Соучастник

— Поймите, я в жизни один только раз поднял руку на человека. А тут стрелял... Муторно. Поймите вы это, Валерий Андреевич.

Уже потом, когда они вернулись в Охотоморск, Косырев задал себе вопрос: а вдруг при его появлении Гусев выбросил не пистолет? Если это не пистолет, то вещь, по размеру и весу на него похожая. Тяжелый, небольшой и, судя по бульканью, металлический предмет.

Ничего, что могло бы внести хоть какую-то ясность в происшествие у Зеленого Стана, в эти дни не произошло. Водолазам, которых всего в Охотоморском порту было четверо, приходилось работать очень напряженно, дно реки осматривалось по квадратам, но тело Гусева не нашли. Колупан вел себя так же, как раньше, не приносило пока никаких особых результатов и наблюдение за домом Четырко.

Через несколько дней в кабинет Косырева зашел Волков и передал ему пистолет. Косырев вынул обойму — в ней не хватало двух патронов. Посмотрел на Волкова, и тот пояснил:

— Поисковики нашли сегодня на Колпином острове. На дерево был заброшен, на сосну, в старое гнездо. Они несколько раз еще раньше под этой сосной проходили. И замечали, что магнитометр реагирует. Они копать—вроде нет ничего, Потом, конечно, догадались.

— Похоже, это пистолет Гусева.

— Похоже, Валерий Андреевич.

— Хорошо. Идите, отсыпайтесь...

Гусев, конечно, рассчитывал, что пистолет может ему еще пригодиться — и освободился от него чуть раньше, чем был обнаружен Косыревым. Значит, надо все-таки выяснить, что именно выбросил он в реку у Колпина острова.

Косырев позвонил бригадиру водолазов Пудышеву;

— Юрий Федорович, простите, что беспокою дома. Косырев из угрозыска.

— Я узнал, Валерий Андреевич.

— Я насчет поисков тела. Работа эта уже не нужна.

— Не нужна?

— Да, Считайте, что вы ее выполнили.

— Это официально?

— Вполне официально. Но не радуйтесь, у меня есть новая серьезная просьба, Как я понимаю, весь ваш личный состав теперь свободен?

— Я слушаю, Валерий Андреевич.

— Дело, о котором я хочу попросить, наиважнейшее. Возьмите всех людей, повторяю, всех, хорошие магнитометры. Если у вас туго со своими, позаимствуйте у нас. Будете брать, скажите— это указание Шуршина. Ясно, Юрий Федорович? И начинайте методичную и тщательную повторную проверку дна у Колпина острова. Там же, где вы искали раньше пистолет. У правой протоки, Только ориентировка теперь будет уже не на пистолет, а на небольшой тяжелый предмет. Скорее всего металлический.

— А нельзя поточней, Валерий Андреевич?

— Рад бы, Юрий Федорович, но не знаю. Для этого и прошу вас поискать. Это может быть, скажем, какой-то прибор. Или водонепроницаемый контейнер. И еще одна просьба: как только что-то найдете, сразу же сообщите мне.

Сейчас, раздумывая над теми словами, которые он собирался высказать Сгибневу, Косырев чувствовал в своей позиции некую слабину. Сидя здесь, на берегу, около сарайчика Колупана, он пытался обдумать: в чем же он того реально подозревает? Как строить разговор? Он должен постепенно вынудить Колупана признать, что тот по поручению Гусева или кого-то еще следил за Зеленым Станом. Чтобы а случае отъезда Улановых в Охотоморск сообщать об этом, скорее всего, тому же Гусеву. Нет, слабина в этом предположении была, и немалая. Он хочет отвести бывшему знакомому Гусева роль дозорного. По идее, такое вполне могло быть, но по сути? Во-первых, ему надо было, с принципе, по нескольку часов подряд ежедневно следить за домом Улановых. Во-вторых, Колупан вряд ли мог каждый раз знать, надолго ли Улановы уезжают...

