ухмыльнулся своим недавним мыслям.

— Есть поговорка «Кот из дома, мыши в пляс». Поговорка чужестранная, но очень верная.

—Плохие новости? — увидев, как нахмурился Владимир, спросил воевода.

—Напрасно я тебя не оставил в Киеве. Там может начаться бунт против христианства. Я когда-то установил Перуна с серебряной головой, на лобном месте, тем самым проявил радение к старым Богам, но узнав об истинном Боге, я низверг его и бросил в пучину Днепра. Народ не понимает меня, а многие не хотят понимать, пытаются вернуть Перуна в свои души. В Киеве есть люди, которые не хотят мириться с новой Верой. Я сказал, что кто не станет креститься, тот враг мне, но эти люди не устрашились меня. Они думают, что если я принял Христианство, то не буду казнить.

—Они правы, так как ты уже давно никого не казнил, хотя многие этого заслуживали.

Добрыня в протестном недоумении остановил коня и взглянул на Владимира.

—Так же думают те, кто хочет,бунтовать, но их ждет жестокая кара.

Добрыня опять взглянул на Князя.

—Я не понимаю тебя князь.

—До некоторой поры я тоже думал, что казнить ослушников или убивать врага,— это большой грех. Я задумал строить храм и потому пригласил священников и зодчих. Священники мне поведали, что я Великий князь и потому являюсь помазанником Божьим.

—И что-о? — не выдержал Добрыня.

—Я, десница божия, которая может на земле карать и миловать, не просто карать, а судить, и если князь, боярин, холоп или смерд виновен и заслуживает смерти, он должен быть казнен. И нет в этом никакого греха. Защита пределов наших от врагов — это священное деяние и также в нём нет ни тяжкого греха, ни прегрешения.

—Но как судить?

—Над этим нелегким уложением давно думаю….

—Как же быть сейчас? — Добрыня с любопытством повернулся к Владимиру.

—Как быть с теми, кто вздумал бунтовать?

—Я сказал, что кто не услышал меня, тот враг мой, а враги будут казнены.

—Князь, если ожидается бунт, нам надо обратно в Киев.

—Нет, Добрыня, нет. Мы сделаем по-другому. Пусть бунтовщики считают, что дружина за три дня уйдет далеко, мы же укроемся в лесах и подождем. В Киев мы нагрянем в самый разгар. Чувствую, есть мечам работа.

—А если в дружине есть соглядатаи?

—Гонца отправлять к княгине с письмом не станем. Каждый сотник отвечает головой за своих людей. Денно и нощно их считать, чтобы сохранить в тайне место нашей стоянки. Чтобы даже мышь не смогла проскочить в Киев.

—Будет сделано, Великий князь.

—Вернемся с похода, отправишься в Новгород. Своевольный город. Твоя твердая рука там не помешает…. Хочу посадить на этот город Ярослава.

—Берет меня сомнение, князь.

—Что не так?

—Князь, твой сын Ярослав княжит в Ростове. Он может отвыкнуть от тебя и со временем пойти против тебя. Он, как волчонок, причём, умный волчонок. Спит и трон видит. А Новгород привык к свободе. Потому туда сажать Ярослава нельзя. Держи при его себе его.

—Скорее всего, ты прав, рано его туда сажать, надо чтобы Новгород стал христианским. Пусть пока княжит в Ростове.

—Кто здесь в Киеве тебе станет опорой и главным союзником?

Владимир не ответил на вопрос воеводы и перевел разговор.

—Кто стоит за спиной бунтарей? — князь пытливо смотрел на воеводу.

—Зря ты пригрел племянника своего Святополка. Он не сын тебе и наверняка знает, что ты убил его отца Ярополка.Наверняка есть люди, которыеподогревают желания племянника твоего занять стол твой. Это будет месть его. Не зря же он приехал из Турова в Киев, и главное вовремя.

—Да, этого надо будет ждать. Но Святополк должен знать и помнить, что его отец Ярополк отнял земли Древлянские у нашего брата Олега, который погиб в каком-то яру, раздавленный лошадьми. Чтобы спастись, я был вынужден бежать к варягам* (Примечание автора: скандинавы). Когда смерть Ярополка стала заслуженной карой его, я не выбросил и не убил Святополка, а воспитал, как сына посадил на княжение и дал земли на кормление, — Владимир помолчал в раздумье, — может так статься, что бунт дело его рук, но думаю, это выяснится.

—Почему он не в городе Турове, во владениях своих, а в Киеве? — не унимался Добрыня.

—Жениться собрался племянник, вот и приехал посоветоваться и еще вместо подарка оторвать земельки….

Князь замолчал, было видно, что он не хочет об этом говорить.

—Он не сын твой, ты его посадил на княжение и подчинил ему земли, граничащие с Польшей. А это повышает его возможности в борьбе за престол земель русских. Ходят слухи, Болеслав – князь* (Примечание автора: князь польский Болеслав Храбрый стал королём Польши в 1025 году) согласен отдать за Святополка дочь свою.

—Мне об этом ведомо, я согласился с тем, что Святополк женится на его дочери Эмгильде. Болеслав клялся, что будет братом мне и никогда войска Польши не войдут на земли Руси.

—Рискуешь, князь.

—Риск есть, но кто скажет, что Болеслав в будущем времени не пойдет войной на Русь, а Святополк не вспомнит все обиды и выступит на его стороне. Часто, чтобы укрепить мир между врагами, связывали себя семейными узами детей. Мы много воевали с Византией, сейчас царевна Анна моя жена и мы живём в мире.

—Я с тобой согласен, князь, что часто женят или отдают замуж детей своих, но не всегда дружба получается.

—Поживем, увидим.

***

С самого утра, на площадь перед дворцом князя Великого стал стекаться народ, он заполнил все пространство между строениями и продолжалприбывать. Всякое можно было услышать в толпе:

—Сегодня как раз тот день, когда сбросили Перуна в Днепр. Чтобы громовержца не выловили из воды, люди князевы долго шли по берегу и если тело его прибивало к берегу, отталкивали баграми

—Но его все же выловили, и та деревня теперь называется «Перуново»,

Что сегодня будет? Многих сегодня князь казнит, а то и прикажет нас изрубить.

—Нет князя в городе, ни его нет, ни Добрыни. Некому нас рубить.

Ропот в толпе все усиливался, все ждали действа, но никто не решался его начать.

Княгиня Анна вышла на площадку дворца, с которой князь Владимир всегда обращался к народу. Она окинула народ взглядом, в котором не было страха, но было достоинство Великой княгини, с которым она готова умереть.