Сначала отвести беду...

Дежурный распорядился взять у задержанного отпечатки пальцев и отправил их на экспертизу. А уже через час Кулика доставили в Главк к подполковнику Радкову, в кабинете которого теперь собиралась группа полковника Кличко. Присутствие Кулика (или как бы он не назывался —?) в ночь ограбления на месте преступления сомнений не вызывало. Среди многих до сего времени не идентифицированных отпечатков пальцев появились первые опознанные. Радкову оставалось лишь удивляться, почему их не оказалось в общероссийском каталоге, ведь, криминальный опыт Куликова не вызывал сомнения. Правда, в полученных из Питера материалах он назывался Кулешовым, но "пальчики"-то данного гражданина должны бы присутствовать. Однако, бывает.

Теперь наметилось ещё одно направление поиска. Раз реальная связь питерских преступников с московскими "коллегами" в этом деле стала фактом, следовало просмотреть имевшуюся информацию о контактах уголовных авторитетов двух столиц. Кличко пошёл к генералу Ларцеву и доложил о новых фактах. В результате начальник Главка поручил провести соответствующую проверку Управлению уголовного розыска Санкт-Петербурга.

Вячеслав Сергеевич понимал, что сделать это надо было раньше, даже написал соответствующее предложение в план розыскных мероприятий….Но не настоял. Дело это очень трудоёмкое, предположение о междугороднем взаимодействии преступников базировалось лишь на не очень уверенном опознании одного из них сержантом ГАИ…. Теперь же ситуация изменилась и у генерал-майора Ларцева сомнения в необходимости проверки отпали.

Расследуемые дела в милиции принято помещать в "папки" с номером и датой открытия. И каждое такое "Дело", словно ручеёк течёт, не касаясь других, не смешиваясь с ними. Разные люди занимаются, из разных источников информация поступает. Разным начальникам результаты докладываются….

Вот и дела с розыском Ричарда Паученкова и судьбой машины господина Орехова до поры до времени не пересекались друг с другом.

Одно из них возбудил майор Главка МВД Роман Олегович Шифер, объявив руководителя партийной штабквартиры во Всеросийский розыск. Другое открыли в райотделе милиции N133, куда обратилась Лариса Зернова с просьбой найти исчезнувшего мужа.

Это, второе дело, началось с громкого скандала. Когда Лариса пришла в райотдел, равнодушная усталая женщина с погонами старшего лейтенанта милиции отказалась принять заявление, заявив, что подобные дела возбуждают лишь по заявлениям родственников. "Вы же, гражданка, в родственных отношениях с исчезнувшим Паученковым не состоите. Гражданский брак — это не официальные отношения", — сказала она.

Лариса расплакалась. Она плохо поняла, да просто не слышала, разъяснения инспекторши, что нужно пойти в ЖЭК, взять выписки из домовых реестров, написать заявление, заверить его подписями трёх соседей, потом снова…. Не дослушав, Лариса хлопнула дверью и, проклиная родную милицию, пошла на работу к мужу.

Здесь она неожиданно встретилась с Владимиром Степановичем Ореховым, с которым, конечно, была знакома, и, горько рыдая, рассказала ему о своём визите в райотдел милиции.

Орехов рассвирепел. Статус лидера общероссийской партии позволял ему обратиться непосредственно к Министру. Хотя было это не просто и необходимо пройти ряд не слишком приятных процедур. Но он пошёл на это. Уже через час он разговаривал с одним из помощников Министра, а ещё через полчаса его соединили с главой МВД.

— Ваши люди, господин министр, работают абсолютно нерезультативно, — резко говорил Орехов в трубку, не забыв нажать клавишу магнитофона. — По делу, за которым вы заявили личный контроль, по политическому делу об ограблении партийного офиса, — результатов никаких! Почему-то арестовали моего личного референта. Потом выпустили и он, неизвестно куда исчез. Третируют обысками других работников. В результате, опять-таки, исчез человек. Неизвестно где находится один из моих заместителей! А когда его истерзанная неизвестностью жена обратилась в милицию с просьбой найти мужа, она натолкнулась на открытое хамство.

