Сомниум

Наутро Катя совсем было забыла о своих переживаниях. Впрочем, она просто ни о чём не могла думать, потому что сон не принёс облегчения. Последние месяцы после сна Катя частенько просыпалась разбитой, словно не спала, а мешки ворочала. Как-то раз она даже написала в службу поддержки «Сомниума», спросила, всё ли в порядке с капсулами, но получила лишь сдержанный ответ, где сообщалось, что неполадок в сети выявлено не было, но её мнение очень важно для них.

В себя она пришла только на работе. Труд сам по себе быстро её будил. Ей нравилась её работа, она получала удовольствие от неё, хотя от долгого сидения за компьютером начинала болеть поясница.

Катя уже совсем настроилась на рабочий лад и не вспоминала о мыслях, посещавших её после встречи с Артуром, но тут с ней произошло небольшое событие, которое почему-то встревожило её. На самом деле это было никакое не событие вовсе, а мимолётная встреча в коридоре. Во время перерыва на обед Катя, как всегда, спешила в столовую, ведь за двадцать минут нужно было успеть пообедать и вернуться к работе, иначе не миновать штрафа. Однако она так увлеклась работой, что немного задержалась. Основная часть сотрудников уже ушла, когда Катя по пустым коридорам бежала следом за ними, поминутно поглядывая на экран смартфона. Уже у входа в столовую Катя завернула за угол и столкнулась нос к носу с девушкой. В отличие от всех работниц административного центра, эта была стройной, как те шлюхи из спортзала, и с роскошными длинными светлыми волосами до бёдер. Катя так удивилась, что встретила подобную девицу здесь, рядом со столовой, что замерла, рассматривая ту с ног до головы. Она инстинктивно настроилась на враждебный лад и мгновенно вспомнила все обидные взгляды, которые ощущала на себе в зале. Вспомнила, как из-за таких вот девок часто чувствовала себя ущербной. Эти чувства мгновенно перевели её из миролюбивого настроения в боевой режим. Катя собралась уже едко поинтересоваться, кто это здесь заказал шлюх, когда сообразила, что девица, отшатнувшаяся от неё с выражением брезгливости, стоит тут не одна. Рядом с ней крутилась другая женщина, которую Катя хорошо знала. Это была крупная начальница – дородная тётка лет пятидесяти с обвислыми щеками и толстыми, почти слоновьими, ногами. Звали её Марией Петровной, и на глаза к ней старались не попадаться. Встреча с Эм-Пэ, или Злобной Сукой, как её звали подчинённые, не сулила ничего хорошего, даже если в своей работе ты на сто процентов уверен. Это была грозная женщина, любившая поорать на пустом месте, унизить работника при всех, заставить переделывать работу или задержать кого-то на работе на час-другой, причём не нарушая закон. Её ненавидели, презирали, но и боялись.

Однако в этот раз она выглядела совсем не так, как обычно. Мерзкая ухмылка, с которой Эм-Пэ начинала любой разнос, отсутствовала. Хитрые, лисьи обычно глаза были расширены от страха, а губы дрожали.

– Здрасьте, Мария Петровна, – растерянно поздоровалась Катя, предчувствуя беду.

– Здравствуй, Катенька, – необыкновенно вежливо поздоровалась та. – Ты чего остановилась? У тебя же обед? Беги, не опоздай.

Шокированная вежливым тоном и подобием заботы от человека, которого за глаза обожали называть Злобной Сукой, Катя лишь открыла рот, но не сдвинулась с места. И тогда Мария Петрована посмотрела на Катю так, как умеет смотреть начальник на подчинённого, который оказался не в то время и не в том месте. Ойкнув, Катя поспешила прочь.

– Что это было? – услышала она за спиной голос стройной незнакомки.

– Простите, Анжела Олеговна, – поторопилась объясниться Эм-Пэ. – Она у нас глупенькая.

«Это я-то глупенькая?», – возмутилась Катя, но оборачиваться не стала. Слишком страшно было слышать от Злобной Суки заискивающий тон.

На обеде Катя села за столик к своим друзьям, Глебу и Насте. Они были женаты и планировали заводить ребёнка – уже третий год планировали, но всё не могли выйти на нормальный баланс на их общем семейном счету. Катя иногда слушала их жалобы на условия семейного счёта, жаловалась им сама на свои проблемы, в том числе с Артуром, и теперь хотела спросить, видели ли они эту Анжелу Олеговну. Плюсом в общении с Глебом и Настей было то, что жили они все в одном доме, и как соседи имели представление о том, каков из себя Артур, а Катя не раз бывала у них в гостях, чтобы посплетничать.

– Привет, – выдохнула она, плюхнувшись на стул с подносом. – Вы видели ту девку?

– Какую девку? – спросила Настя.

– У столовой. Тощая такая сучка с длинными волосами до жопы. Видели?

Настя весила на несколько кило меньше, чем Катя, но внешне разницы почти не было. Это стало ещё одной причиной их тесного общения.

– Тощая? – переспросила Настя. – Прям тощая?

– Да, как проститутка!

– Да ну, – ухмыльнулся Глеб. – У нас таких не бывает.

Глеб перевалил за сто двадцать килограммов, но ненависти супруги и соседки к стройным женщинам не разделял. Катя подозревала, что он просто мечтает посещать клуб, как делал это до свадьбы, и не раз делилась подозрениями с Настей. Та плакала, после чего они обычно напивались и расходились по домам, чтобы через неделю-другую повторить всё в точности.

– Такие только в шлюшных домах бывают, – подтвердила Настя слова мужа.

Потом она повернулась к Глебу и едко сказала:

– Так ведь, любимый муж? Ты у нас эксперт по шлюхам!

– Не такой уж и эксперт, – вяло запротестовал он. – Дорогая, мы об этом много раз говорили. Это было ещё до нашего знакомства. Все мужчины посещают релакс-клубы…

– Шлюшные дома, – поправила его Настя. – Скажи прямо: шлюшные дома.

– Шлюшные дома, – нехотя согласился Глеб. – Так вот, все их посещают, в этом ничего особенного нет.

– Нравилось тебе, да?

– Дорогая, мы уже обсуждали…

– И сейчас, наверное, хотел бы туда сходить, да?

– Нет, дорогая, я не скучаю по клубам.

– По шлюшным домам!

– По шлюшным домам, – печально кивнул муж. – Я вовсе не скучаю по шлюшным домам. Зачем мне эти… шлюхи, если у меня есть ты? Ты самая красивая, самая сексуальная, самая-самая!

Настя смягчилась, выражение гнева на её лице уступило умилению.

– О, Глебушка, ты такой романтик! – проворковала она, наклоняясь ближе к мужу.

Он чмокнул её в губы, и Настя тут же выпрямилась, повернувшись к Кате:

– Так что, тут шлюха была?

– Нет, она не шлюха! – поспешила рассказать Катя, пока супруги снова не начали ссориться. – Выглядит, как шлюха, да, но не шлюха. С ней была Эм-Пэ.

– Злобная Сука? – удивился Глеб.

– А ты знаешь других Эм-Пэ? – взъелась на него жена.

– Нет, дорогая, извини.

– Так вот, – продолжила Катя, – Эм-Пэ с ней так разговаривала, не поверите! Она заискивала! Улыбалась, вся такая…

Катя не смогла подобрать слов и изобразила подобострастную улыбку.

– Да ну нахер, – нахмурилась Настя. – Эм-Пэ, и заискивает?

– Злобная Сука? – снова спросил Глеб.

На этот раз жена его не поправила и не возразила. Видно было, что они оба удивлены одинаково.

– Да, говорю вам! – распалялась Катя. – Я сперва её не заметила – ну, Эм-Пэ, я имею ввиду. Выскочила на эту тощую девку, чуть не столкнулась. Они за углом были прямо – вот тут, рядом со столовой, где коридоры пересекаются. Ну, вы поняли?

– Ага, – нетерпеливо кивнула Настя.

– И вот, я остановилась, думаю – что за шлюха тут? А потом увидела Эм-Пэ, и вообще ничего не поняла. И думаю: ну пипец, сейчас начнётся. А она – ну, Эм-Пэ – такая: Катенька, как дела? Катенька, в столовую опаздываешь? Катенька, беги!

– Да ну нахер! – хором сказали супруги.

– Не бывает такого, – осмелился высказать мнение Глеб.

– Точно, – в кои-то веки поддержала его супруга.

– Да я вам говорю! – выпучила глаза Катя. – Я своими ушами слышала!

Раздался звонок – до конце перерыва оставалось пять минут. Вспомнив про еду, Катя затолкала в себя всё, что было, и поспешила вместе с друзьями к выходу. На том самом углу, где она встретила незнакомку, Катя сказала:

– Вот тут это было, честно! Прямо здесь!

– Ушли… – грустно протянула Настя.

– И хорошо, что ушли. Я бы не хотела больше на Эм-Пэ такую натолкнуться. Да на любую Эм-Пэ.

– Ну это-то да, – согласилась Настя. – Но на эту девку я бы посмотрела. Интересно даже, что у нас тут шлюхи делают.