Смута
Шрифт:
Все началось с того, что встретился ему Демид и рассказал, что есть где-то неподалеку место одно, где зарыты сокровища Золотой Орды. Тимофей не поверил поначалу. Чего только не говорят люди. О сокровищах Золотой Орды много рассказано. И все тут перемешано. И ложь, и правда.
Еще от своего отца он слыхал старые легенды о том, что в степи есть сокровища, оставшиеся от древних народов. Они закопаны в курганах, которых великое множество по всей степи. Но от этих сокровищ и зла много. Потревоженные мертвецы нападают на тех, кто осмелился нарушить
Но Демид его убедил.
Есть, мол, человек один, он с татарами знался одно время. Сам он с верховьев Волги.
– Как же найти его?
И вдруг подумал тогда Тимофей о Москве, о любимой своей женщине, которую пришлось оставить по злому умыслу. О том, чтобы вот так, как прежде, запросто в столицу попасть – и речи быть не могло. Его ищут и если найдут – плохи его дела. Но вот если бы появились у него деньги хорошие… Да с деньгами он мог бы пройти эту Москву, как деревеньку. И никто бы его не словил!
Мысль эта крепко засела в голове. И предложение Демида уже не выглядело таким безнадежным.
– Я знаю.
– Где же он?
– Э-э, Тимоха! – усмехнулся Демид, почувствовав, что сумел протолкнуть наживку. – Он целехонький живет, ни о чем не думает.
– Про тебя, верно, не знает?
– Да где ж ему? – весело отозвался Демид. – Но скоро запоет!
– У тебя и курица запоет!
Тимофей будто напомнил о былых темных делах собеседника. Но тот внимания не обратил. А может просто виду не показал.
– Его взять непросто будет, – сказал Демид.
Про того Демида многое говорили. Он долгое время где-то на севере был. Потом появился весь в болячках. Чуть не помер. Но оклемался. Была в нем какая-то звериная живучесть. Видать, еще с той поры, когда мальчонкой малым выжил после страшного мора. Все на хуторе померли, а он выжил. В ту пору люди умирали просто. Но Демид как заговоренный был. И никакая зараза его не брала.
– Это почему?
– Он скрытный очень. Таился все время. И случайно по пьянке выболтал, что ходил с татарами в одно местечко. Человеку одному все рассказал. А тот мне передал.
– Что за человек?
– Да его уже нет здесь, он утек в Москву, – уклончиво ответил Демид.
– Ну, ты Адыла найдешь? – Тимофей в упор посмотрел на него, как будто в душу заглянул.
Но Демид не отвел взгляда.
– Найду.
И вот пришли они вдвоем в хутор.
– Вон та хата, – сказал Демид.
Адыл жил на краю хутора. Он был неказацкого звания, но как торгаш и беглый прижился здесь. Его терпели до поры. Но сам он хорошо понимал, что в любой момент его могут убить, если только заподозрят в чем-то недостойном.
– Он крещеный? – спросил Тимофей.
В глубине души он понимал, что могут возникнуть трудности. Ведь они шли ночью во двор к незнакомому человеку. И потому ему было важно знать, кто перед ним.
– А как же… – глухо ответил Демид.
В его голосе не было уверенности. Он мог и соврать. Но как его раскусишь? Приходилось
верить. Этот человек, так много скрывавший от окружавших его людей, всегда действовал решительно.В бурьяне они недолго таились. Как стемнело, подобрались поближе. Только за плетень, невидимая пока им собака зарычала, почуяв чужих.
– Пес, вражина! – прошипел Демид, но немедля ужом скользнул за плетень, выхватывая острый нож.
В темноте Тимофей видел смутные тени, белое пятно катилось по земле, потом слилось с тенью Демида. Послышался тихий визг, возня, и вдруг разом все стихло. Демид не мешкал, понимая, что промедление сыграет с ними злую шутку.
– Эй, Тимоха… – Демид еле слышно позвал приятеля.
Тимофей через плетень перелез. Труп собаки белел на земле. По пустому двору к хате Тимофей шел следом за товарищем.
Демид уже предупредил Тимофея, что Адыл один живет.
Тихо вошли они в хату. Демид молча показал налево. Там на кровати спал хозяин. Они ступали тихо, боясь разбудить. Но он что-то услышал, почуял.
– Кто здеся?
Голосок с вычурным приговором.
И рука хозяина змеей метнулась к полу, видно, там что-то лежало для обороны. Но Демид и его опередил.
Потом уже выяснилось, что хозяин хотел топор схватить. Он тут был, под рукой. Но Демид – бестия, его опередить непросто.
– Тихо, Адыл… Лежи смирно и живой останешься.
И спокойно нож к горлу приставил, которым только что убил собаку. Тимофей свечку зажег, огляделся. Адыл затравленно смотрел на чужаков. Потом разглядел, что на лезвии кровь.
– Что с собакой моей?
– Сам догадайся.
– Зачем убил? Что он тебе сделал?
– Он шумел сильно. А нам ни к чему…
Адыл застонал. Видно, собаку он свою любил.
– Не признал еще меня?
Адыл усмехнулся.
– А чего признавать? Ты шайтан, и жизнь твоя – дерьмо!
– А я зла не помню. Живи, но и другим дай пожить.
– Я тебе жить не мешаю.
Демид ему сказал:
– Ты был у татарина Ахмета, купца, проводником три года назад.
– А если и был, так что с того? Я у многих проводником был. Всех рази запомнишь?
– Ахмет тебе рассказал, где зарыт клад.
– Во! – усмехнулся Адыл. – И этот туда же! Да зачем ему это было надо? Кто про клады будет рассказывать? Сам подумай!
– Значит, надо было.
– Это навет. Не знаю, кто тебе сказал. – Адыл засопел. – Но это все прошлогодняя труха. И говорить нам не о чем.
Повисло тягостное молчание. Было видно, что просто так Адыла сломать не удастся. Не такой он человек.
– А вот что я тебе скажу, Адыл, – зло бросил Демид. – Мы тебя здесь кончим и все.
– Тогда кончай, чего говорить попусту? Я уж нажился. Мне и помереть можно.
– Э..э… не спеши… – Демид поудобней переставил ноги. – У тебя брат есть. Правда? Есть. Я знаю. Вот мы и его…
Адыл вскинулся, как бешеный, и готов был на нож кинуться. Демид на шаг отступил.
– Брата не трожь! Меня убей…