Трудно сказать, каким образом кассета с записью разговора попала к журналистам, но смаковать в печати его стали уже на следующий день.

Понятно, что заявление у Ларисы приняли. Не понятно, почему в райотделе не знали об объяленном розыске Паученкова. Знали, наверное, но информация не дошла до конкретного работника.

Что же касается третьего "дела", ещё одного "ручейка", то это и не "дело" было, а служебная рутина, — нужно было определить судьбу машины, в которой умер гражданин Орехов.

Тело скончавшегося гражданина никто не востребовал. Криминала в его смерти не просматривалось. По адресу регистрации машины он жил один, родственников не значилось, о месте работы сведений также не было. Никто не ищет? И не надо. Почему-то не дождавшись установленного законом срока, его кремировали, а машину, — очень приличную "девятку" отправили в милицейский отстойник. Где на неё и "положил глаз" капитан ГИБДД Архипов.

Капитану не впервой было решать такую задачу, но уж больно понравилась ему синяя почти новая машина. Вообще "девятка" ему нравилась. Устремлённая вперёд с чуть приподнятым задом, машина чем-то напоминала стрелу, и капитан уже несколько дней размышлял, как удобнее оформить документы, чтобы приобрести её за формальную цену?

Первым делом он проверил идентификационный номер машины, не входит ли он в перечень угнанных и других машин с криминальным прошлым. Нет. Компьютер успокоил его — господин Орехов приобрёл её вполне законно, правда, не в магазине, а путём оформления в нотариальной конторе так называемой генеральной доверенности от гражданина Паученкова. Что ж, дело вполне обычное, многие машины при вторичной продаже проходили в то время такую "хитрую" процедуру, что позволяло экономить на налогах. Дальнейшая продажа или переоформление машины становилось заботой нового пользователя. Просмотрев документы на машину, Архипов задумался. Фамилия прежнего владельца показалась ему смутно знакомой. Не хотелось возиться, но ещё более не хотелось стать владельцем машины с "пятнами" в биографии. Кто-кто, а капитан знал, с какими неприятностями может столкнуться новый хозяин такой машины. И, ещё раз заглянув в бумаги, Архипов позвонил знакомому в райотдел, где числилась на учёте машина Паученкова до её передачи Орехову.

Через полчаса выяснилось, что к коллегам поступил запрос из Главка, в связи с розыском гражданина Паученкова о судьбе его машины, но ответить они пока не успели — дел много, в райотдел никаких заявлений о пропаже машины не поступало и, сам знаешь, начальству легко задавать вопросы. А ты тут….впрочем, ответ в Главк дадут прямо сегодня.

Услышав информацию, Архипов схватился за голову: он вспомнил, откуда ему известна фамилия бывшего владельца "девятки", — ориентировку о розыске гражданина он, конечно, слышал, но как-то не обратил на неё внимания. "Бог миловал", — подумал капитан, представив себе, с чем он чуть было не связался. Хрен с ней, с этой машиной. Он снова позвонил любезному коллеге, сообщил, что машина с соответствующим идентификационным номером стоит в их "отстойнике" и предоставил ему полную возможность разбираться с Главком, чья же это машина — Орехова или Паученкова — стоит у них. И вообще, — пусть не у него будет голова болеть, размышляя, кто есть кто.

Как бы то ни было, информация из этого "ручейка" оказалась в папке майора Шифера.

Это было совсем не понятно. Орехов Владимир Степанович — шеф исчезнувшего Паученкова — жив и здоров. Его полный тёзка и однофамилец недавно скончался в результате несчастного случая. В собственной автомашине, проверочные данные которой почему-то совпадают с данными машины Паученкова. Выясняется, что это одна и та же машина. Но почему в ней ездил Орехов? Доверенность от Паученкова Орехову? Или это другой Орехов? Но какое вызывающее совпадение с "ФИО" партийного босса!? Трудно понять! Свидетели же подтверждают, что Ричард до последнего дня ездил на своей машине….М-да, головоломка.