Когда Колупан подгреб на лодке к берегу и подошел к сараю, Косырев кивком пригласил его сесть. Спросил — нарочно негромко:

— Сгибнев, мне кажется, вы мне не сказали всей правды.

Колупан долго усаживался, поправляя под собой ящик. Усевшись наконец, покачал головой. Сказал:

— Не стыдно вам, гражданин майор? Посчитаться вздумали? Вы ведь отлично знаете, почему я к Зеленому Стану ходил.— Он улыбнулся.— Мешаю я вам, уважаемый гражданин начальник. Не на ту девушку смотрю,

Только сейчас Косырев понял, что он имеет в виду. Колупан поднял глаза:

— А ведь вы-то удачливей меня оказались, я знаю. Видел, как вы вдвоем на лавочке сидели в тот денек чудесный. Решили меня за то под подозрение взять, так спокойней? Да?

Косырев почувствовал раздражение. Колупан смотрел на него внимательно Вздохнул

— Гражданин начальник. Вы отлично знаете, что никакой связи с Гусем я не поддерживаю. И вообще, стоит ли ломать эту комедию? Зачем? Если бы у меня с ним что-то было, вы бы меня выявили сразу Если бы не на первом шаге, то уж на втором — наверняка И знаете еще что? — Колупан опустил глаза. Вздохнул.— Уезжаю и отсюда. Раньше хоть Наташа тут была, вот и маялся А теперь...— Он нагнулся, поднял камешек и с силой пустил его о реку..

Вернувшись в Охотоморск, Косырев пошел к диспетчерской порта Было уже холодно Сверху сыпал мелкий колючий дождь, дул сильный ветер. Начинался сентябрь, по реке сейчас шла первая шуга. Под слабым светом фонарей было видно, как у водной кромки, около причала, кружится бледное ледяное крошево. Он шел медленно, размышляя о разговоре с Колупаном. В диспетчерской. миновав длинный коридор, открыл дверь в пультовую. Дежурная телефонистка, женщина лет сорока, укутанная теплым платком сидящая у длинного стола за пультом, повернулась. Наверное, разглядев под капюшоном форменную фуражку, спросила с улыбкой.

— Значит, вам водолазы с Колпина звонят все время? —

Протянула бумажку.— Вот телефонограмма. Юра Пудышев просил передать

Косырев вгляделся — на бланке было торопливо написано:

«РОВД Косыреву В. А. На дне правой протоки у Колпина острова найден прибор. После предварительного осмотра предполагаем что это самодельная микрорация. Пудышев».

Вечером, придя домой, он решил позвонить Улановым. Снял трубку, набрал номер. В трубке долго щелкало и хрипело. Лишь на четвертой попытке ему повезло; ответил мужской голос:

— Уланов слушает.

Честно говоря, Косыреву сейчас меньше всего хотелось беседовать с Николаем.

— Алло, я слушаю! — повторил голос.— Кто это?

— Здравствуйте, Николай Дементьевич. Косырев беспокоит, из милиции.

Ясно, сейчас Уланов вряд ли испытывает при звонке Косырева особую радость. Сам же Косырев вдруг понял, что не знает, как попросить Уланова подозвать к телефону Наташу.

— Слушаю вас, что нужно? — хрипло, без тени дружелюбия поинтересовался Николай.

— Можно попросить Наташу?

Уланов ответил не сразу и, как показалось Косыреву, довольно грубо:

— Зачем вам она?

Хоть вешай трубку. Разговора с Наташей, конечно, уже не получится. По правде говоря, Косыреву сейчас хотелось только одного: просто услышать ее голос.

— Мне нужно с ней поговорить.

— Зачем?

— Просто поговорить.

— Знаете, я вам этого не советую.

Косырев почувствовал злость. Кажется, Уланов переходит все границы. Ему захотелось крикнуть изо всех сил: «Поймите, это не ваше дело! Поймите наконец!» Но он сдержался и сказал как можно спокойней: